Никто не забыт...

11 декабря 1942 года 113-й гвардейский стрелковый полк гвардии майора Карнаухова освободил первый населенный пункт на территории тогдашнего Радченского района — хутор Оголев. За этот небольшой хутор завязались упорные бои — итальянцы пытались выбить стрелковые роты 113-го полка с «Оголевского» плацдарма.
Следует заметить, что 38-я гв сд наступала на вспомогательном направлении, не имея поддержки танковых корпусов. Которые были задействованы при прорыве обороны на главном направлении удара — из района Осетровской излучины.
Итальянская пехотная дивизия «Пасубио» в районе так называемого«Фригийского колпака» занимала удобные позиции для обороны. Была подготовлена система опорных пунктов с вычурными названиями «OLIMPO», "VENERE", "CUPIDO", «GIAVE”. Итальянцы называли эти опорные пункты «краеугольными камнями» - caposaldo.
Поисковики каждый год проводят раскопки в районе Красногоровка - бывший хутор Оголев - Абросимово, до настоящего времени в едва заметных траншеях, окопах, воронках находят незахоронные останки солдат и офицеров 38-й гвардейской стрелковой дивизии. Потери в первые дни "Малого Сатурна" были очень большие.
2-й стрелковый батальон 113-го полка наступал к югу от села Красногоровка. Имея цель перерезать дорогу Богучар - Монастырщина. В глубине своей обороны итальянцы оборудовали еще одну оборонительную линию. Она как раз и прикрывала эту дорогу, далее уходя в район Попасной балки.
В первые дни наступления заместитель командира 3-го батальона по политической части гвардии капитан Тимофеев Федор Григорьевич заменил выбывшего из строя комбата.
Под руководством гв.капитана Тимофеева были взяты важные опорные пункты итальянской обороны на высотах 159.4 и 156.0, "оседлан" большак Монастырщина - Дьяченково.
За две недели боёв батальон гвардии капитана Тимофеева уничтожил более 500 солдат и офицеров противника, более ста захватил в плен, взял большие трофеи в виде боеприпасов, вооружения и автомашин. В декабрьских боях Федор Григорьевич получил тяжелое ранение.
Указом Президиума Верховного Совета от 22.02.1943г. за бои на Среднем Дону гвардии капитан Тимофеев был награжден орденом Ленина.

На фото Ф.Г.Тимофеев. Источник: https://io.ua/35981054p

Лето 1942 года не было победоносным для Красной Армии. Радио голосом Левитана ежедневно сообщало жителям Советского Союза, что «… в ходе жестоких и кровопролитных боёв наши войска оставили город...». Части Юго-Западного фронта маршала Тимошенко отступали к донским переправам, оставляя арьергарды, прикрывавшие отход. В этой обстановке было не до массовых награждений. И каждая боевая награда, полученная нашими бойцами и командирами летом 1942 года, когда решалась судьба страны, становилась еще более ценной.
Мало кому известен тот факт, что район придонских богучарских сел Монастырщина — Пасека — Сухой Донец — Белая Горка стал ареной сражений середины июля 1942 года. В сводках Совинформбюро о тех боях говорилось сухо: «в районе южнее Богучар продолжались напряжённые бои с танками и мотопехотой противника».
Документов о боях в районе Монастырщины и Сухого Донца сохранилось немного. Среди документов ЦАМО РФ, размещенных в открытом доступе в сети Интернет, найдено донесение командира 22-го танкового корпуса генерал-майора танковых войск Шамшина Александра Александровича (Архив ЦАМО, Фонд 425, Опись 10339, Дело 145, Документ 7). Дата документа — 13.07.1942г. Из документа стало известно, что к утру 12 июля 22-й танковый корпус с составе 22-х танков 36-й танковой бригады занял оборону на рубеже Монастырщина, Пасека, 1-я Белая Горка, высота 175, западные скаты высоты 207, х.Михайлов.
В 15-20 со стороны нынешнего поселка Дубрава немцы обстреляли Монастырщину из тяжелых артиллерийских орудий. После артподготовки немцы начали атаку на западную окраину Монастырщины. В первой атаке принимали участие до 30 «средних и малых» танков и до батальона пехоты. Наступавших встретили огнём танков. Немцы отошли от окраины села. Потери противника (по донесению Шамшина) составили до 12 танков и около 60 человек пехоты. Эту атаку удалось отбить, но теперь немцы представляли, кто и какими силами обороняет подступы к Монастырщине и Сухому Донцу. Без поддержки пехоты танку трудно и в атаке и в обороне. Что нашло подтверждение уже к вечеру 12-го июля.
В 18-00 немецкие танки и пехота ворвались на северную окраину села Монастырщина. Завязался бой. Командир корпуса Шамшин срочно запросил у командующего 57-й Армией генерал-майора Никишева выслать пехоту для совместных действий с 36-й танковой бригадой.

В 19-40 противнику удалось «просочиться» (так в донесении Шамшина) через танковую оборону и занять село Монастырщина. Итоги боя за село для 36-й танковой бригады оказались следующими: потеряно 10 танков и 12 человек из экипажей. Их фамилии остаются неизвестными. В донесении о потерях штаба 36-й тбр указан только один воин, погибший 12-го числа в Монастырщине: красноармеец 36-й тбр Осипов Афанасий Александрович, шофер ПТО. Захоронен в могиле возле переправы через Дон.
22-му танковому корпусу были приданы несколько танков из 159-й бригады. Эта бригада с большими потерями выходила из окружения. С тяжелыми боями прорвался к Дону на своём танке Т-60 и младший лейтенант Андрей Егорович Овчаренко. Его экипаж определили в 36-ю танковую бригаду.

На фото Овчаренко А.Е.

Источник: http://moypolk.ru

Находясь в разведке в районе 2-й Белой Горки танкисты Андрея Овчаренко уничтожили три автомашины с пехотой и одну автомашину с пятью немецкими офицерами, добыли ценные сведения о противнике. В донесении комкора Шамшина есть упоминание, возможно, именно об этом боевом эпизоде: «...в 12-35 12.07.42 три машины противника, следовавшие из Сухой Лог в направлении выс.207 были уничтожены огнем наших танков с западных скатов выс. 207 (восточнее Сухой Лог)…
В 16-50 12.07.42 разведка в составе трех танков Т-60 вела бой с танками противника у развилки дорог севернее Кулинкин, потеряв при этом два танка, отошли в район 2-я Белая Горка...».
К утру 13-го июля танкисты корпуса продолжали удерживать фронт на рубеже 1-я Белая Горка — высота 207 — х.Макаров. На ходу оставалось только семь танков. В виду сложившейся тяжелой обстановки, командир 22-го танкового корпуса попросил разрешения у командующего 57-й Армией отвести оставшиеся танки и личный состав 36-й бригады на восточный берег Дона, либо передать танки на усиление 333-й стрелковой дивизии.
За летние бои приказом ВС Сталинградского фронта от 15.08.1942г. за № 15/н бойцы и командиры 159-й тбр были награждены боевыми наградами. Младший лейтенант Овчаренко и старший лейтенант Переплетчиков Иван Кузьмич — орденами Ленина.

На фото Переплетчиков И.К.

Источник: http://www.polkmoskva.ru
По-разному сложилась судьба орденоносцев: Переплетчиков прошёл всю войну и закончил её в звании майора. А лейтенант Овчаренко не дожил до Победы. Он сложил свою голову и захоронен на территории Латвии в сентябре 1944 года.

При создании этого материалы были использованы:

- исследования воронежца Валентина Котюха о боях 159-й танковой бригады летом 1942 года: статья "Комбриг с лагерным номером 15596", http://www.proza.ru/2015/02/25/2128;

- рассекреченные документы ЦА МО РФ;

- фотографии воинов, найденные в сети Интернет;

Иванов Дмитрий Павлович (1923 – 1985)
Родился 27 мая 1923 года в г. Спасск (Беднодемьяновск) Пензенской области. В Красной Армии с октября 1941 г. В августе 1942 года окончил ускоренный курс Подольского военного пехотного училища. На фронте с октября 1942 г. Боевое крещение молодой командир взвода получил в декабре 1942 года на Богучарской земле.
Бои за Богучар навсегда остались в памяти Дмитрия Иванова. Как он впоследствии вспоминал, что «… бой был жестоким и трудным, а для меня, необстрелянного, вдвойне. А еще потому, что там в Богучаре, уже освободив его, я вдруг увидел глаза старой крестьянки — будто глаза России. Она стояла у обгоревшей печи — все, что осталось от ее избы, — и рылась в пепле. За ее подол держался мальчуган лет трех, видимо внучок, и плакал. Потом старушка заулыбалась, помахала рукой, желая красноармейцам счастливого пути, и глаза ее, уже выцветшие от немало прожитых лет, полные слез, звали к кровавой мести. Разве забудешь те глаза?»
Командуя стрелковым взводом, Дмитрий Иванов освобождал города Чугуев, Харьков, форсировал Южный Буг, Днепр, Днестр... За смелость и находчивость, проявленные в бою под Кривым Рогом в марте 1944 года, он получил первую боевую награду — орден Красной Звезды.
Командир взвода 173-го гвардейского стрелкового полка (58-я гвардейская стрелковая дивизия, 5-я гвардейская армия, 1-й Украинский фронт) гвардии лейтенант Дмитрий Иванов особо отличился в бою 20 января 1945 года. В этот день, несмотря на ураганный огонь неприятеля, он первым во главе своего взвода ворвался в село Боронув, расположенное юго-западнее польского города Ченстохов, уничтожив десятки гитлеровцев. После этого взвод гвардии лейтенанта Дмитрия Иванова преодолел реку Одер севернее города Оппельн (ныне — Ополе, Польша), захватил плацдарм у города Гуттентаг (ныне — Добродзень, Польша) и удерживал его до подхода основных сил полка. За этот подвиг гвардии лейтенанту Дмитрию Иванову было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
День Победы командир стрелковой роты 173-го полка встретил в Чехословакии. В те майские дни на собрании офицеров полка Д.П. Иванову торжественно вручили еще одну награду — Чехословацкий военный крест.
Посоветовавшись с женой, Марией Леонтьевной, которая прошла с ним вместе, в одном батальоне, от Дона до Праги, Дмитрий Иванов решил остаться в армии. Только в 1969 году ушел в запас.
Жил в Воронеже, работал в Политехническом институте. Звание почетного гражданина города Богучара присвоено в декабре 1972 г. по случаю празднования 30-летия освобождения города и района о немецко-фашистских захватчиков. Умер 24 Июня 1985 года.

Источники:

Богучарский край от А до Я: краткая краеведческая энциклопедия – Воронеж: Кварта, 2006, стр.119.

О. Тельбух «Герои и подвиги» (Сборник очерков), Саратов, Приволжское книжное
издательство, 1978 год

Битаров Тасолтан Моисеевич (1920 – 1997)
Родился 22 июня 1920 года в поселке Садон Садонского района Северо-Осетинской АССР. Его дед и отец были известными на всю республику шахтёрами - горняками. Продолжить семейную традицию собирался и Тасолтан Битаров. Но в неспокойные предвоенные годы он принимает решение стать кадровым военным.
Тасолтан Битаров впоследствии вспоминал: «В тот день, когда фашисты вероломно напали на нашу Родину, мне исполнился 21 год. Я был курсантом Подольского пулеметного училища. Вечеринку по поводу моего дня рождения отменила война. В этот же день я получил последнюю поздравительную телеграмму из далекой Северной Осетии от своих родных. В августе 1941 года нас выпустили лейтенантами, и мы отравились на фронт. Я был назначен командиром пулеметной роты на Калининский фронт. Трудно передать словами горечь отступления. В боях под Москвой я впервые был тяжело ранен, находился в госпитале более двух месяцев…».
После выздоровления Битаров был направлен в 1-ю стрелковую дивизию 63-й Армии. В июле 1942 года дивизия занимала оборону на левобережье Дона на участке от села Гороховка Верхнемамонского района до села Сухой Донец Богучарского района. От начала оборонительных боёв в июле и до разгрома фашистов под Богучаром в декабре 1942 года Тасолтан Битаров командовал пулемётным батальоном. Во время наступательной операции «Малый Сатурн» капитан Битаров был командиром подвижного лыжного отряда 58-й гвардейской стрелковой дивизии, громившего тылы отступающих частей 8-й итальянской армии.
Тасолтан Моисеевич вспоминал о тех днях нашего наступления: «… Мы прорвались в глубь обороны противника и громили его тылы. В этих боях, как свидетельствуют документы полка и похоронка, присланная моей матери, я был убит. На самом деле было так: немецкий офицер в рукопашном бою выстрелил мне в упор в грудь, я упал, потерял сознание, даже санитарки полка посчитали меня убитым.
Наступление развивалось успешно, полк ушел вперед. Видимо, долго пролежал я в снегу без сознания, так как сильно обморозил ноги. Своим спасением обязан ветеринарному врачу дивизии. Проезжая мимо, он обратил внимание на то, что среди убитых только вокруг одного меня растаял снег. Он остановился, обнаружил во мне признаки жизни, погрузил на проходящий мимо танк и отправил в госпиталь…».
В конце декабря 1942 года – начале января 1943 года части 58-й гвардейской стрелковой дивизии вели тяжёлые бои с Миллеровской группировкой противника. Окруженные в городе немецкие части ожесточенно сопротивлялись и не оставляли попыток прорваться на запад.
Капитан Битаров за эти бои получил свою первую награду – орден Красного Знамени. Вот выдержки из его наградного листа: «…28 декабря 1942 года в тылу противника Битаров со своим отрядом занял важный перекресток дорог, отрезав этим последнюю шоссейную дорогу, соединяющую Миллеровскую группировку противника с его тылом … В течении двух суток отряд сдерживал натиск превосходящих сил, удерживая за собой указанный командованием рубеж. … При этом отряд нанес большой урон противнику в живой силе и матчасти, уничтожено до 200 солдат и офицеров противника, 5 станковых пулеметов и 4 миномета…
8 января1943г. в операции по разгрому 304-й пехотной дивизии немцев капитан Битаров руководил действиями своего отряда и приданными подразделениями, он шёл впереди группы бойцов и командиров, первым ворвался в помещение, где был расквартирован штаб..., захватил ценные штабные документы и одного офицера, при этом Битаров лично уничтожил 3 солдат и 2 офицеров противника.
17 января 1943 года отряду … Битарова приказано в районе разъезда Усово … перерезать путь отхода противника, прорывавшегося из Миллерово… Битаров под градом пуль и сильным миномётным огнём с возгласами «За Родину, За Сталина», идя сам впереди, поднял бойцов в атаку. Враг не выдержал… в панике бежал, бросив вооружение, автомашины и массу другого военного имущества. В этом бою капитан Битаров тяжело ранен…».
В марте 1943 года Битарова назначили заместителем командира 175-го гвардейского стрелкового полка, и в этой должности он дошёл до Победы.
Отличился в боях при форсировании Днепра, захвате и удержании плацдарма на западном берегу реки в сентябре 1943 года. За что командиром полка был представлен к награждению орденом Ленина, но был награжден орденом Отечественной войны 1 степени. Вместе с 58-й гвардейской стрелковой дивизий освобождал Украину, Молдавию, форсировал реку Одер, а Победу встретил в столице Чехословакии городе Прага. Гвардии майор Битаров - участник знаменитой встречи союзников на реке Эльба.
Награждён боевыми наградами: двумя орденами Александра Невского (02.02.1945, 16.02.1945), орденом Боевого Красного Знамени (30.04.1943), орденом Отечественной войны I степени (31.01.1944), орденом Красной Звезды (28.05.1945).

После войны Битаров Т.М. вернулся на родину – в Северную Осетию. Работал сначала бурильщиком, горным мастером, начальником участка шахты «Южная» Садонского угольного комбината СО АССР. Многолетний добросовестный труд ветерана войны и труда Тасолтана Битарова был отмечен орденом Октябрьской Революции, медалью «Во славу Осетии» и многими другими наградами.
Звание почётного гражданина г.Богучар присвоено в 1972 г. по случаю празднования 30-летия со дня освобождения города и района от немецко-фашистских захватчиков. Умер 26 декабря 1997 года.
Источники: Богучарский край от А до Я: краткая краеведческая энциклопедия – Воронеж: Кварта, 2006, стр.24.
Семён Красильщик, Марк Скотт «Встреча на Эльбе: воспоминания советских и американских участников второй мировой войны». — М.: Агентство печати «Новости», 1988, стр.56-59.
Газета «Советская Осетия» № 157 29.08.2011г. статья «Свет на горе Битаровых», автор Т.Байбародова.

Гордеев Александр Тимофеевич (1916 - 2000).
Родился в д.Доржево Владимирской области в 1916 году. Окончил Одесское пехотное училище, до войны служил командиром взвода пограничного отряда на западной границе. С началом войны в числе первых вступил в бой с врагом. Попав в окружение под Киевом, вывел 200 человек за линию фронта. В составе 1-й (58-й гвардейской) стрелковой дивизии участвовал в оборонительных боях и наступательной операции на Среднем Дону, освобождал село Филоново, город Богучар.
К началу наступательной операции «Малый Сатурн» Александр Гордеев дослужился до звания капитана. В штабе 408-го стрелкового полка он занимал должность помощника начальника штаба по разведке (ПНШ-2). Гордеев не только планировал и готовил разведоперации, но и сам принимал в них непосредственное участие, если того требовала ситуация.
16 декабря 1942 года после прорыва обороны противника на правом берегу Дона, части 1-й стрелковой дивизии завязали бои за хутор Тихий Дон. 408-й полк к 16-30 достиг северной окраины села Филоново. Противник силами до двух полков пехоты при поддержке средних танков контратаковал в направлении хутора Тихий Дон. Батальонам 408-го полка пришлось отойти и закрепиться высоте 196.0 к югу от хутора.
Командир 1-й стрелковой дивизии генерал-майор Семёнов приказал к утру 17-го декабря овладеть селом Филоново – сильным опорным пунктом обороны противника. В боях за Тихий Дон и Филоново в первых рядах наступающих были и разведчики 408-го полка. Владимир Аверьянов, знаменитый на всю дивизию разведчик 408-го полка, погиб, поднимая в атаку залегших под огнем красноармейцев.
Когда части 1-й стрелковой дивизии, преследуя отходившего к Богучару противника, подошли к селу Перещепное, то подступы к селу оказались заминированными. Капитан Гордеев А.Т. вместе с полковым инженером разминировал преградившее путь минное поле. Советская пехота неумолимо продвигалась к Богучару.
18-го декабря 1942 года полки 1-й стрелковой дивизии подходили к северным окраинам города. Попытка с ходу, на «плечах» отступающего противника, ворваться в Богучар, нашим не удалась. Но с запада и юга город охватывали подразделения 44-й гвардейской стрелковой дивизии, отрезая противнику возможность отхода в направлении райцентра Радченское.
В ночь с 18-го на 19-е декабря город Богучар был освобожден, противник беспорядочно отходил в направлении села Дьяченково и далее в южном и юго-восточном направлении. Дивизии предстояли тяжелые и кровопролитные бои за Миллерово и в Восточной Украине.
Капитан Гордеев отличился в боях за Богучар: при проведении разведки в городе он лично разминировал мост, сняв при этом 18 мин, дав возможность продвинуться вперед стрелковому батальону.
26 декабря 1942 года капитана Гордеева А.Т. командование 408-го полка представило к награждению орденом Красной Звезды. Награда была вручена ему в феврале 1943 года. Это была первая награда Александра Тимофеевича.
В августе 1943 года гвардии майора Гордеева назначают исполняющим обязанности командира 178-го гвардейского стрелкового полка 58-й гвардейской стрелковой дивизии. 7-го сентября 1943 года Александр Тимофеевич был тяжело ранен в боях в районе города Харькова. После госпиталя возвратился в родную дивизию уже на должность командира полка. 178-м полком Гордеев командовал до апреля 1944 года.
С августа 1944 года и до окончания войны Гордеев А.Т. командовал 175-м гвардейским стрелковым полком. Полк особо отличился в боях «за Вислой сонной», при расширении плацдарма на левом берегу реки в августе 1944 года.
За форсирование реки Одер, захват и удержание плацдарма на левом берегу в январе 1945 года гвардии подполковника Гордеева представили к званию Героя Советского Союза. Но награждён был Орденом Ленина, без присвоения звания Героя Советского Союза.
Полк Гордеева А.Т. первым встретился на Эльбе с передовыми частями американской армии, комполка награжден орденом «За боевые заслуги офицерского легиона Америки».
На этой странице в боевой биографии Гордеева А.Т. хочется остановиться особо. Впоследствии сам Александр Тимофеевич поделился своими воспоминаниями о событиях весны 1945 года:
«Встреча была радушной
18 апреля 1945 года 175-й стрелковый полк, наступая в передовом отряде 58-й стрелковой дивизии, форсировал реку Шпрее западнее города Вайсвассер. Мы уже были на подступах к Берлину, но в это время перед дивизией поставили задачу выйти к Эльбе на участке Торгау — Риза, захватить переправы и, прочно удерживая восточный берег реки, воспрепятствовать отходу противника.
Посоветовавшись с командирами батальонов и со своими заместителями, я принял решение посадить свою пехоту на автомашины и форсированным маршем продвигаться к Эльбе, не ввязываясь в затяжные бои с противником в населенных пунктах, а блокируя его вторым эшелоном.
Немцы прекратили в это время сопротивление на западе, перебросив войска на восток, и наши союзники беспрепятственно продвигались вперед, к Эльбе. Нам же пришлось преодолевать яростное сопротивление фашистов, в частности дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», спешно переброшенной на этот участок фронта.
Так, отражая контратаки эсэсовцев, 2-й батальон 175-го стрелкового полка под командованием майора Федора Глотова к исходу 23 апреля 1945 года вышел на правый берег Эльбы восточнее города Штрела. Разгромив отходящего противника, батальон Глотова захватил переправу через Эльбу. Вскоре к реке вышел весь полк. Командный пункт развернули в поселке Крайниц, в четырех километрах северо-восточнее Штрелы. Мой наблюдательный пункт разместился на колокольне каменной кирхи, куда связисты провели телефонную линию.
В ночь на 24 апреля мы вели бой с противником через Эльбу, а южнее нас весь день 24 апреля и до утра 25-го в районе города Риза также шел упорный бой. Об этом сообщили наши связисты, которые обменялись информацией с соседями. Командир дивизии генерал-майор Владимир Васильевич Русаков, находившийся на наблюдательном пункте командира 173-го стрелкового полка, предупредил меня о возможной встрече с союзниками. Он сказал, что зеленые ракеты на западном берегу реки будут означать: «Мы — союзники» — и отвечать на них нужно красными ракетами.
Артиллерийский и минометный огонь по левобережным поселкам и городу до установления того, в чьих руках они находятся, запрещен. Основанием для подготовки к форсированию Эльбы был приказ командующего нашей 5-й гвардейской армией генерал-полковника А. С. Жадова; с выходом к реке там, где нет союзных войск на ее западном берегу, захватить переправу и плацдармы и удерживать их.
К середине дня 24 апреля наступила полная тишина. Такое на войне всегда настораживает, и я доложил о своем беспокойстве командиру дивизии. Он мне приказал отправить утром 25 апреля за Эльбу разведку, но с условием: огонь открывать только в случае крайней необходимости и удаляться от реки не далее 10 километров. В разведку я послал 6-ю стрелковую роту под командованием старшего лейтенанта Григория Голобородько.

Утром 25 апреля 1945 года она переправилась через Эльбу и без всякого сопротивления продвинулась до высоты 129,7 у поселка Леквиц, в километре севернее Штрелы. В 11.30 Голобородько доложил мне по рации, что они встретились с американскими военнослужащими. Задачу свою рота выполнила, и я приказал ей возвратиться в расположение полка, пригласив в гости наших американских союзников. Спустя некоторое время рота Голобородько вернулась в Крайниц. Вслед за ней сюда же прибыл и американский патруль. Это было в 13.30. О встрече я доложил командиру дивизии. Он приказал мне принять американских гостей. От командира дивизии прибыли начальник штаба подполковник Спиридон Рудник, майор Анатолий Иванов и другие представители. Я и мои заместители Яков Козлов, Тасолтан Битаров, Владимир Лысов подошли к паромной переправе, где уже находились американцы. Это был патруль 69-й пехотой дивизии армии США из состава 273-го пехотного полка под командованием лейтенанта Альберта Котцебу. Вскоре к нам подошли многие наши солдаты и офицеры.

Встреча на Эльбе. Справа командир 175 гв сп гвардии подполковник Гордеев А.Т. В центре медсестра Любовь Козинченко.

Все мы были очень взволнованы. Американские солдаты уважительно рассматривали наши гвардейские знаки, ордена и медали, спрашивали их названия, интересовались, что это за красные и желтые нашивки на гимнастерках, и, узнав, что это знаки о ранениях, с восхищением говорили о героизме наших солдат.
Тут же, на лужайке, были расстелены плащ-палатки, выставлены русская водка и нехитрая закуска. И наши, и американские солдаты провозглашали тосты за то, чтобы никогда не было войны, за дружбу, скрепленную кровью в борьбе с общим врагом, за мир. Особенной приветливостью, я бы сказал, горячим задором отличался среди американцев заместитель начальника патруля рядовой Джозеф Половски. Он говорил но-немецки и через нашего переводчика сердечно благодарил советских воинов за их мужественную борьбу с фашизмом во имя мира на Земле.
Половски попросил меня подарить ему на память мою фотографию. К сожалению, у меня ее не было, но выручил подполковник Яков Козлов. Он дал мне групповую фотографию командования нашего полка, и я с удовольствием поставил на ней свой автограф и вручил снимок симпатичному американцу.

Второй справа - Гордеев А.Т. Источник фото http://waralbum.ru/

На этом первая встреча закончилась, а нас ждали другие дела. В частности, нужно было позаботиться о немецком населении. На восточном берегу Эльбы, особенно в Крайнице, где от паромной переправы остался только трос через реку, скопилось очень много женщин, стариков и детей, которых германское командование угоняло из восточных районов на запад. В толпе было много переодетых немецких солдат и офицеров. Нам пришлось развернуть полевые кухни, чтобы накормить этих людей, а беженцев как можно скорее отправить домой.
На другой день, 26 апреля, встречи продолжались. К нам в Крайниц снова переправились сержанты и солдаты, из состава патрулей лейтенанта Альберта Котцебу и майора Фреда Крейга. Здесь был сам Котцебу, сержанты и солдаты Джозеф Половски, Илайджа Сэмс, Чарльз Форестер, Мюрри Шульман и другие. Их радушно встретили наши солдаты и офицеры…»
В числе боевых наград Гордеева А.Т. – ордена Ленина (10.04.1945), Красного Знамени (28.05.1945), Суворова III степени (22.12.1944), Александра Невского (20.09.1943), два ордена Красной Звезды (11.02.1943), медали.
После расформирования 58-й гвардейской стрелковой дивизии Гордеев А.Т. получал назначение на должность военного комиссара в районах Тамбовской области, с 1962 г. по болезни уволен в запас.
Александр Тимофеевич проживал в Москве, принимал активное участие в послевоенных встречах советских и американских ветеранов Эльбы.

Встреча ветеранов Эльбы. Второй слева - Гордеев А.Т. Источник фото http://moypolk.ru/

Звание почётного гражданина города Богучара присвоено в декабре 1972 г. по случаю празднования 30-летия освобождения города и района от немецко-фашистских захватчиков.

Источники: Богучарский край от А до Я: краткая краеведческая энциклопедия – Воронеж: Кварта, 2006, стр.76.
Семён Красильщик, Марк Скотт «Встреча на Эльбе: воспоминания советских и американских участников второй мировой войны». — М.: Агентство печати «Новости», 1988, стр.39-42.

Продолжение...

Михаил Пащенко уехал домой, а меня все "грызли" сомнения: тот ли это солдат? Ну, не мог Чалый три года не писать писем домой, будучи живым и невредимым! А может, Вера Михайловна что-то напутала в своих воспоминаниях?
А на следующий день в Богучар по каким-то своим делам приехал Михаил Пащенко. Мы встретились.
- Я тут "пошерстил" по своим архивам: вот нашел две фотографии, - Пащенко протянул мне маленькие фотокарточки (видимо, на какое-то удостоверение), сколотые ржавой булавкой.
- В гражданской одежде - мой отец Федор Иванович, а вот, кто на другой - мы дома не знаем. Отец не говорил. Может, это и есть Чалый?
- А вот еще фото, видимо, довоенное, когда отец служил срочную.
Мы с Михаилом решили, что фотографии нужно отправить Вере Михайловне Мариновой - дочке Чалого М.А. И надеяться, что она узнает своего отца. Хотя у меня надежд особых не было: воин на фото был в форме с погонами, с орденом Красной Звезды, и, похоже, в звании лейтенанта (к сожалению, снимок был не очень четким).

Отец Веры Михайловны до войны жил в селе и работал в колхозе, дослужиться до офицера он, конечно, врядли бы смог. Но фото отправить нужно было, что мы и сделали. Спасибо богучарскому краеведу и просто отзывчивому человеку Николаю Федоровичу Дядину: он, узнав о цели нашего поиска, нашел время и возможность увеличить эти фото. Такое крупное фото (размером 10х15) военного в погонах мы и отослали Вере Михайловне - "на опознание".
Михаил Пащенко в свой второй приезд в Богучар рассказал о своем отце, о его жизни после войны. Неожиданно он опять упомянул, как водил своего отца и ... их соседа по улице в город в качестве поводыря. Я подумал, что ослышался, и уточнил: был еще слепой солдат в Журавке? Оказалось, что действительно был!

Наградной лист Колесникова Ивана Максимовича

- Иван Максимович Колесников! Он пораньше отца вернулся с войны, тоже по ранению глаз. Я их вместе и водил. Колесниковы недалеко от нас по улице жили.

Вот так новый поворот!
Нужно теперь было искать родственников Ивана Колесникова - еще одного слепого солдата из Журавки.
Спасибо Михаилу Пащенко - родственники были быстро нами найдены. Помог и поиск в интернете: внук Николай Колесников разместил на сайте "Бессмертного полка" несколько фотографий и небольшой рассказ о своем дедушке Иване Максимовиче.

На фото И.М.Колесников (с.Журавка)
Удалось дозвонится до Николая, он и сообщил, что помнил о дедушке: Дед был доброжелательным и очень хорошим человеком. Несмотря на свою слепоту, выполнял всю мужскую работу по хозяйству. После войны вместе со своей женой, моей бабушкой, Татьяной Митрофановной, полностью восстановил подворье, воспитал сына и дочь. 40 лет после войны прожил и проработал ничего не видя.
А про возможное посещение дедом жены своего однополчанина в Грушовом, Николай ничего сказать не смог - таких воспоминаний в семье не сохранилось, да и ушли из жизни многие из родственников. Спросить почти не у кого...

Мы постарались проследить боевой путь Ивана Колесникова. И просто какое-то дежа-вю. Иван Максимович тоже был награжден уже после войны по представлению Богучарского РВК (орденом "Красного Знамени"). В наградном листе указано, что воевал он в декабре 1941 г. в 54-й стрелковой бригаде, где получил ранение в боях на Калининском фронте. А с лета 1942 года - в составе 310-й стрелковой дивизии Волховского фронта. В июле 1944 года в боях на Карельском фронте в составе 1082 полка 310-й стрелковой дивизии был тяжело ранен в голову. После госпиталя был как инвалид 1 группы снят с воинского учета и направлен домой.
Опять солдат получил ранение в 1944-м году! Как и Пащенко!
Вскоре откликнулась Вера Михайловна, получившая по почте фотографию, переданную Пащенко. К сожалению, фотографии отца у них в семье не сохранилось. Как рассказала Вера Михайловна: мама прикопала документы и фотографии во дворе, перед тем как фашисты их стали выселять из села. А когда итальянцев и немцев выбили с донских берегов, и семья Чалых вернулась в родное подворье, то мать с ужасом обнаружила, что фотографии и документы кто-то откопал и они пропали.
Так что, Вере Михайловне пришлось надеяться на какое-то внутренне чутье. Но оно ей не помогло: по словам Веры Михайловны, воин на фото врядли был ее отцом.
Я рассказал Вере Михайловне о том, что удалось найти двух жителей Журавки, которые могли приходить к ее матери в Грушовое.
- Что же делать? Кто же из них мог быть однополчанином моего отца? - Вера Михайловна растерялась.
Я сообщил ей, что мог быть любой из них. Также удалось узнать в Богучарском военкомате (там сохранилась книга учета призывников), что Чалый Михаил Антонович был призван в августе 1941 года и направлен в Коротоякский РВК. Недалеко железнодорожные станции Лиски и Острогожск: оттуда новобранцы направлялись к местам службы.
Богучарский поисковый отряд подготовил запросы в ЦАМО РФ с просьбой найти сведения о службе Чалого Михаила Антоновича в составе 395-й сд в 1941 году, 3-й гв сд - в 1944, в 54-й бригаде - в 1941 году, в 310 сд - с 1942 по 1944 год. Остается только ждать и надеяться, что ответ Вера Михайловна Маринова получит. Ответ, из которого она наконец узнает, где сложил голову ее родной отец.
Очень надеемся, что продолжение у этой истории обязательно будет!!!

Я родился уже после войны — в 48-м году, потому не могу помнить, бывал ли мой отец с такой благородной миссией в Грушовом, по крайней мере, мне он об этом не рассказывал. Но
такое вполне могло быть! Мой отец был очень обязательным человеком! Если пообещал — то обязательно выполнит! - продолжил рассказывать Михаил Федорович.
- Кроме того, ведь путь из Журавки в райцентр проходил в послевоенные годы через Грушовое, там мы
переправлялись через Дон. И я ребенком водил отца в город как раз через Грушовое, - вспомнил очень
важный момент Михаил Пащенко. Это воспоминание еще сыграет свою роль в нашем поиске...
А вот подробно рассказать о боевом пути своего отца Михаил Федорович не смог: отец не любил таких
воспоминаний, бередящих душу и сердце.
Михаил Федорович привез с собой несколько сохранившихся документов из семейного архива:
Справку, выданную Карловской торговой конторой Краснолучского рай… Ворошиловградской области от
23.02.1939г., о нахождении Пащенко Ф.И.в отпуске с 23.02.1939г. по 09.03.1939г.
На оттиске штампа указано: Красный Луч шах. 7/8 «КАРЛ» Ворошиловградской области.
Личное санитарное удостоверение Пащенко Федора Ивановича. Место работы — Красный Луч, маг.105,
ш.21. На одной из страниц хорошо читаемый оттиск штампа: "НКОЗ Боково-Антрацiтiвська районова
ПОЛIКЛIНIКА Ворошиловградьского Облздрав".

Выяснилось, что Пащенко Федор Иванович до войны работал в городе Красный Луч. Многие жители
Богучарского и Радченского района в довоенные годы в поисках лучшей доли и работы уезжали на
Донбасс.
Начало войны и застало Пащенко Ф.И. в Ворошиловградской области. Там он и был призван в Красную
Армию.
Среди документов о потерях на сайте ОБД Мемориал найдено донесение 395-й стрелковой дивизии Ее
называли "Шахтерской" дивизией, так как дивизия формировалась на Донбассе.В основной своей массе,
из числа шахтеров и рабочих предприятий Донбасса. Боевое крещение дивизия тоже приняла там же, на
Восточной Украине.

Наградной лист Богучарского РВК от 31.03.1945г.

В списке без вести пропавших воинов "Шахтерской" дивизии (726-го полка) указан и Пащенко Федор
Иванович, уроженец Богучарского района Ворошиловградской области (так в документе!), призванный
Боково-Антрацитовским РВК, командир взвода, 08.10.1941г. пропал без вести в районе д.Веселая
Мариупольского района Сталинской области УССР. Жена — Пащенко Прасковья Дмитриевна (в
действительности оказалось, что так звали его мать), адрес семьи: Богучарский район.
Воин учтен как погибший в Книге Памяти Луганской области Украины!

Михаил Пащенко рассказал, как отец в составе своей части отступал с Донбасса. Среди его сослуживцев было много выходцев из Богучарского района, видимо, так же, как и Федор Пащенко, работавших в Донецкой и Ворошиловградской областях. Многие навсегда остались в обильно политой кровью донецкой земле, а ему удалось выжить и в последствии дойти с боями до границ Германии.
- Помню, как дитём играл с отцовскими наградами. Был у него Орден Отечественной войны, были
медали...
Среди наградных документов мы нашли сведения о награждении уроженца с.Журавка
Богучарского района Воронежской области Пащенко Федора Ивановича орденом Отечественной войны 2
степени!

Наградили его по представлению Богучарского РВК уже после окончания войны.
Из наградного листа мы узнали следующее: год рождения — 1911, украинец, беспартийный, рядовой,
связист 13 гвардейского стрелкового полка 3 гвардейской стрелковой дивизии 2-й Армии 3-го Украинского
фронта.
Воевал с 10.10.1943 по 28.07.1944, и с 13.09.44г. по 12.10.1944г.
Призван Волновахским РВК Сталинской области УССР (город Волноваха был освобожден в сентябре 1943
года войсками 3-й гв. стр. дивизии). Получил ранение в июле 1944 года в боях на территории
современной Литвы.
Тяжелое ранение осколком мины воин получил 12.10.1944г. в боях за город Тильзит (ныне — г.Советск
Калининградской области). После лечения в госпитале (ЭГ 5950) был призван негодным к военной
службе, уволен из РККА, признан инвалидом 2 группы (так как лишился зрения).
В архиве семьи Пащенко хранится «АТТЕСТАТ НА ПРОДОВОЛЬСТВИЕ» на р/б Пащенко Ф.И., убывшему
02.02.1945г. из ЭГ ..950 домой, в родную Журавку.

Теперь нам стали известны те воинские части, в которых воевал Пащенко Федор Иванович. Это 395-я стрелковая дивизия в 1941 году, и с октября 1943 года - 3-я гвардейская стрелковая дивизия. По какой-то неизвестной причине "выпали" два года войны. Но это было не важно. Если принять "на веру" рассказ Веры Михайловны, то выходило, что отец ее воевал вместе с Пащенко в 3-й гвардейской стрелковой дивизии. Смущало (и очень смущало) только то, что Пащенко Ф.И. получил ранение глаз в октябре 1944 года. А Чалый М.А. обязательно бы дал о себе весточку до этого времени!!! Пусть, село Грушовое и было полгода в оккупации. Но, по словам Веры Михайловны, если и были письма от отца, то только сразу после призыва. Но точно она утверждать не могла. Но другой версии (кроме "Пащенковской") у нас на тот момент не было.

Значит, можно было делать запросы в ЦАМО (знать в/часть - большое дело), и надеяться, что наши запросы не "отфутболят", как бывало ранее, к сожалению.

Вере Михайловне мы пока не стали сообшать о первых результатах наших поисков слепого однополчанина из Журавки, чтобы не спугнуть удачу!

И тут неожиданно мы получили информацию, которая поставила под сомнение нашы первоначальные выводы и предположения.

Читать продолжение...

К нам в Богучарский поисковый отряд обращаются дети, внуки и правнуки советских солдат и офицеров, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественной войны. Кто-то хочет проследить боевой путь своего родственника в годы войны — где воевал, был ли награжден и за какие заслуги. Кто-то собирает данные для семейного архива или занялся составлением фамильного «семейного» дерева.
Но большинство, конечно же, просят об одном: помогите найти место гибели и захоронения их отца, деда, прадеда… Стараемся помочь всем, ответить на каждое обращение. Не всегда, правда, получается разыскать сведения о месте последнего упокоения солдат и офицеров Великой Отечественной войны. И они остаются для потомком пропавшими без вести, или погибшими в безвестном бою в 1941 — 1945 годах. Именно так напротив многих фамилий указано в Книге Памяти Богучарского района.
Исходных данных для поиска часто бывает очень мало. Родился в таком-то году в селе ..., был призван ...ским РВК, учтен пропавшим без вести в марте - апреле 1943 года. Писем не было или они не сохранились. Чаще всего поиск и закачивается на таком донесении Богучарского или Радченского военкомата. А у родственников практически никаких воспоминаний о своем бесследно сгинувшем отце, деде, прадеде…
Когда к командиру поискового отряда Новикову Николаю Львовичу обратилась жительница Верхнедонского района Ростовской области Вера Михайловна Маринова с просьбой разыскать сведения о судьбе своего отца Чалого Михаила Антоновича, уроженца богучарского села Грушовое, поиск в интернет-базах Министерства обороны РФ предсказуемо вывел нас на послевоенное донесение Богучарского военкомата: отец Веры Михайловны призван в 1941 году, связь прекратилась 15 августа 1941 года, адреса полевой почты не сохранилось. Как итог - учесть пропавшим без вести…
О неутешительном итоге наших поисков я сообщил Вере Михайловне Мариновой. И тут она рассказала об одном воспоминании своего детства, с надеждой, что это поможет в наших поисках.
Вера Михайловна плохо помнит своего отца: - В памяти только какой-то смутный контур. Мне ведь всего пять лет было, как отец ушел на войну. Моя мама Анна Сидоровна с осталась с тремя маленькими детишками в селе Грушовое.
Всё пришлось пережить семье солдата: и ужас оккупации, когда фашисты выгнали их из родного села (Грушовое было прифронтовым селом), и трудные годы после освобождения: матери нужно было прокормить детей. А об отце никаких сведений не было.
И вот, уже после войны, точный год Вера Михайловна, к сожалению, не смогла вспомнить, в село Грушовое пришли мужчина и женщина. Мужчина, бывший фронтовик, был слепой, вела его женщина — поводырь. Вероятно, жена слепого мужчины. Эта необычная пара искала хату, где жила солдатка Анна Сидоровна Чалая с тремя детьми.
Слепой мужчина и рассказал матери Веры Михайловны, что сам он родом из соседнего села Журавка, и что он воевал вместе с Чалым Михаилом Антоновичем! Когда Анна Чалая отревелась, и, вытерев слезы, немного успокоилась, мужчина и рассказал, что он и Михаил Чалый, как земляки, на фронте держались вместе. И перед серьёзным боем, как делали многие солдаты, они обменялись своим адресами, и пообещали друг другу сообщить семье, если кто-то из них из того боя не выйдет.
Все это уже гораздо позже рассказала Вере Михайловне ее мать.
Слепой солдат продолжал свой рассказ: - Перед боем нашу часть обстреляли из минометов, мина разорвалась совсем близко. Меня ранило: выжгло глаза. Я попал в госпиталь, и о дальнейшей судьбе своего земляка Михаила Чалого я ничего не знал. А сейчас зашел узнать, остался ли он в живых?
Я по телефону слушал рассказ Веры Михайловны и думал: может ли эта информация хоть как-то помочь в поиске? Ведь ни фамилии того слепого солдата, ни другой информации Вера Михайловна не вспомнила — все-таки прошло более семидесяти лет…

- Может, Вы попробуете разыскать родственников этого слепого солдата из Журавки? - прервала мои мысли Вера Михайловна, - это, хоть небольшая, но — зацепка!
Вместе с Верой Михайловной мы решили, что этим шансом нужно воспользоваться. Я предложил обратиться в районную газету «Сельская новь», небольшое объявление о поиске в печатном номере газеты наверняка попадется на глаза старожилам Журавки или Грушового. Вера Михайловна горячо поддержала эту идею. Оставалось ждать и надеяться.
Спасибо редакции районной газеты и лично Лифинцевой Наталье: уже 7 февраля небольшой материал о поиске был напечатан (пусть и с небольшими ошибками).
А уже вечером 7-го числа к Николаю Львовичу Новикову в поселок Дубрава дозвонился житель села Журавка (связь была ужасная, часто прерывалась). Новиков смог только понять, что звонят из Журавки по поводу статьи в районке. «Это мой отец!» - несколько раз повторил звонивший.
Николаю Львовичу приходилось по поисковым делам часто бывать в Журавке, он многих жителей села знает самолично. И уже вскоре мы знали, кто откликнулся на статью в «Сельской нови»! Звонившим оказался Пащенко Михаил Фёдорович, которому мы уже ранее помогли разыскать по архивам место гибели и захоронения его родного дяди Митрофана Ивановича Пащенко. Вот такой поворот!
Договорились о встрече с Пащенко в Богучаре. Но, как назло, завьюжили метели, занесло дороги, и приезда Михаила Пащенко в райцентр пришлось подождать несколько дней.
- Это мог быть отец - Пащенко Фёдор Иванович! Он пришел с войны почти полностью слепым — потерял зрение от разрыва мины — все как в статье! - сказал Михаил Федорович при нашей встрече.

Читать продолжение...

Сивоволов Тихон Ермолаевич. Сейчас уже мало кто помнит этого человека, но в годы войны его знал пожалуй, каждый житель Загребайловки. Справедливо будет вернуть это имя, фактически героя в истории Лугового.

Обосновавшись на захваченных территориях, оккупанты нашли себе пособников и среди местных жителей. Появились старосты, бригадиры, полицаи. После освобождения многие из них оказались на скамье подсудимых и подверглись суровой каре за предательство. Но были среди них и такие, которые старались облегчить тяжёлое положение своих земляков.

Старостой в селе Загребайловка во время Великой Отечественной войны был отчим Янченко Анастасии Степановны – Сивоволов Тихон Ермолаевич. Во время оккупации в нашем селе были немцы, итальянцы и австрийцы.

Вот что рассказала о нём в своих воспоминаниях наша землячка Римма Игнатьевна Щербинина: « Как-то австриец приказал, чтобы мы нашли ему медный таз. Он в нём варил варенье и давал всем попробовать. Когда варенье, поставленное на окно, остыло, то присело, а по краям осталась каёмочка. Австриец утром, увидев это, подумал, что мы, дети, ночью его поели. Маму нашу - под ружьё, заперли в сарае и сказали –расстрелять. Мы, все дети, как услышали,подняли плач, соседи тоже перепугались. Мы с сестрой кричали в голос. Маму в сарае держали до вечера, сказали -утром расстреляют. Итальянцы предупредили старших детей, чтобы нас, маленьких, куда-нибудь отвели. Нас забрали к себе соседи.

Потом дед, наш сосед, сказал, что нужно обратиться к старосте. А старостой был Сивоволов Тихон Ермолаевич( все в селе его звали дед Тишко). Этот старичок, он ещё был кумом родителей, крестил старших детей, хороший и безобидный человек. Он никому зла не сделал, но всё равно отсидел потом десять лет в тюрьме. Так вот он и спас маму, объяснив австрийцу, как было дело с его вареньем.

Еще по воспоминаниям старожилов он спасал солдат, выходивших из окружения. Днем они прятались в скирдах соломы, а Тихон Ермолаевич приходил во дворы и, делая вид что отдает приказания о работе на итальянцев, говорил женщинам, кто что должен приготовить и к какой скирде отнести, чтобы накормить наших солдат. А потом, ночью, на лодке по речке отвозил солдат к Дону. По Богучарке тогда можно было проплыть на лодке до самого устья. Как он это делал неизвестно. Возможно знал какие то пароли для немецких патрулей. А может и напрямую был связан с Красной Армией.

По другим воспоминаниям дед Тишко спас нашего летчика. Немцы над летчиком издевались и бросили его.Загребайлова баба Оксана и баба Таня «Кулешиха» рассказали об этом летчике полицаю. Дед Тишко им сказал, чтобы они ночью привезли летчика к речке в вербы, и он на лодке по Дону отвез его к своим. Летчик остался жив и приезжал после войны в наше село. (Расследование этой истории и привело к Сивоволову Т.Е.)

Все жители Загребайловки знали что он скорее помогает нашим,чем оккупантам, и никто его не выдал. Но после освобождения в декабре 1942 года, его как пособника фашистам арестовали. Видимо он давал советскому следствию какие то показания, потому то его не расстреляли, а осудили на 10 лет.

Отсидев, дед Тишко вернулся в родное село, и никто никогда не упрекнул его в пособничестве оккупантам. Хоть и был пожилой, подрабатывал в колхозе, а так как был одинокий, то стал жить с Дядиновой Марией Аксентьевной. Жили они в домике справа от СТФ, там где дорога спускается к "переходке" на "хуторыще".

Дед был заядлым рыбаком до последних своих дней.По воспоминаниям, у него во дворе стояло большое каменное корыто, наполненное водой и постоянно полное рыбы. Умер Тихон Ермолаевич 14 октября 1975 года в возрасте 85 лет. Таким образом он был 1890 года рождения и на момент оккупации, ему было 52 года. Удивительно что Мария Аксентьевна пережила своего муже всего на полдня и умерла тем же вечером 14 октября.

Этот человек не получил признания от государства, зато получил это признание от своих земляков. Нужно быть очень смелым человеком что бы притвориться помощником оккупантов, в то же время помогать своим землякам и постоянно ждать что тебя раскроют и расстреляют враги. А потом возможно несправедливо осудят свои. Этот человек по своему герой. И это имя, Сивоволов Тихон Ермолаевич должно быть известно в нашем селе. Считаю что необходимо как то увековечить память об этом человеке.

Очень хорошо что остались фотографии Тихона Ермолаевича, к тому же показывающие как жили люди в 50-60 годы 20 века.

Пилипенко Р.А.

2016

«1 - ГО МАЯ БУДЕМ В БЕРЛИНЕ»
В краеведческом музее города Богучар висит фотография моего деда Гончарова Тимофея Игнатьевича, уроженца с. Монастырщина Богучарского уезда. Его биография во многом сходится с жизненным путем, который
сложился у сотен его сверстников, выходцев из беднейшего крестьянства в период бурных событий, потрясавших до основания царское самодержавие. В 17 лет он встретил Октябрьскую революцию, как вспоминала
моя мама «ее идеи захватили его полностью и за них он боролся до конца своей жизни». Революционные события из центра России, как известно, быстро переместились в Богучарский край. Именно в нашем крае родилась знаменитая на всю Россию 40-я Богучарская стрелковая дивизия имени Серго Орджоникидзе. И, именно, богучарские партизаны дали первый отпор немецко –гайдамацким войскам в мае 1918 года. Тимофей Игнатьевич с братом Андреем сначала вступили в отряд красных партизан, а потом два с лишним года воевали на различных фронтах гражданской войны и дойдя до Крыма только в 1920 году демобилизовался, вернулся в с. Монастырщину.
Здесь на границе с бывшей областью Войска Донского шла жестокая борьба за закрепление устоев Советской
власти. В округе свирепствовали банды Колесникова, Варавы, Чекуши, залетали различные Маруси и т.д. Налеты каждой банды начинались, как вспоминала Евгения Ивановна Гончарова, «с того, что искали и тут же рубили сельсоветчиков и активистов, затем грабили население и исчезали». Как большевика и красного командира деда избрали председателем Монастырщенского волисполкома. Секретарем исполкома был избран Филиппов Иван Григорьевич. Волостной исполком того периода решал практически все вопросы сельского хозяйства, культуры, образования, исполнения декретов Советской власти, защиты граждан от налетов бандитов. Созданные из бывших фронтовиков сельского актива во главе с коммунистами ЧОНа, не раз отражали нападения
небольших отрядов бандитов, труднее было справиться с большими бандитским отрядами.
Как вспоминала моя мама Мария Тимофеевна: «Не раз, уже будучи взрослыми, мы с братом просили рассказать отца о прошлом, о работе председателем волостного Совета.
Однажды поздней осенью 1920 года ночью на село налетел большой конный отряд. Мой дед разбудил отца и сказал, что в селе идет стрельба. Отец раздетый выскочил в окно, прыгнул на коня и ускакал в город за подмогой.
Когда отряд красногвардейцев прискакал в с. Монастырщина, отец горечью узнал, что активисты села, отстреливаясь ушли на Дон, бандиты догнали их у песчаного берега Дона и зарубили 17 человек. Из них в
живых остался только секретарь Совета Филиппов Иван Григорьевич. Сабля бандита проломила ему череп и его посчитали мертвым. Когда жители подбирали погибших, то в нем обнаружили признаки жизни и затем односельчане отходили его.
Впоследствие он снова работал в Совете». Тимофей Игнатьевич принимал активное участие в создании
колхозов в селах Монастырщина и Пасека. В 1930 году его перевели на работу в отдел Богучарской милиции, а в 1931 г. избрали председателем Загребайловского (ныне Луговского – Е.Р.) сельского Совета. Гончаров Тимофей
Игнатьевич (1900 -1943). «Нередко в адрес работников Советов, - вспоминала дочь Мария Гончарова, - посылались угрозы. Не раз мы находили записки у порога своего дома, в которых отцу грозили, что в такой – то час он будет убит. Отец смаялся над такими угрозами, успокаивал семью, и принимал меры к розыску авторов угроз. Однажды отцу сообщили, в какой день и где будет скрываться главарь бандитской шайки. Отец вызвал милицию из г. Богучар, сделал засаду. Бандит ночью посетил свою знакомую из с. Твердохлебова. Огород ее
усадьбы выходил к реке, где росли камыши. В камышах была высохшая копанка.
Участники облав скрыто подошли к дому и рассредоточились по всему огороду. В доме пьянствовали долго. Уже за полночь свет в окне погас. Бандит вышел во двор, постоял, послушал и потихоньку пошел к реке. Потом лег в копанку и захрапел.
Тут его схватили и увезли в Богучар. Мы дома знали, чем был занят отец в эту ночь и очень боялись за его жизнь».
Моя бабушка Гончарова Евгения Ивановна рассказывала, что однажды на мужа написали донос в ОГПу.
ку Поздно вечером за ним приехал «черный ворон» (специальный автомобиль для арестантов – Е.Р.) его пришли арестовывать, но кто – то из друзей предупредил его. Игнат Тимофеевич вышел во двор с маузером в руке и, увидев среди огепеушников знакомого милиционера, предупредил: «Кто первый подойдет
того и положу!» «Черный ворон» уехал без арестованного. Позже во всем разобрались. В 80- х годах XX века работая в Партийном архиве Воронежской области, мне удалось найти документ - о
восстановлении Гончарова Игната Тимофеевича в ВКП (б).
Гончарова Т. И. Через два года в конце 1933 года деда избрали председателем колхоза «Заветы Ильича» в с. Новоникольское, где он проработал до 1936 года, а затем его перевели на работу секретарем
парторганизации колхоза «Серп и Молот» Радченского района. Уже перед войной Тимофея Игнатьевича назначили начальником политотдела Липчанской МТС. В июне 1941 года Тимофей Игнатьевич ушел добровольцем на фронт. Мария Тимофеевна Романова (Гончарова) вспоминала: «Когда отец уходил на
фронт, давал нам с братом наказ пойти учиться на учителя. Сведения от него мы получали скудные. В солдатских треугольниках к нам поступали его короткие приветствия и уверенность в победе над врагом. Где он и что с ним мы не знали.
И только весной 1944 года пришло извещение о том, что Гончаров Тимофей Игнатьевич партизан Великой Отечественной войны погиб под деревней Кавязы Кличесвкого района Могилевской области. Внизу стояла подпись легендарного руководителя партизанской армии Ковпака».
В семейном архиве сохранилось всего одно письмо моего деда, но оно самое дорогое, что у меня от него осталось. В нем он пишет: ««Еня. Я на фротне с 1 –го декабря, пока жив. Читай сама никому, Никоты Биловетского с РТС уже нет. Еня я ваши пять писем получил, которые читала вся рота. Это я один
получил, больше никто и прошу вас писать чаще письма. Эх, Еня. До свидания. Еня, передай от меня лично мой большевистский привет любимой дочке Маруси и мамке, сестре и племяннице. Еня, пиши все новости, не бойся, письмо ко мне на фронт пропустят. Еня, писать некогда. Прийду домой я тебе расскажу какие я
чудеса творю. Бью врага насмерть но и знай, что только я его закончу его жизнь и говорю, что 8 марта будем на границе своей и 1 мая в Берлине». Так и произошло в жизни.
Дети выполнили наказ отца. Дочь Мария стала учительницей русского языка и литературы, сын Иван учителем истории и долгое время работал директором Подгоренской школы интернат Россошанского района, получил звание «Заслуженный учитель школ РСФСР». Так появилась учительская династия, которой сейчас уже
более 40 лет общего педагогического стажа.
Разыскивая могилу деда, в 1983 году я обращался во многие архивы, ответили только из Центрального партийного архива Института Марксизма – Ленинизма при ЦК КПСС: «Гончаров Тимофей Игнатьевич, боец отряда №277 с 18.09.1943 г., 1900 года рождения, русский, член ВКП(б), до отряда служил в 329
стрелковой дивизии, старшиной роты химзащиты, погиб 28.10.1943 г.».
На обелиске в д. Кавязы Могилевской области фамилии 26 погибших партизан, есть и фамилия моего деда и я благодарен ему, что он в рядах нынешнего «Бессмертного полка» дошел до Берлина и освободил нашу Родину от
фашизма.

3 декабря в России отмечается День неизвестного солдата. Этот праздник призван увековечить память, воинскую доблесть и бессмертный подвиг погибших в боевых действиях российских и советских воинов, чьи имена остались неизвестными.
Инициатива установления этой даты принадлежит участникам движений, занимающихся поисками останков погибших воинов и увековечением их памяти, – такую идею они выдвинули в ходе встречи с тогдашним руководителем администрации президента РФ Сергеем Ивановым, который поддержал это предложение.
Дата для праздника выбрана не случайно — 3 декабря 1966 года в ознаменование 25-летней годовщины разгрома немецких войск под Москвой прах Неизвестного Солдата был перенесен из братской могилы на 41-м километре Ленинградского шоссе и торжественно захоронен в Александровском саду у стен Кремля в Москве.
На месте захоронения 8 мая 1967 года был открыт мемориальный архитектурный ансамбль "Могила Неизвестного солдата".
В центре мемориала находится надгробная площадка из красного гранита с бронзовой пятиконечной звездой, в середине которой горит Вечный огонь славы, зажженный от пламени, пылающего на Марсовом поле в Санкт-Петербурге. На надгробье надпись — "Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен".
© РИА Новости

Богучарский поисковый отряд "Память" и его бессменный командир Николай Львович Новиков уже много лет занимается тем, чтобы неизвестных солдат, погибших при защите нашей Родины, стало, хоть не на много, но меньше. К сожалению, очень редко нам удается найти медальон, или именную вещь, которые бы позволили точно идентифицировать погибшего воина. Да и найденные вкладыши медальонов не всегда возможно прочитать. Но не смотря на все эти трудности, такая работа будет продолжаться.

Как будет продолжена поисковая работа в архивах. И она уже дает первые плоды! Богучарским поисковым отрядом "Память" установлены фамилии воинов, умерших от ран в селе Шуриновка. И вот через несколько дней будет установлен памятный знак в этом богучарском селе.

Проводится работа с администрацией Твердохлебовского сельского поселения по увековечению памяти пленных красноармейцев, расстрелянных фашистами в хуторе Белый Колодезь.

Изготовлен памятный знак, посвященный экипажу советского бомбардировщика "БОСТОН". Известны их фамилии.

Установлены 28 фамилий воинов, погибших в районе места боя 8-й роты. И такая работа будет обязательно нами продолжена!

Екатерина Пирятинская, учитель истории
Верхнемамонский район Воронежской области, село Ольховатка

В зале Боевой славы МКОУ «Ольховатская СОШ» Верхнемамонского района расположены стенды с фотографиями погибших земляков. Среди них – копия фотографии Петра Даниловича Дутова. В фондах музея имеется настоящее фото погибшего. На обороте – надпись: «Дутов Пётр Данилович 1914-1941. Гвардии рядовой дивизии имени генерала Панфилова. Погиб в числе 28-ми у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 г.».
Как оказалось его фото на школьном стенде? Ведь здесь должны быть только земляки! Со школьной скамьи известно, что дивизия генерала Панфилова формировалась в Казахстане, а прославилась под Москвой поздней осенью 1941года, сдерживая многочисленные танковые атаки противника. Какое отношение один из героев–панфиловцев, Герой Советского Союза Пётр Дутов, имеет к Ольховатке? С другой стороны, фамилия Дутовы в селе известна, как говорят, она – «наша». Судя по факту существования фотографии в фондах музея – Пётр Данилович должен быть земляком.
Уехали, спасая детей
О факте его рождения в нашей Ольховатке мне рассказывал ещё в 90-х годах бывший директор школы, основатель школьного музея, учитель истории Григорий Игнатьевич Ильинов. По его словам, Дутовы слыли зажиточными, поэтому-то и были вынуждены уехать в Южный Казахстан. Родившийся в начале ХХ века и проживающий где-то недалеко от данной семьи, историк-краевед немного помнил их. Ещё будучи школьницей, я часто интересовалась историей Ольховатки. Старожилы рассказывали, что весной 1930 года многие местные жители покинули родные места, выехав в Южный Казахстан.
Действительно, 30 января 1930 года вышло постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Более зажиточных беспокоили ещё и раньше, а после этого указа люди не находили себе места, боясь ненароком оказаться в списке раскулачиваемых. Опять же, старики-односельчане подсказывали, что Дутовых, видимо, раскулачили, раз они оказались так далеко от родных мест. Но в списке репрессированных жителей села Ольховатка их нет. Во-вторых, кулаки делились на три категории: одни подлежали расстрелу, другие – высылке в отдалённые районы Севера, Урала и Сибири, третьих просто переселяли неподалёку. В связи с этим можно утверждать, что никак не могли выслать как кулаков Дутовых в Южный (!) Казахстан.
Опять же, другие старики рассказывали, что некоторые середняки, не дожидаясь раскулачивания, массово выезжали с насиженных мест. В сёлах этот процесс получил название – самораскулачивание. Распродавали быстро вещи, дома и уезжали в далёкие края. Следовательно, семья Дутовых выехала на постоянное место жительства в Южный Казахстан по доброй воле.
В памяти народа
К глубокому прискорбию, в те годы не было Интернета, поэтому собрать более подробную информацию о семье Петра Даниловича, его родственниках не представлялось возможным. А жаль, как раз тогда живы были ещё близкие родственники. Спустя время в Интернете обнаружили статью о нашем (?) Герое. Среди прочего, к великому сожалению, узнали, что его родным селом является Холмогоровка Гвардейского района Талды-Курганской области. Как могло случиться, что человек, рождённый в Ольховатке, стал уроженцем Казахстана? Конечно, в те далёкие времена родители могли утерять документы или целенаправленно от них избавиться. В конце концов, их могли выкрасть, да мало ли ещё что… Но факт остаётся фактом: все дети были записаны как рождённые в Холмогоровке.
С тех пор для меня и увлечённых краеведением детей главной целью стало изучение биографии Петра Даниловича Дутова, связанной с воронежскими и казахскими землями, восстановление исторической справедливости. Хотелось также найти отражение народной памяти о герое.
В селе близких родственников не осталось, информации было очень мало. Уже потом, впоследствии следующий наш директор, учитель русского языка и литературы Любовь Михайловна Корниенко рассказала, что её родная сестра Мария Михайловна была замужем за Иваном Яковлевичем Ходыревым – двоюродным братом Петра Даниловича. Яков Ходырев имел сестру, которая вышла замуж за Данилу Дутова. Они и являются родителями героя-панфиловца.

Герой Советского Союза Петр Дутов на фронте.

Любовь Михайловна поведала, что мать Петра Дутова приезжала в Ольховатку в 50-60-е годы несколько раз, были даже фотографии встреч родственников с нею. В результате пожара 2010 года дом семьи Корниенко сгорел, личный архив – тоже. Получалось, что подтвердить факт приезда в родное село фотографиями не представлялось возможным. Любовь Михайловна также говорила, что вместе с матерью Петра приезжала её внучка Галя, которая окончила Павловское педучилище, пединститут, работала в Казахстане, затем жила в городе Россошь Воронежской области. Назвала также её фамилию по мужу – Цымбалист.
Одновременно пыталась найти в соцсетях информацию о Холмогоровке. Пересмотрела все бывшие в Интернете карты тех времён – нет такого нигде. Спустя полгода появился список переименованных административно-территориальных единиц Казахстана. Оказалось, что это село переименовали в Шаган, и район не Гвардейский, а Кербулакский. Сайта школы тогда не было, нашла только телефонный код села и номер школы. Вышла на руководителя школьного краеведческого музея Галину Викторовну Житник. Математик-краевед выслушала меня и сказала, что ей доподлинно известно о рождении героя в Холмогоровке – Шагане. Я настаивала на своём, она – на своём. Сошлись на том, что она ещё будет прояснять ситуацию. Потом переписка шла в соцсетях и по электронной почте.
Ольховатка, Россошь, Шаган…
Пока ждала ответа от казахского коллеги, решила поискать в соцсетях людей с фамилией Цымбалист; может, живут какие либо родственники – двоюродные, троюродные потомки Петра Даниловича, о которых рассказывала Любовь Михайловна Корниенко. Ведь было же известно полное имя.
В Россошанском районе фамилия Цымбалист оказалась довольно-таки распространённой. Написала нескольким людям с такой фамилией, с просьбой оказать помощь. Мне отвечали, что такая женщина не является их родственницей, и вообще они не знают, о ком идёт речь.
Через методистов Россошанского отдела по образованию вышла на «девочку Галю», о которой вспоминала Любовь Михайловна. Она была уже на пенсии. Во время телефонного разговора Галина Фёдоровна Цымбалист подтвердила, что родиной Петра Даниловича Дутова является Ольховатка. Почему случилось по документам, что Холмогоровка, она не знает. Подтвердила также, что со своей бабушкой – матерью Петра – приезжала к родственникам в Ольховатку в 60-е годы. Сказала, что у неё сохранились общие фотографии. Затем выяснилось, что Галина Викторовна была её ученицей, потом пришла работать в Холмогоровскую школу. Сама же Галина Фёдоровна несколько лет была директором той самой школы, затем выехала в Россию, в Россошанский район. Договорилась о встрече. Но такая возможность появилась не сразу.

Родственники Петра Дутова в Ольховатке. Первая слева – Елена Дутова, за ней - её дочь, сестра героя-панфиловца.
Тем временем из Холмогоровки пришло сообщение. Галина Викторовна провела дополнительные опросы старожилов и согласилась с тем, что семья Петра Даниловича в её селе была приезжей, только никто не помнил, откуда они приехали. Сообщила, что у Петра Даниловича Дутова была до войны семья: жена, дочь, сын. Жена Петра Дутова была не местной для Холмогоровки, приезжая. Сразу после войны она, взяв детей, выехала, только вот куда – не известно. С роднёй мужа она больше не общалась. Связь с прямыми потомками отсутствует. Её земляки вспоминали, что, вроде как, однажды приезжал внук панфиловца, ему сейчас где-то 40 - 45 лет, может, даже больше.
По электронной почте Галина Викторовна прислала ксерокопию газеты с портретом Героя, фотографию школьного уголка, где стоит бюст Дутова, а также, по моей просьбе, несколько фотографий с видом села Шаган, всё-таки здесь проживали наш земляк и вся его многочисленная семья. Как ни обидно, но Шагановская школа носит имя своего (?) земляка. К тому же, на основании приказов Верховного Совета СССР, в 1975 году на родине героев-панфиловцев были установлены бронзовые бюсты.
Мы обратились к кандидату юридических наук, судье: «Как быть, если это – наш земляк, а официально его родиной считается Холмогоровка?» Он дал нам ответ: «Я, как судья, вынес бы интересующий вас вердикт только в том случае, если бы вы смогли подтвердить факт рождения в Ольховатке близких родственников Петра Дутова». Получается, что только через суд нам предстоит добиться исторической справедливости.
Фотографии открыли правду
Затем, в 2012 году, произошла встреча с внучатой племянницей Петра Даниловича Дутова – Галиной Фёдоровной Цымбалист. Узнала, что в семье Данилы и Елены Дутовых было девять детей, Пётр – один из старших. В момент выезда мальчику было лет 14 – 16. Он обучался в нашей школе. Были ли они зажиточными – сказать точно не смогла. Да, уехали из Ольховатки, бежали, спасая детей, себя, от своих же односельчан-красных, которые мстили им за какие-то «грехи». Уехали и другие их родственники – Ходыревы, Иноземцевы. Так и поселились в Холмогоровке.
За многие десятилетия после тех событий практически все потомки выехали за пределы села. Кто – в Красноярск, кто – в Алматы, кто – в Киргизию. У кого сейчас находится наградной лист на звание Героя Советского Союза, она не знает, а также о самих наградах. Почему на сайте «Мемориала» жена написана с другой фамилией, Галине Фёдоровне не известно. С сожалением сообщила о том, что пять лет назад умер самый младший брат Петра Даниловича – Илья. Подарила фотографию, на которой первой справа сидит Елена Дутова – мать героя-панфиловца. За ней – её дочь, мама самой Галины Фёдоровны – сестра Петра Дутова. Эту фотографию, сделанную ещё в 60-е годы в Ольховатке, в один из приездов к двоюродному брату, мы храним в фондах музея. В то же время они привезли маленькую фотокарточку самого Петра в военной форме, подарили Ивану Яковлевичу Ходыреву. Потом она оказалась в нашем музее.

Родители Героя Советского Союза Петра Дутова – Данила и Елена Дутовы.
Всё это время дети собирали материал – отражение памяти о Петре Дутове. Нашли на сайте Черноморского морского пароходства фотографию судна «Пётр Дутов», фотографии улиц и памятников, посвящённых легендарному генералу И.Панфилову и всем 28 героям. Нашли сайт музея героев-панфиловцев в деревне Нелидово, близ которой проходил бой, памятники в столице Казахстана, фото сквера, носящего имя героев-панфиловцев. В то же время на настоящей родине Петра Даниловича Дутова – только одна маленькая фотография.
В марте 2013 года проходила областная краеведческая конференция обучающихся «История народного образования Воронежского края». В номинацию «Ими славится наша школа» решили выставить результаты краеведческих изысканий по биографии П.Д. Дутова. Назвали исследование «Свой? Чужой… Герой». С одной стороны, мы точно знаем, что он – наш земляк. С другой, подтвердить это проблематично, потому он остаётся пока чужим Героем. Работа эта принесла учащемуся десятого класса Юрию Кустову победу на региональном уровне.
Прошло ещё какое-то время – и в «Одноклассниках» среди прочих фотографий холмогоровцев я обнаружилаа фотографию родителей Петра – Данилы и Елены Дутовых. Было видно, что карточка находится под стеклом в музее деревни Нелидово. Достаю снимок, подаренный внучатой племянницей, Галиной Фёдоровной, сравниваю изображение матери героя – одно и то же лицо. Но проблема всё равно не решена…
Ими гордится страна
Занимаясь краеведческой работой, понимаешь, что весь материал сразу не получишь; иногда что-то долго ищешь, а узнаёшь – ненароком, там, откуда совсем не ожидаешь, как это случилось во время пребывания в гостях у своей тёти в селе Стеценково Россошанского района. Она невзначай обронила, что в центре села находится бюст их земляку, герою-панфиловцу Д.М. Каленику. Оказывается, был в воронежских новостях видеоролик о проблеме установления бюста Каленику Д.М. – единственному(?) воронежскому панфиловцу. О нашем земляке – ничего!
В марте 2016 года Департамент образования, науки и молодёжной политики Воронежской области проводил очередную областную краеведческую конференцию обучающихся «Летопись Воронежского края». В номинации «Ими гордится страна: мои знаменитые земляки» выступала учащаяся восьмого класса Ольховатской школы Анастасия Широбокова. Победив на муниципальном уровне, она заняла второе место на региональном. Тема работы оставалась та же, только более расширенная дополнительной информацией.
Начиная поиск, я имела очень мало информации о своём земляке, Герое Советского Союза Петре Даниловиче Дутове, практически – одна фотография. Теперь же, в результате исследовательской работы, собран большой материал.
Вернусь к названию статьи. С одной стороны мы знаем, что это – наш земляк; с другой стороны, официально сделать пока ничего не можем, он остаётся чужим героем. Мы будем добиваться исторической справедливости: чтобы не Шаган, не Холмогоровка были родиной Героя, а наша родная Ольховатка. Возможно, и нашей школе присвоят имя Героя Советского Союза Петра Даниловича Дутова.

Согласно утвержденной министром обороны РФ Сергеем Шойгу Концепции развития Воздушно-десантных войск, в Воронежской области к 2016 году будет сформирована десантно-штурмовая бригада. Эта бригада будет носить номер 345 – в честь знаменитого 345-го гвардейского Краснознаменного ордена Суворова парашютно-десантного полка

Этот полк отличился на заключительном этапе Великой Отечественной войны, а также в боевых действиях на территории Республики Афганистан, за что командиру гвардии подполковнику В.А.Востротину было присвоено звание Героя Советского Союза.

Первым же командиром этого полка был уроженец г.Богучар Воронежской области Михаил Алексеевич Котляров. Службу в десанте старший лейтенант Котляров начал в 1934 году помощником начальника штаба 7-го батальона особого назначения. В 1936 году в Белорусском военном округе формируется 47-я авиадесантная бригада, и Михаил Алексеевич получает под свое начало парашютно-десантный батальон, а затем становится начальником штаба всей бригады. Получает звание «инструктор-парашютист».

М.А.Котляров

В конце 30-х годов в должности начальника 1-го отделения 3-го отдела Управления боевой подготовки ВВС Красной Армии участвует в разработке наставлений «Курс парашютной подготовки» и «Руководство для подготовки авиадесантных частей». За это будет награжден орденом Красной Звезды.

С началом Великой Отечественной войны Михаил Алексеевич продолжает службу на командных должностях, участвует в обороне Сталинграда, награждается вторым орденом Красной Звезды. После переформирования 4-го воздушно-десантного корпуса в 1-ю гвардейскую воздушно-десантную стрелковую дивизию становится командиром 6-го гвардейского воздушно-десантного стрелкового полка. За стремительный прорыв сильно укрепленной обороны противника на Северо-западном фронте (район г.Старая Русса) получает свою первую «полководческую» награду — орден Кутузова III степени.

После передислокации на Степной фронт 6 гв. вдсп под командованием Котлярова первым из частей дивизии форсирует реку Днепр и в последующих боях всегда находится на направлении главного удара. В боях за город Кривой Рог Михаил Алексеевич продолжает командовать полком, несмотря на полученное ранение – уже третье с начала войны.

Командир 6 гв. вдсп 1 гв. вдд гв. подполковник М. А. Котляров (второй слева).
Северо-западный фронт, март 1943 г.

В 1944 году отзывается в распоряжение командующего ВДВ и после непродолжительного отдыха получает новое назначение — командиром 345-го гвардейского стрелкового полка, сформированного из десантников 14-й гвардейской воздушно-десантной бригады. Полк под руководством Котлярова примет участие в освобождении Австрии и нанесет противнику тяжелый урон в живой силе и технике. Будет пленено свыше 350 солдат и офицеров. Освобождено из фашистской неволи более 1000 советских граждан. Захвачен завод по ремонту бронетехники с 75 танками, 112 железнодорожных вагонов, 23 цистерны с горюче-смазочными материалами, 2 паровоза, 12 орудий, 17 бронетранспортеров, 76 автомашин, склады с вооружением, снаряжением, боеприпасами.
В ходе Венской наступательной операции 345 гв. полк отбросит остатки разгромленной группировки противника за реку Дунай и обеспечит своей дивизии создание прочного заслона отрезанной в городе Вена группировки немецко-фашистских войск. Личный вклад командира будет оценен награждением орденом Александра Невского.

После выхода в отставку Михаил Алексеевич жил в Москве, был заместителем председателя Совета ветеранов 1-й гвардейской воздушно-десантной стрелковой дивизии, занимался военно-патриотическим воспитанием молодежи. Ушел из жизни в 1985 год.

Андрей Тащеев,
исследователь боевого пути 1 гв. вдд,
сотник Белгородского округа «Союза казаков России»

… Лето сорок второго. Тяжелые оборонительные бои докатились и до Дона в пределах нынешнего Богучарского района Воронежской области. На этом участке фронта река стала рубежом, где было остановлено продвижение врага вглубь нашей территории. В военных сводках тех дней упоминались мало кому известные названия населенных пунктов: Сухой Донец, Монастырщина, Абросимово.

Через эти и другие села спешно шли к переправе на левый берег Дона беженцы со скарбом и отступающие части Красной Армии. Среди массы людского потока и техники был и смолянин Александр Котов, танкист. Но он не ушел вместе со всеми за Дон, а был оставлен на оккупированной земле с небольшой группой для сбора разведданных. Скрывалась она в лесистых оврагах. Добытые сведения переправляли к своим ночью вплавь.

По ночам разведчики приходили к местным жителям расспросить обо всем, что те видели, слышали за день. Селяне, изгнанные фашистами из своих домов в открытое поле, вырыли землянки и жили в них. Они делились с красноармейцами хлебом, снабжали табаком. Но были в Сухом Донце и те, кто предал Родину, стал прислуживать врагу. Это они однажды навели фашистов на лесную балку, где скрывались днем отважные разведчики. Завязался неравный бой. Александр Котов, тяжело раненый в ногу, выполз из кольца карателей.

Нашла его в горящей ржи девушка Елена Столповская. Привела в землянку и стала лечить. Дезертир-предатель, местный староста выследил их. Однажды он пришел к Столповским и спросил, кто чужой у них живет? Елена не растерялась, ответила: «Мой муж, но мы не зарегистрированы».

«Что же ты живешь с ним не по закону, - спросил он с издевкой. Давай-ка, собирайтесь, да оденьтесь получше, я вас к новым властям свожу, они оформят все честь по чести».

На фото Елена Столповская

Подогнав телегу, староста помог посадить в нее Александра Котова, и повез их с Еленой в комендатуру, что находилась на центральной усадьбе нынешнего совхоза «Радченский». Добрались они туда уже к вечеру. Александра и Елену посадили под замок в омшанник.

Утром их повели на первый допрос, потом еще. А во второй половине дня, ближе к вечеру, из комендатуры вышли два автоматчика. Они конвоировали небольшого роста, сероглазого парня и девушку с короткой стрижкой. Лена шла в легком ситцевом платьице с косынкой в руке. Александр сильно хромал.

Улица была безлюдной. И только возле одного из домов стояла куча женщин, детей. Поравнявшись с ними, Елена на мгновенье остановилась, и взмахнув косынкой, крикнула: «Люди, нашим передайте…». Её слова оборвал сильный толчок в спину автоматом.

Дойдя до кузницы, что стояла на краю села, они свернули в лесистый овраг. Вскоре оттуда простучала злая дробь автоматных очередей.

Только через несколько дней одному из местных жителей удалось тайком побывать на месте казни. Он сказал, что палачи убитых закопали.

Через полгода, в декабре сорок второго, Красная Армия перешла в наступление. Враг покатился из этих мест назад, на запад. А в феврале сорок третьего останки расстрелянных перенесли в братскую могилу, место для которых выбрали среди белых акаций. Из девяти навечно покоящихся в ней точно установлено только имя Елены Павловны Столповской. Второе имя установлено не полностью: фамилия Котов, имя – Александр, родом из Смоленска. Вот и все, что известно о нем.

Кто помнит их, откликнитесь!»

Борис Триль, журналист, г.Москва, 1989 год.

От автора (Бориса Триль)

«Уважаемые товарищи! Обращается к вам ваш земляк. Родился я и провел свое детство в совхозе «Радченский». Дальше жизнь сложилась так, что теперь я живу в Москве, работаю журналистом. Почти каждый год приезжаю на родину. То, что испытываю всякий раз, нашло отражение и в подготовленном для вас материале «Люди, нашим передайте…».

Это не первое обращение к затронутой теме. Подобного содержания материал был мною опубликован в областной газете г.Смоленска. На него откликнулась женщина. Она рассказала мне, что у нее пропал без вести на фронте брат Котов Александр Трифонович. Был он танкистом и очень похож на описанного мной красноармейца.

На мой запрос из ЦА МО СССР ответили, что у них в документах не числится Котов Александр Трифонович. А вот Котов Александр Трофимович есть. Сообщили, что его отец Трофим Б. проживал на такой-то улице Смоленска и так далее. А из Смоленского райвоенкомата сообщили, что у них и в других райвоенкоматах города Котов Александр Трофимович не числится.

Все бы ничего, но на указанной Центральным архивом улице Смоленска никто из родных откликнувшейся на публикацию женщины не проживал. На мой новый запрос Центральный архив не ответил, хотя прошло уже полгода. Я снова сделал запрос. Теперь жду ответа от них. Если не будет, то надо будет отправляться в Подольск самому, где и находится архив.

Очень рассчитываю на вашу помощь. Думаю, что после публикации должны откликнуться те, кто помнит эти события. Хотя, конечно же, прошло так много времени. Но не нужно терять надежды. Нужно, во чтобы то ни стало, установить, кто похоронен в братской могиле. Сестра Котова мне написала, что у нее не вернулись с фронта отец и четыре брата. И все они пропали без вести. Вот как ждут наших вестей о Котове Александре Трифоновиче. И мама у него еще жива, ей 80 лет.

Я был в Сухом Донце, разговаривал с очевидцами, родными Лены. Собрал определенный материал. Помощь мне оказал и мой друг детства Новиков Николай Львович. Это он начинал поиск, спасибо ему за это. Только у него возможности ограниченные. А мне, как журналисту, пришлось быть в Смоленске, Киеве, где живут сестры Лены. Но первое слово сказали «красные следопыты» совхоза «Радченский».

Очень прошу Вас, товарищи, если будут отклики на публикацию, познакомить меня с ними. Для меня это станет тем материалом, на основе которого я хочу подготовить публикацию для центральной газеты, чтобы вывести поиск на более высокий уровень».

Прошло 27 лет с момента публикации…

Пару лет назад Николай Львович Новиков попросил меня посмотреть по документам сайта ОБД Мемориал – может, появились какие-либо «новые» документы о судьбе героев статьи «Люди, нашим передайте…». Болела душа у Николая Львовича: все-таки это был первый серьезный поиск его «красных следопытов».

Вот, какие сведения мне удалось разыскать в процессе поиска:

Имеется донесение штаба 114-й танковой бригады о том, что сержант Александр Трофимович Котов, 1920 г.р., уроженец города Смоленска, механик-водитель, пропал без вести, как сказано в документе - «остался при отходе части в районе Россошь 10.07.1942г.». Из документа известно, что отца воина звали Котов Трофим Б., проживал в Смоленске на улице Первомайской, дом 23.

Мог ли танкист 114-й тбр оказаться в нашем степном краю? В те жаркие дни июля 1942 года части Красной Армии отходили к донским переправам. В каком месте переправились на левый берег основные силы 114-й танковой бригады, для меня осталось неизвестным. А отставшие от бригады военнослужащие отходили в общей массе отступающих войск Юго-Западного фронта. В поисках переправы, не разрушенной немецкой авиацией, сержант Котов вполне мог добраться до района Сухого Донца.

В массе документов на сайте ОБД Мемориал удалось найти донесение Смоленского РВК от декабря 1946 года. В нем список безвозвратных потерь «по заключению Смоленского райвоенкомата». В числе не вернувшихся с фронта воинов, числится и красноармеец Александр Трифонович Котов, 1921 г.р., уроженец деревни Черновка Смоленского района. Его мать звали Прасковья Николаевна, проживала она в д.Глубково Сожинского сельского совета Смоленского района.

Именно эта семья откликнулась на первую публикацию Бориса Триль и поддерживала связь с журналистом и «красными следопытами» Николая Новикова. Так вот, сестра Александра Котова сообщила журналисту, что ее отец и четыре брата также пропали без вести в годы войны. В этом же донесении Смоленского РВК указан, видимо, и глава семьи Котовых — Трифон Демьянович, 1896 г.р., его призвали в армию уже после освобождения Смоленска от оккупации, 30 сентября 1943 года. Весточки домой он так и не прислал.

Книга Памяти Смоленской области (1 том) сообщает, что «КОТОВ Александр Трифонович (Трофимович), сержант, механик-водитель 319 ТБ 114 ТП... Пропал без вести 10.07.1942г.». Для справки: в состав 114 танковой бригады входили два отдельных танковых батальона: 319-й и 320-й.

А вот в Книге Памяти Богучарского района почему-то указано, что за связь с партизанами была расстреляна в совхозе «Радченский» Столповская Екатерина Петровна, 1924 г.р. А Столповская Елена Павловна, 1917 г.р., в 1941 — 1945 годах погибла в бою.

В школьном музее поселка Дубрава (бывшая центральная усадьба совхоза «Радченский») хранятся воспоминания местных жителей, свидетелей событий Великой Отечественной войны. Чупракова М.С. вспоминала: «… был такой случай. Поймали шестерых красноармейцев. Яму им выкопали возле колодца старики. Их расстреляли и закопали. Помню как вели на расстрел Столповскую, а она кричала нам, чтобы сообщили ее родителям...».

На плите братской могилы в поселке Дубрава только две фамилии… Александр Котов и Елена Столповская. И две их фотографии...

В начале 1990-х годов поисковики из Минской области Белоруссии разыскивали в Богучарском районе родственников летчика Тихона Григорьевича Котлярова. Запрос на поиск приходил, конечно же, в адрес районной газеты «Сельская новь». Два раза (!) наша газета печатала небольшие статьи-объявления — в 1993 и 1994 годах. Вот, крайнее из них:

«… 23 июня 1941 года пропал без вести лейтенант 313 отдельного разведывательного авиаполка Тихон Григорьевич Котляров 1920 года рождения, уроженец с.Ново-Никольское…

Очень надеемся, что откликнутся все, кто знал летчика, расскажут о нем, о его родных. Тихон Григорьевич Котляров не пропал без вести, его трагическая судьба установлена...».

Никто так и не откликнулся…

А судьба нашего земляка Тихона Котлярова оказалась действительно трагической. Вот что пишет в своей книге «1941-й: пылающие рубежи Днепра и Сожа» белорусский писатель Николай Борисенко:

Летчики 313-го орбап. 1941. Источник фото: книга Н.Борисенко «1941-й: пылающие рубежи Днепра и Сожа»

«… В первые дни войны в районе Белосток — Волковыск в немецком окружении оказалось более 350 тысяч бойцов и командиров 3-й и 10-й армий Западного фронта, с которыми полностью отсутствовала связь. Как следует из боевого пути 313-го авиаполка, по приказу К.Е.Ворошилова и Б.М.Шапошникова летчики полка в течение нескольких дней установили местонахождение окруженных частей, наладили с ними связь...

А сделать это в первые дни войны было непросто. Боязнь диверсантов и шпионов, неразбериха и паника погубили многих летчиков и связных, пытавшихся установить связь с окруженными войсками.

Подтверждением тому служат сведения из редких архивных документов.

«Связные лейтенант Котляров Т.Г. и младший лейтенант Решетченко Н..М. на бомбардировщике из 313-го орбап 23.6.41г., для установления связи с войсками, по спецзаданию командующего Западным фронтом выброшены на парашютах в район Волковыска. По словам начальника связи 10-й армии капитана Малыша, лейтенант Котляров и младший лейтенант Решетченко командирами штаба 10-й армии признаны как диверсанты.

Не смотря на то, что они называли фамилии командиров штаба 313-го отдельного разведывательного авиаполка, которых капитан Малыш знал хорошо, все же они были расстреляны». Следует добавить, что … Решетченко и … Котляров, уроженцы Полтавской и Воронежской областей, все послевоенные годы числятся пропавшими без вести, место их захоронения неизвестно...».

У Владимира Высоцкого есть такие строки:

«Я вам мозги не пудрю — уже не тот завод.

В меня стрелял поутру из ружей целый взвод.

За что мне эта злая, нелепая стезя?-

Не то чтобы не знаю — рассказывать нельзя.

Мой командир меня почти что спас,

Но кто-то на расстреле настоял,

И взвод отлично выполнил приказ,

Но был один, который не стрелял...»

Это у Владимира Семеновича в песне кто-то «не стрельнул», а тогда, 23-го июня никто не смог спасти от глупой смерти летчиков Котлярова и Решетченко.

Оставалась надежда, что белорусским поисковикам каким-то чудесным образом удалось найти место захоронения так нелепо погибших летчиков.

Дмитрий Бриштен из Молодечненского района Минской области (именно его отец Вячеслав Бриштен начинал этот поиск, и пытался найти родственников Котлярова и Решетченко) сообщил, что место захоронения летчиков осталось неизвестным. А искали родных, чтобы рассказать им горькую правду.

Как сказал Дмитрий Бриштен, тогда «в результате переписки со всем Союзом» отозвались родственники второго летчика — Николая Решетченко.

Из документов, размещенных на сайте Мемориал, известно, что отец Тихона Котлярова — Григорий Григорьевич, проживал в городе Богучаре по адресу: переулок Лево-Северный, дом №4.

У переводчика группы Васильева ЗахарияИсааковича Райзмана была необычная должность: в 97-й стрелковой бригаде он числился почтальоном. Но хорошо зная немецкий язык, помогал старшему лейтенанту Васильеву допрашивать попавших в плен немецких солдат и офицеров. Как раз за знание языка бывший учитель и был «переведен» в переводчики. Захарий Исаакович принял участие в операции по пленению Паулюса, за что и был награжден Орденом Красной Звезды.

Райзман по-своему - занимательная личность. В ЦАМО РФ хранится документ «Боевой путь 13-й гвардейской отдельной стрелковой бригады». 13-я гвардейская осбр была создана 1 марта 1943 года путём преобразования в гвардейское соединение 97-й отдельной стрелковой бригады. Так вот, участию «почтальона» Захария Райзмана в операции по пленению командования 6-й армии в этом документе посвящены две страницы! После окончания переговоров красноармейцу Райзману поручили конвоировать в штаб бригады колонну из 70-ти сдавшихся в плен в штабе немцев:

«… Райзман шел впереди с белым флагом. В штабе бригады он долго искал генерал-майора. Возбужденный, растерянный переводчик несколько раз проходил мимо командира бригады, беспрерывно спрашивая: «Где генерал-майор? Где генерал?»

Генерал-майор удивленно смотрел на Райзмана, и наконец сказал:

- Что вам нужно? Я — генерал-майор.

Райзман оторопевшим голосом ответил:

- Товарищ генерал-майор, разрешите доложить: я привел в плен 70 офицеров.

-Пойдемте посмотрим, где они.

Вышли на улицу. Генерал-майор Тихомиров быстро взглядом окинул колонну немцев и недоуменно посмотрел на переводчика:

- Где жа ваши 70, когда здесь 150!

- Как 150! Остальные, по-видимому, дорогой пристроились! Они так любят сейчас ходить строем, особенно когда дело касается плена.

Комбриг улыбнулся…

Вечером Райзман сидел в комнате и писал письмо жене:

«Дорогая Бася! Ты не можешь себе представить, какое я сделал большое дело! Если когда-нибудь меня спросят, что я сделал для Родины, я отвечу: Захарий Райзман обезвредил наш народ от 150 ядовитых гадюк...»

Наградной З.И.Райзмана (орден Красной Звезды)

Дальше не писалось. Слишком много было впечатлений, которые никак не хотели переложиться на бумагу. «Об остальном расскажу» - подумал Райзман и подписал в письме: «Теперь мы будем воевать по-сталинградски, Бася! С приветом, Захарий!»

На воспоминания Райзмана о событиях 31-го января 1943 года ссылается британский писатель Энтони Бивер в книге «Вторая мировая война»:«...Гитлер произвел Паулюса в генерал-фельдмаршалы. Паулюс понимал: это прямое указание покончить с собой. Но теперь, когда все его восхищение Гитлером испарилось, он не имел намерения доставить фюреру подобное удовольствие. 31 января солдаты Красной Армии вошли в здание универмага. «Паулюс был совершенно потерянный, – писал советский переводчик-еврей лейтенант Захар Райзман. – Губы его дрожали. Он сказал генералу Шмидту, что слишком много суеты вокруг и что в помещении слишком много людей». Райзман сопровождал немецких офицеров и солдат в количестве 151 человека в штаб дивизии. По дороге ему пришлось сдерживать солдат Красной Армии от попыток унизить пленных. «Такова ирония судьбы, – заметил немецкий полковник, намеренно громко, чтобы быть услышанным. – Еврей заботится о том, чтобы мы не пострадали». Паулюса и Шмидта доставили в штаб 64-й армии генерала Шумилова, где акт капитуляции снимали на кинопленку. Нервный тик Паулюса был по-прежнему очень заметен...»

В поисках сведений о судьбах группы парламентеров старшего лейтенанта Васильева, мне удалось найти воспоминания их сослуживца по 97-й стрелковой бригаде — Зельмана Ефимовича Ройзмана. Который по ранению выбыл из состава бригады незадолго до описываемых событий. Ройзман вспоминал: «...Хочу вам еще рассказать один эпизод, связанный с боями в Сталинграде.

Рисунок, хранящийся в ЦАМО среди документов 13-й гв осбр (97-й осбр)

Считаю этот эпизод символичным и важным для всех бывших бойцов нашей бригады, свято хранящих память о своих товарищах, погибших на Волге в 1942 году.

Об этом событии мне рассказал мой бывший сослуживец по бригаде Зотов, ставший после войны писателем и написавший две книги о сражении в Сталинграде. На встрече ветеранов в Волгограде в феврале 1983 года бывших бойцов и командиров 97-й отдельной стрелковой бригады разместили на проживание в общежитии химико-механического техникума, и я оказался с Зотовым в одной комнате. Во время своей работы над книгами Зотов имел доступ к военным архивам, стенограммам и различного рода донесениям. Он поведал мне очень много интересного о сталинградских событиях, о чем я, простой лейтенант, знать ранее не мог.

28/1/1943 разведка бригады, продвигаясь вперед по "Астраханскому мосту" на реке Царица, обнаружила большой немецкий госпиталь, где аккуратно "увела" с собой начальника госпиталя, полковника медслужбы. Пленного привели на допрос в штаб бригады к генералу Тихомирову, и когда комбриг сказал: "По нашим данным Паулюс покинул город 25-го января", немецкий врач ответил Тихомирову: "Нет, я его личный врач и видел Паулюса сегодня утром!". На предложение Тихомирова провести наших парламентеров в штаб Паулюса, немец ответил отрицательно, отреагировал следующим образом: "Я лично не могу это сделать. Меня не поймут… Но у меня есть раненый обер-лейтенант Ланге, семья которого находится в близких отношениях с семьей генерала Роске из штаба 6-й Армии, и я думаю, что для Ланге такая миссия более безопасна.

Я полагаю, что он согласится на эту миссию". После получения согласия Ланге, генерал Тихомиров сформировал группу парламентеров. На переговоры в штаб 6-й Армии отправились: командир разведроты 97-й стрелковой бригады старший лейтенант Афанасий Федорович Васильев, политрук бригадной роты разведки Николай Егорович Калинин, переводчик Захар Исаакович Райзман (бывший директор киевской школы), и автоматчик Василий Владимирович Василькин. Генерал Тихомиров выдал Васильеву мандат, что тот является подполковником и уполномочен вести переговоры о безоговорочной капитуляции окруженных в Сталинграде немецких войск, о прекращении огня и сдаче оружия....

...сам факт, что первыми советскими бойцами, вступившими на территорию штаба разгромленной и окруженной 6-й Армии вермахта, были люди из нашей 97-й стрелковой бригады, является для нас, для тех однополчан, кто прошел "сталинградский" ад и пережил войну, еще одной причиной гордиться за своих товарищей по оружию. Наши жертвы не были напрасными…».

Теперь стало понятно, откуда у жителя села Липчанка Василия Яковлевича Хирного могли оказаться столь подробные документальные свидетельства об операции по пленению Паулюса. Вероятно, на одной из послевоенных встреч ветеранов бригады, Хирный и получил экземпляр книги своего однополчанина Зотова.

Вроде бы все ясно и понятно: героев наградили, описание их подвига имеется в боевых документах как 97-й стрелковой бригады, так зафиксировано и в «Журнале боевых действий» 64-й Армии.

Но почему же никто сейчас не знает и не помнит об этом подвиге группы старшего лейтенанта Васильева? Попробую высказать свою гипотезу, хотя, возможно, она и не соответствует действительности.

Первый лист документа ЦАМО "Краткое описание пленения штаба 6 немецкой армии..."

Среди документов ЦАМО хранится такое донесение: «Краткое описание пленения штаба 6 немецкой армии во главе с командующим генерал-фельдмаршалом фон Паулюсом». Документ составлен в сентябре (!) 1943 года и подписан начальником опер. отдела штаба 7-й гв. Армии гвардии полковником Куприяновым и его старшим помощником гвардии подполковником Хижняковым. В этом документе вообще не упоминается об участии в операции группы Васильева из 97-й стрелковой бригады! А все лавры по проведению этой операции от начала и до конца отдаются бойцам и командирам 38-й мотострелковой бригады! И именно этот документ был в дальнейшем использован военными историками при описании пленения Паулюса.

Так, этот документ был опубликован в «Военно-историческом журнале», в №2 за 1959 год. Напомню, что этот журнал был официальным органом Министерства обороны СССР. И именно на эту публикацию сослался в своей книге «Сталинградская битва» известный советский историк Самсонов. А уже на книгу Самсонова в дальнейшем ссылались в своих трудах и исследованиях многие отечественные и зарубежные историки.

Группа парламентеров 97-й бригады под командованием «подполковника» Афанасия Васильева осталась незаслуженнно забытой историками и … потомками.

Мне не верится, что командование 97-й бригады могло сфальсифицировать документы, чтобы лавры по пленению Паулюса достались именно этой бригаде! Тем более, официально награждать за «сфальсифицированную» операцию! В архивах, уверен, еще ждут своего исследователя документы, расскажущие всю правду об этой истории!

Мне просто хотелось, чтобы имя нашего земляка-богучарца Афанасия Федоровича Васильева не кануло в Лету! Чтобы о нем помнили! И об его подвиге!

Вечная слава героям Великой Отечественной войны!

Солорев Э.А., поисковый отряд "Память"

Для начала приведу выдержки из одного документа 97-й стрелковой бригады, хранящегося в Центральном архиве Министерства обороны. Из этого донесения мы узнаем состав группы старшего лейтенанта Васильева. Кто же были эти смельчаки, не побоявшиеся быть парламентерами утром 31 января 1943 года?

«Командиру 97 отдельной стрелковой бригады

генерал-майору Тихомирову

… в 8-00 утра после совместного завтрака у генерал-майора тов.ТИХОМИРОВА, в условное место площадь «ПАВШИХ БОРЦОВ РЕВОЛЮЦИИ» была направлена делегация в составе следующих лиц:

1. ст.лейтенант ВАСИЛЬЕВ (начальник разведотдела бригады), который был одет в форму подполковника нашей армии и снабжен соответствующими полномочиями.

2. Его адъютант ст.лейтенант КАЛИНИН (помощник командира разведроты по политической части).

3. Переводчик красноармеец РАЙЗМАН.

4. Связной телохранитель «подполковника» Васильева, красноармеец ВАСЮКИН (разведчик).

5. Лейтенант немецкой армии военнопленный Ланге.

...Нашей делегации через переводчика и адъютанта генерал-лейтенанта Шмитта, было получено разрешение пройти в расположение немецкого штаба. В штабе находилось несколько немецких генералов со своими адъютантами и переводчиками, при нашем появлении все встали. Лейтенант немецкой армии Ланге представил ст.лейтенанта Васильева генерал-лейтенанту Шмитту, после чего произошел обмен полномочиями в короткой беседе.

Через несколько минут переводчик Шмитта объявил о прибытии представителя Армии, потом стали являться представители других войсковых частей.

В 9.55 от генерал-полковника РОКОССОВСКОГО прибыл генерал-лейтенант ЛАСКИН, которому ст.лейтенант Васильев сдал полномочия.

До прибытия генерал-лейтенанта ЛАСКИНА представителя др.войсковых подразделений, генерал-лейтенант ШМИТТ согласился с условием капитуляции, сдал свое личное оружие пистолет системы «ВАЛЬТЕР» ст.лейтенанту Васильеву, и в честь состоявшихся переговоров передал одну группу немецких офицеров-инженеров в количестве 70 чел. для отвода в расположение 97 ОСБР, к этой группе присоединилось 80 чел. рядового состава немецкой армии, и колонна 150 чел. была доставлена под конвоем переводчика РАЙЗМАН к штабу 97 ОСБР.

(записано со слов ст.лейтенанта Васильева и переводчика Райзман)»

(ЦАМО, фонд 1797, опись 1, дело 2, л.16)

Командир 97-й бригады генерал-майор Тихомиров в тот же день (31.03.1943г.) сообщил о пленении командования 6-й немецкой армии своему вышестоящему начальству - командиру 7 стрелкового корпуса генерал-майору Горячеву. В своем донесении Тихомиров указывает фамилии старших лейтенантов Васильева и Калинина, а также переводчика Райзмана, как непосредственных участников операции (ЦАМО, фонд 1797, опись 1, дело 2, л.15).

Удалось найти и «Журнал боевых действий» 64-й армии Донского фронта. В состав 64-й армии входила и 97-я отдельная стрелковая бригада.

Наградной лист А.Ф. Васильева (Орден Красной Звезды)

Приведу только некоторые факты из «Журнала...», описывающие подробности пленения штаба 6-й немецкой армии: «...Командир 97 сбр получив разрешение от командира 7 ск на ведение переговоров, направил в штаб 6 армии делегацию в составе: старшего в чине подполковника — начальника 2-й части старшего лейтенанта Васильева и в роли его адъютанта — зам.командира разведроты по политчасти старшего лейтенанта КАЗАКОВА (согласно документам 97-й осбр фамилия старшего лейтенанта была Калинин — С.Э.), переводчика РЕЙЗМАН, и телохранителя — бойца разведроты бригады...»

Теперь очень важный момент, на который следует обратить особое внимание! Продолжаю цитировать «Журнал боевых действий» 64-й Армии:

«Вышеуказанная делегация в сопровождении лейтенанта немецкой армии ЛАНГЕ в 5.30 (? - возможно опечатка — С.Э.) направилась в штаб 6 армии, где была принята генерал-майором РОСКЕ. Предъявленный делегацией ультиматум советского командования от 8.1.43г. генерал-майором РОСКЕ был принят.

В это же время войска 38 мото-стрелковой бригады блокировали здание 6 армии, а зам.командира бригады по политчасти подполковник ВИНОКУР вошел в кабинет Роске, где уже находился старший лейтенант ВАСИЛЬЕВ...».

Бесстрашные разведчики 97-й стрелковой бригады, первыми вошедшие в штаб Паулюса, были награждены правительственными наградами. Кто-то раньше, кто-то позже. Из наградных документов нам стали известны их имена, отчества, не указанные в сухих строках боевых документов 97-й бригады.

Командир группы Афанасий Федорович Васильев был награжден орденом Красной Звезды приказом по войскам 7-й гвардейской армии от 12.08.1943 года, за то что: «… первым начал вести переговоры со штабом 6-й немецкой армии о капитуляции последней. В результате переговоров с командующим южной боевой группировкой немецкой армии — генерал-лейтенантом РАССКЕ, достигнуто было соглашение на капитуляцию южной группировки немецких войск. ВАСИЛЬЕВУ в знак капитуляции были переданы: знамя 6-й немецкой армии, пистолет и 70 офицеров-инженеров прибывших для восстановления г.СТАЛИНГРАДА. Которые были доставлены в штаб 35 гвардейского стрелкового корпуса.

После прекращения переговоров, южная боевая группировка военные действия прекратила»

Представлялся к боевому ордену Афанасий Федорович уже будучи в чине капитана, и в должности помощника начальника штаба 93-й гвардейской стрелковой дивизии по разведке. Дивизией командовал старый знакомый Васильева — гвардии генерал-майор Тихомиров.

Получить эту награду капитан Васильев, видимо, не успел: смерть настигла его 14 августа 1943 года. В эти дни дивизия вела бои на окраине города Харькова. Документа с точным указанием места захоронения капитана Васильева мне найти не удалось.

Рисунок, хранящийся в ЦАМО РФ среди документов 13-й гв осбр (97-й осбр)

Из документа об исключении из списков Красной Армии стало известно, что супругу капитана Васильева звали Александра Яковлевна, и проживала она в городе Ташкенте, улица Паркентская, дом 4.

Приказом № 66/н от 20.09.1943г. по войскам 69-й Армии капитан Васильев был посмертно награжден Орденом Отечественной войны 2-й степени. Описание заслуг из наградного листа:

«В боях за города Белгород и Харьков тов.Васильев покрыл себя неувядаемой славой, как достойный сын Родины, бесстрашный воин в борьбе с немецкими полчищами. Будучи начальником 2-го отдела штаба дивизии он с полным презрением к смерти руководил разведывательными операциями, не щадя ни сил, ни своей жизни.

Каждая разведывательная задача, осуществленная под руководством т.Васильева, давала ценный вклад в разработку планов разгрома противника на подступах Белгорода и Харькова. Тов.Васильев пал смертью храбрых на поле боя. Достоин награждения орденом «Отечественной войны 2 степени».

Посмертно».

Заместитель Васильева Николай Григорьевич Калинин, родившийся в 1917 году в Ленинграде, за участие в переговорах в качестве личного адъютанта «подполковника» Васильева в апреле 1943 года был награжден орденом Красной Звезды. Представление на награждение подписал его непосредственный начальник — старший лейтенант Васильев.

В списках награжденных к 40-летию Великой Победы числится уроженец Ленинграда Николай Григорьевич Калинин, 1917 года рождения. Надеюсь, что это он.

Красноармеец Васюкин Василий Владимирович, родом из Куйбышевской области, также по представлению старшего лейтенанта Васильева был награжден орденом Красной Звезды. В 1985 году награжден к юбилею Победы.

Читать продолжение...

Это история - одна из многих тайн Великой Отечественной войны. Тайн, не разгаданных и по сей день.

Ветеран войны из села Липчанка Богучарского района Василий Яковлевич Хирный на страницах районной газеты «Сельская новь» в номере от 31 января 1989 года сообщил об участии своего земляка-односельчанина Афанасия Федоровича Васильева в операции по пленению фельдмаршала Паулюса. Статья Хирного «В эти дни 46 лет назад» вышла как раз в годовщину пленения командующего немецкой 6-й армией.

Но почему-то особого резонанса этот материал тогда не вызвал, наверное, было не до того, или не очень-то и поверили ветерану. А, может, сыграло свою роль и то, что в официальной историографии Великой Отечественной войны фамилия старшего лейтенанта Афанасия Федоровича Васильева, как непосредственного участника пленения немецкого фельдмаршала, указана не была. В официальной версии были другие участники, тоже достойные люди…

Первой моей мыслью сейчас, после прочтения воспоминаний Василия Хирного была: «Ну, не мог знать всего этого простой солдат! Просто не мог!»

Судите сами:

«Конец января 1943 года. На бригадном пункте 97-й особой стрелковой бригады в это время находились двое немецких офицеров со знаками различия лейтенанта и обер-лейтенанта. Фактический же чин каждого был рангом выше. Совсем недавно особым приказом Гитлера все офицеры 6-й армии были возведены в очередной ранг. Но в окружении никто из них не надел новых знаков различия. Пленных пригласили в отдельную комнату на первом этаже, где и состоялся разговор.

Наш майор при посредстве переводчика объяснил офицерам, что советское командование не желает дальнейшего кровопролития. Оно намерено направить к командующему южной группировкой немецких войск своих парламентеров с предложением о прекращении огня и условиями капитуляции.

С этой целью пленным предлагалось выделить из своей среды двух-трех представителей для уведомления генерала о предстоящих действиях советского командования. Пленные совещались около 2-х часов. Они сообщили нашему майору, что выделяют в качестве уведомителей Росске двух человек — обер-лейтенанта и военного чиновника.

В первом часу ночи 31 января 1943 года пленные офицеры, снабженные листовкой с текстом условий капитуляции на немецком языке, были пропущены через наш передний край. Они направились к зданию универмага.

Перед этим наш генерал-майор Тихомиров приказал командирам частей прекратить огонь, предварительно договорившись о такой же мере с командирами 93-й и 96-й особых бригад.

Начальник разведки старший лейтенант Афанасий Федорович Васильев (уроженец села Липчанка), сопровождавший пленных, остался на переднем крае ожидать их возвращения. Пленные вернулись в четыре часа ночи. Они рассказали, что были допущены у генералу Росске, сообщили ему о предложении советского командования.

Генерал долго беседовал с ними, особенно интересовался нашим отношением к пленным немецким офицерам. Затем вышел доложить генералу Паулюсу о полученном предложении советского командования.

Он возвратился с генералом Шмидтом, начальником штаба 6-й армии, который о многом расспрашивал. В заключении он сказал офицерам, чтобы советский парламентер прибыл сюда к десяти часам утра 31 января 1943 года. «Это должен быть генерал!» - сказал он. По традиции немецкой армии генерал может капитулировать только перед генералом. Офицерам было приказано вернуться и сообщить советскому командованию о согласии Паулюса вступить в переговоры...».

Это уровень, как минимум, исторического исследования! И не забывайте, что статья вышла в далеком 1989 году. Тогда простой житель Советского Союза не мог попасть в Центральный архив Министерства обороны, не имея специального допуска к засекреченным документам. Вероятнее всего, Хирный использовал какой-то литературный источник. Но какой и чей?

Оставим на время знакомство со статьей Василия Хирного — самое интересное, как всегда, ждет впереди!

Используя электронные архивные базы данные, выяснилось, что Василий Яковлевич Хирный воевал в Сталинграде в составе отдельного пулеметного батальона ... 97-й стрелковой бригады! О которой и шла речь в статье в районной газете.

Воевал наш земляк действительно героически! За бои по ликвидации окруженной группировки немецких войск 19-ти летний красноармеец-пулеметчик Василий Хирный был награжден медалью «За отвагу» и орденом «Красной Звезды»!

Наградной лист В.Я.Хирного (орден Красной Звезды)

Привожу выдержку из его наградного листа: «За период наступательных боев тов. Хирный проявил исключительное мужество и смелость. 27.01.43г. нашим стрелкам мешала продвигаться вперед огневая точка противника. Тов. Хирный смело выдвинулся во фланг стрелкам и фланкирующим огнем из пулемета уничтожил огневую точку противника.

29.01.43г. стрелкам внезапно преградила путь группа около 30 гитлеровцев, засевших в подвале. Тов.Хирный, оставив за себя второго номера, а сам, примеряясь к местности, по собственной инициативе ворвался в подвал и гранатами уничтожил 10 гитлеровцев, остальных взял в плен.

Тов.Хирный заслуживает правительственной награды ордена «Красная Звезда»…»

И только в июне 1944 года Василий Яковлевич получает заслуженную им медаль «За оборону Сталинграда».

Но не о своих подвигах продолжает рассказывать на страницах районной газеты Василий Хирный:

«...Генерал-майор Тихомиров с нетерпением ждал старшего лейтенанта, и, как только тот вошел, сказал: «Товарищ Васильев, приказываю Вам принять на себя функции парламентера. Вот удостоверение, в котором указаны Ваши полномочия: «Дано настоящее удостоверение заместителю командира бригады по строевой части подполковнику Васильеву Афанасию Федоровичу в том, что ему поручается вести переговоры с немецким командованием по вопросу капитуляции их и прекращения военных действий».

- Какой же я подполковник?

- Не удивляйтесь, товарищ Васильев, - сказал генерал, - немцы спесивые формалисты.

Васильева должны были сопровождать наши четыре человека и пятый — немецкий обер-лейтенант. В восемь часов утра группа Васильева направилась к площади Павших борцов революции. Между тем на площади строились вражеские войска. Они были без оружия. Немцы из ворот универмага просигналили о прекращении огня и дали призывные знаки.

Подняв белый парламентерский флаг на только что выструганном древке, группа Васильева гуськом двинулась к универмагу. Впереди с белым флагом шел пленный обер-лейтенант, за ним — наши разведчики. Во дворе универмага в развернутом строю стояла рота охраны, закрывая собой вход в штаб фельдмаршала Паулюса. Разомкнувшись, первая шеренга пропустила группу Васильева.

Во дворе универмага группа Васильева узнала, что в подвале находится командующий 6-й немецкой армией генерал-фельдмаршал Паулюс.

Один из наших офицеров сказал: «Вот мы и поговорим с Паулюсом».

- Фельдмаршал будет разговаривайт только с генерал-лейтенантом Рокоссовски, - на ломаном языке заметил немецкий офицер, исполняющий роль переводчика.

Группа Васильева в сопровождении немецкого полковника двинулась по полутемному коридору подвала. Спертый зловонный воздух перехватывал им дыхание. Вдоль коридора с обеих сторон стояли вооруженные штабные офицеры.

Немецкий полковник предварительно получил разрешение, пропустил их в комнату. Ее освещали две стеариновые свечи. Посреди комнаты стоял круглый стол, на нем была развернута топографическая карта, стояла бутылка, лежали две колоды игральных карт. У стен сидели генералы и офицеры. Обер-лейтенант представил присутствующим Васильева.

Навстречу Васильеву, отрекомендовавшемуся подполковником, встал высокий немецкий офицер с погонами оберста, и назвался генералом Росске.

Васильев предъявил ему удостоверение и вручил условия капитуляции, напечатанные на немецком языке, а также и на русском.

Здесь же присутствовал генерал-лейтенант Шмидт. После ознакомления с текстом документа генералы Шмидт и Росске дали согласие капитулировать на предложенных условиях. Генералы сдали свои пистолеты и положили на стол, стволами к себе, а рукоятками к нам — это был знак капитуляции.

И так была капитулирована 6-я немецкая армия под руководством фельдмаршала Паулюса и его приближенных».

На этом статья Василия Хирного и заканчивалась. О дальнейшей фронтовой судьбе старшего лейтенанта Афанасия Васильева его земляк и однополчанин Василий Хирный, к сожалению, не сообщает.

Я постарался найти официальные документы о событиях 31-го января 1943 года в районе сталинградской площади Павших борцов. Благо многие из ранее засекреченных документов сравнительно недавно размещены для открытого доступа в сети интернет. Возможно, удастся найти свидетельства об участии нашего земляка в историческом событии.

И найденные документы не приблизили меня к разгадке, а наоборот, еще больше запутали. Чувствовалась здесь какая-то большая тайна!

Читать продолжение...

Помогите найти родственников погибшего летчика, найден самолет (Могила). Скоморохин Александр Григорьевич. 1920 г.р. Призывался Богучарским РВК. Мать Агриппина Ефимовна жила на Лысогорке. С задания не вернулся.

Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:
Вместо свадеб — разлуки и дым!

Листая пожелтевшие от времени подшивки районной газеты «Сельская новь», случайно наткнулся на эту статью автора В. Петровой. В далеком уже 1995 году, когда этот материал был напечатан, я учился в Воронеже, и статья тогда прошла мимо моего внимания. Зато теперь, спустя 21 год, стала для меня открытием.

Публикую этот материал в авторской редакции.

«1943 год. На него пришлось больше всего похоронок. Крутой перелом в войне, крутой перелом в судьбах.

Почтальона в семьях фронтовиков тогда ждали в немом оцепенении, неслушающимися, дрожащими пальцами брали треугольник, с трудом разбирали сливающуюся в мутное письмо надпись.

Увидев знакомый почерк, трудно, с надрывом вздыхали: жив, жив, жив – стучало сердце. Глаза жадно впитывали скупые строчки, зачастую написанные под огнем. Слезы радости разъедали глаза, а мысли тут же переносились в соседние дома. А что там? Соседям-то какая весточка пришла?

И не было дня, чтобы то в одном, то в другом доме не слышно было надрывного стона или исступленного крика: «Ро-о-о-дненький ты наш!»

В семью Алещенко, что жила в Старотолучеево, горе пришло не раз, не два, не три. Пять раз война сделала страшный обмен: жизнь – похоронка! И складывали их, послания о смерти, родители в стопку. Каждая убивала душу, тело, цепенила руки, мутила разум.

Братья Алещенко: Михаил, Максим, Николай, Василий, Егор (слева направо)

Начала смерть свой обмен с Михаила, потом забрала одного за другим Василия, Максима, Николая. Не пощадила и Егора – сложил он голову в бою у реки Шпрее 22 апреля 1945 года.

И не оставалось бы смысла в жизни Василия Григорьевича и Домны Ивановны, если бы не последняя их кровинушка, дочка Поля. Она-то и заставила отца с матерью собрать волю в кулак и жить.

Молча, тая друг от друга мысли, вглядывались они каждый день в убегающую за горизонт дорогу, ту самую, по которой, взбивая пыль, бегали когда-то их сыновья. Надеялись на ошибку – и такое бывало. Нет, ошибки не было. Война не «пошутила».

Год за годом зарастали разбросанные по всей стране холмики, так и не образовавшие фамильный погост. Вместе они, братья Алещенко, лишь в ушедшей в мир иной родительской памяти, в мыслях сестры, да вот здесь, на этой скорбной фотогалерее. Молодые, красивые русские ребята, честно, без укора смотрящие в глаза нам, живым».

Вот, такая статья…

Родители братьев Алещенко уже в послевоенные годы пытались разыскать сведения об их судьбе. Надежда не покидала родителей: а вдруг кто-то из сыновей жив? В Центральном архиве Министерства обороны хранится анкета на розыск Михаила Алещенко, заполненная его отцом Василием Григорьевичем в 1954 году. Отец сообщил все, что ему было известно...

Из документа мы узнаем, что Михаил Алещенко в 1938 — 1941 годах учился в Ленинградском техническом училище. Окончить обучение Михаилу не удалось, в 1941 году его призвали в армию.

12 октября 1941 года он окончил 2-е Саратовское танковое училище, получив звание «воентехник 2-го ранга». Убыл в распоряжение Главного авто-бронетанкового Управления Красной Армии. Дальнейшая судьба Михаила осталась неизвестной.

В Книге Памяти Богучарского района о Михаиле Алещенко такая запись: «...лейтенант, пропал без вести в декабре 1942г.».

Три брата: Максим, Николай и Василий, числятся пропавшими без вести в марте 1943 года. Как и многие сотни уроженцев Богучарского и Радченского районов. Была тогда такая практика у военкоматов — отсчитывать три месяца с даты последнего письма или с даты освобождения места, где проживала семья воина. Если воин не отозвался за эти три месяца, не прислал весточку с фронта — его считали потом без вести пропавшим.

Младший из братьев — Егор Алещенко, механик-водитель самоходной артиллерийской установки (САУ - 57), храбро сражался с врагом в составе 22-й самоходной артиллерийской бригады.

В 1944 году сержант Егор Алещенко получил свою первую награду — Орден Отечественной войны 1-й степени. За то, что «… в совершенстве овладел своей техникой, без аварий, поломок и вынужденных остановок, с боями провел свою машину на расстояние около 700 км. В боях проявил себя смелым и решительным. В районе Пирнув — Горны, благодаря умелому маневрированию на поле боя, на своей машине быстро сблизился с контратакующим танком противника, продолжая маневрировать СУ, способствовал уничтожению танка с экипажем и до 70 гитлеровцев...».

В марте 1945 года Егора наградили медалью «За отвагу» за январские бои. Вот, выдержка из его наградного листа: «23.01.42 при взятии гор. Болново т.Алещенко вел машину по указанному маршруту, и вел наблюдение вперед. Заметив автоматическую пушку, немедленно доложил командиру орудия, и пушка была уничтожена.

26.01.45 его машина находилась в разведке, при встрече с противником он быстро развернул машину, и дал возможность наводчику открыть огонь. При этом было уничтожено 2 транспортные машины и тягач с пушкой 105 мм, уничтожил лично 6 солдат противника».

За несколько дней до Победы геройски погиб в бою за город Нойштадт на реке Шпрее. В донесении части указано, что погиб Егор 19 апреля 1945 года. Приказом Военного Совета 4-й гвардейской танковой армии 1 Украинского фронта от 31.05.1945г. был награжден орденом Отечественной войны 2-й степени. Посмертно...