Статьи

Богучарцы в Белом движении

Богучарцы в Белом движении. Многие десятилетия этой темы как-будто бы и не было.
Ведь история пишется победителями…

Летом 1918 года из числа жителей Богучарского уезда Воронежской губернии был сформирован Богучарский добровольческий отряд. По воспоминаниям генерала П.И.Залесского к формированию отряда приложил руку генерал Адриан Константинович Гусельщиков - командир Гундоровского полка в Донской армии.
С апреля 1919 года Богучарский отряд зачислен в состав Добровольческой армии.

Командовали отрядом: полковник И.И.Звайгзне, полковник П.А.Васильев. Начальник штаба - капитан С.Ковалев.

Список известных солдат и офицеров Богучарского отряда:

Васильев Павел, офицер 1-го Богучарского добровольческого отряда (далее 1-го Б.д.о.), награжден орденом Святого Владимира 4ст. (31.01.1919г.);
Воронин Алексей, поручик 1 Б.д.о., штабс-капитан (с 19.12.1918г.);
Дарин Николай Васильевич, окончил Виленское военное училище (1917), прапорщик. С июня 1918 года в 1 Б.д.о. подпоручик (с 19.12.1918), затем есаул. Командир 1-го Вешенского полка 5-й повстанческой дивизии во время Верхнедонского восстания. И.о. командира 5 повстанческой дивизии. Войсковой старшина (18.04.1920). Был на о. Лемнос. Осенью 1925 – в составе Гундоровского полка в Болгарии.
Дерегин Иван, подпоручик, уроженец Богучарского уезда. Воевал в Донской Армии в составе Корочанского добровольческого отряда. Умер 14.05.1919г. от болезни в лазарете г.Ростова – на – Дону;
Еременко Антон Прокофьевич, штабс-капитан 1 Б.д.о., награжден орденом св. Анны 3 ст. (03.11.1919);
Ермоленко Дмитрий, окончил школу прапорщиков инженерных войск (1916), прапорщик 1 Б.д.о., награжден орденом св. Анны 4ст. (19.12.1918);
Звайгзне Иван Иванович, окончил 1-ю Петергофскую школу прапорщиков (1915), поручик. В июне-сентябре 1918 – начальник сформированного им Богучарского партизанского отряда Донской Армии. С 12.08.1919 – командир Богучарского отдельного батальона 3-й Донской Добровольческой дивизии. Полковник;
Илларионов Георгий, прапорщик 1 Б.д.о., награжден орденом св. Анны 3ст. (31.01.1919);
Калашников Василий, прапорщик 1 Б.д.о., подпоручик (с 19.12.1918);
Ковалев Стефан, штабс-капитан, начальник штаба 1 Б.д.о., капитан (с 19.12.1918);
Кожухов Виктор, прапорщик 1 Б.д.о., подпоручик ( с 19.12.1918);
Коптев Кирилл, окончил 2-ю Московскую школу прапорщиков (1916), прапорщик 1 Б.д.о., подпоручик (с 31.01.1919);
Лосевский Иван, подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом св. Анны 4ст. (31.01.1919);
Мартьянов Борис, окончил 6-ю Московскую школу прапорщиков (1917), прапорщик 1 Б.д.о., награжден орденом св. Анны 3ст. (31.01.1919). Подпоручик;
Межинский Федор Дормидонтович, сын подполковника, георгиевский кавалер, штабс-капитан. Первопоходник. С лета 1919 – командир Богучарского дивизиона до эвакуации из Крыма. Полковник. Умер в 1931 в Париже.
Наумов Александр, штабс-ротмистр 1 Б.д.о., ротмистр (с 19.12.1918);
Нестеренко Григорий, подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом св. Станислава (19.12.1918);
Павлов Григорий Николаевич, поручик 1 Б.д.о., штабс-капитан (с 19.12.1918). Капитан. Умер 09.05.1919 от болезни в лазарете г.Ростова – на – Дону.
Перелыгин Василий, окончил Тифлисское военное училище (1917), прапорщик 1 Б.д.о. Подпоручик ( с 19.12.1918);
Пивоваров Кирилл, окончил 2-ю Ораниенбаумскую школу прапорщиков (1916), подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом св.Анны 3ст. (19.12.1918);
Плотников Иван, подпоручик 1Б.д.о. С весны 1920 – в Донском офицерском резерве, с лета 1920 – в Донском особом отряде. Поручик (19.12.1918);
Сазонов Николай, корнет 1 Б.д.о., награжден орденом св.Станислава 3ст. (19.12.1918);
Скалозубов Стефан Абрамович, окончил Чугуевское военное училище (1916), прапорщик 1 Б.д.о. Награжден орденом св.Станислава 3ст. (19.12.1918). В Российской Армии – подпоручик 8 Донского казачьего полка до эвакуации Крыма. Был на о. Лемнос. Штабс-капитан (с 12.07.1921). Капитан (14.07.1921). Осенью 1925 – в составе Гундоровского полка в Болгарии.
Скоморохин Тихон, окончил Телавскую школу прапорщиков (1917г.), прапорщик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.анны 4ст. (19.12.1918г.);
Скосарь Иван, прапорщик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.Станислава 3ст. (19.12.1918г.);
Сургин Иван Иванович, штабс – капитан 1 Б.д.о. Умер 8.03.1919г. от болезни в лазарете г.Ростов – на –Дону;
Ткачев Александр, подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.Станислава 3ст. (19.12.1918г.);
Ткачев Иван, подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.Станислава 3ст. (19.12.1918г.);
Чернышев Вячеслав Евгеньевич, окончил 1-ю Петергофскую школу прапорщиков (1917г.), , подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.Станислава 3ст. (19.12.1918г.);
Штаньков Павел, окончил Виленское военное училище (1917г.), прапорщик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.Анны 4ст. (19.12.1918г.);
Яицкий Михаил, подпоручик 1 Б.д.о., награжден орденом Св.Анны 3ст.(з1.01.1919г.)

.

И будет славен город наш всегда

Малые русские города всегда составляли особый мир российской

цивилизации. Вот и наш Богучар для большинства людей это

точка на географической карте России. Для меня - это Родина.

И мне не важно, что порой она называется малой. Для меня она

была и остается местом, где я живу, где меня окружают близкие

и родные люди, где выросли мои дети, где мне просто хорошо и

уютно. Неизбежные трудности, которые порой сопровождают, не могут зат-

мить главного –я люблю свой город, горжусь его прошлым, радуюсь хорошим

переменам и верю в счастливое будущее своего города.

3 февраля 2016 года на встрече с активом «Клуба лидеров по продви-

жению инициатив бизнеса» президент РФ Владимир Путин заявил: «У нас нет

и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма».

Но что такое патриотизм? В переводе с греческого - означает любовь к

Родине, преданность своему Отечеству. Вы держите в руках книгу «Богучар»

ее написали супруги Романовы. О них можно сказать - истинные патриоты

богучарского края. Более 30 лет работали педагогами в школах района и го-

рода Богучар. Под их руководством были открыты школьные краеведческие

музеи в школах сел Полтавка, Филоново, Терешково, музей «Авиатор» в Богу-

чарской средней школе.

Первая книга под названием «Город Богучар Воронежской губернии и

его уезд: историко - статистическое и экономическое описание» под редакци-

ей Ивана Федоровича Токмакова вышла в 1900 году. Прошло более 110 лет,

время неутомимо бежит вперед, сейчас эта книга стала библиографической

редкостью. Растет новое поколение патриотов и им нужны новые книги по

истории нашего края.

Совсем недавно вышла книга Евгения Павловича Романова о богучарцах

«Памятная книжка Богучара» и вот новая - «Богучар». Она для тех, кто любит

свой край, изучает его, интересуется прошлым.

Книга может стать хорошим пособием учителям школ, т.к. объединила в

себе историю, географию, культуру нашего района.

История Богучара на протяжении всего его существования была неотде-

лима от истории всей страны. И нам богучарцам нужны такие книги, которые

олицетворяют уважение к своему Отечеству, сопричастность с его историей,

культурой, достижениями и ценностями народа.

Глава администрации городского поселения город Богучар

Иван Михайлович Нежельский

В журнале «Огни Кузбасса» №5 за 2015 год опубликованы воспоминания о жизни в прифронтовом селе Подколодновка. Только о Подколодновке ли вспоминает героиня — девочка по имени Магда? Тут есть что обсудить…

Подколодновка

Из Миллерово мы подались в Подколодновку. В селе легче было прокормиться. Добирались на попутных машинах и долго шли пешком. По дороге нам встречались разрушенные дома, без крыш и окон, только стены. В одном из таких домов мы заночевали. Мама нашла большой кусок клеенки. В углу, где поменьше дуло, расчистила место от обвалившихся кирпичей, собрала и набросала в кучу какое-то тряпье. Мы улеглись, мама расстегнула свой плюшевый жакет и обхватила меня полами. Сверху с головой накрылись клеенкой. Так под открытым небом и спали, крепко прижавшись друг к другу, а ночью выпал первый снег. Проснулись, вокруг все бело, и сами покрыты снегом.

В Подколодновке мама устроилась писарем в сельсовет. Нас подселили в один дом. Хозяйку звали Маруся. Дородная, пышущая здоровьем казачка, лет сорока, бойкая, острая на язык. Ее муж ушел на фронт. Детей у них не было. Дом состоял из двух комнат и большой печи с лежанкой. За домом – сад, а дальше огород. Маруся держала корову и кур. Мама с Марусей подружились и вместе управлялись с домашними делами: воду носили из колодца, дрова кололи, варили еду. Иногда ночью перед сном их пронимало откровение, и они, каждая со своей кровати, подолгу вполголоса разговаривали за жизнь. Я притворялась, что сплю, а сама, развесив уши, ловила каждое слово, подслушивала женские секреты. Маруся подарила нам свои вещи, ставшие ей малыми: кофточки, юбки, почти новые. Что-то подошло маме, а что-то она перешила мне.

Зима прошла спокойно. К весне обстановка в селе стала тревожной. Фронт продвигался все ближе и ближе. Опасно было выходить на край села, долетали снайперские пули. Случались артобстрелы и авиа-бомбардировки. В селе размещались наши военные. Здесь находилось самое удобное место для переправы через Дон. Нас научили во время обстрела падать на землю лицом вниз и закрывать голову руками. Как-то начали стрелять, я плюхнулась на землю, а почва в тех местах глинистая, после дождя непролазная грязь, а в сухую погоду пыль мелкая, как пудра. Вдохнула я эту пыль, как напал на меня кашель, прокашляться не могу, горло перехватило до удушья. Мне уже все равно, что вокруг стреляют, встала, кашляю, аж слезы потекли. Кто-то из взрослых подбежал и заставил пригнуться.

Никогда не забуду самый первый артобстрел. Я была одна дома. Мама на работе. Маруся тоже куда-то отлучилась. Вдруг страшный пронзительный свист и взрывы. Я испугалась, побежала к маме в сельсовет, который находился через несколько домов. Уже до сельсовета оставалось несколько метров, вижу, как на крыльцо выбежал офицер, а за ним солдат, и вдруг я чувствую острую обжигающую боль в ноге и в то же самое мгновение вижу, как офицеру срезает голову, и она, как мяч, скатывается по ступенькам вниз, из нее маленьким фонтанчиком пульсирует кровь. Потрясенная такой жуткой картиной я встала как вкопанная, забыв про боль, не замечая взрывов, не в силах отвести глаз, тупо и отстранено смотрела, как обезглавленное тело офицера продолжает идти, и сделав два-три шага, валится на землю. Вслед за солдатом на крыльцо выскакивает мама, они бегут ко мне, уносят в блиндаж, вырытый рядом с сельсоветом. Мама своим платком перевязала мне ногу, у нее дрожали руки, но она старалась держаться спокойно и приглушенным, сдавленным от волнения голосом повторяла: «Ничего, потерпи, все заживет». Тот осколок снаряда, что убил офицера и ранил меня, застрял в стене, стены сельпо были саманные, мягкие, я потом отковыряла кусок металла длиной сантиметров двадцать. Просто чудом этот осколок скользнул по моей ноге, не нанеся увечья.

Авианалеты случались реже, укрывались от них, где придется: в блиндаже, траншее, подполе, что было поблизости. Мое первое посещение подпола оказалось неудачным. Мы находились дома, услышали звук самолета, Маруся отодвинула крышку подпола и велела нам спускаться. Меня пропустили вперед. Внизу темно, ничего не видно, промежутки между перекладинами лестницы широкие, мне приходится к ним тянуться и шарить ногой. Руками держусь за боковины лестницы. Бомбежка уже началась, Маруся решила меня поторопить и ладонью сверху легонько надавила на голову. Этого оказалось достаточно, чтобы я сорвалась вниз, там стояли деревянные короба с картошкой. Пока летела, думала, хоть бы не порвать платье, а то мама отругает. Мама с Марусей спустились за мной. Я сильно ударилась коленом и вывихнула мениск. Боль дикая, ногу не согнуть, не разогнуть, голень сместилась в сторону. Мама держала лампу, а Маруся налила на ладонь керосин, хорошо растерла место ушиба, потянула меня за ногу, сустав щелкнул и вправился на место. Острую боль быстро отпустило. Сидим втроем на чурбаках при свете керосиновой лампы, прислушиваемся: где-то вдалеке слышен гул самолетов, ухают взрывы. Маруся говорит: «Я карты захватила. Может в «дурака», а?» Мама покачала головой: «Нет, Маруся, я в карты не играю, есть серьезная причина. Не хочу об этом говорить, ворошить прошлое». «Ладно-ладно, не надо! Давай тогда я тебе погадаю, меня одна старая цыганка научила». Мама согласно кивнула. Маруся положила квадратную фанерку на пустое ведро и стала на подручном столике раскладывать карты. Она внимательно разглядывала их, меняла местами, что-то невнятно проговаривала. Мама с легкой усмешкой, а я, разинув рот, следили за этими загадочными манипуляциями. Наконец, после томительного ожидания Маруся вынесла вердикт: «Сперва будет трудно, но потом все наладится. Ты встретишь большую любовь». Мама засмеялась: «Я думала, ты скажешь, когда война закончится, а ты про любовь. У меня уже есть большая любовь!» Маруся невозмутимо ответила: «Хочешь верь, хочешь не верь. Что карты показывают, то и говорю».

Сложно представить, но мы постепенно привыкали к обстрелам, война становилась для нас будничной, во всяком случае, уже не было панического страха, мы знали, какие можно предпринять защитные меры и обезопасить себя. Однажды Маруся попросила привести корову, которая забрела куда-то на окраину села. Снайперы не трогали детей, и мы с ребятней осмелели и шныряли по всему селу, бегали за огороды к ручью. Я отправилась на поиски. А тут началась артподготовка. Какой-то солдат схватил меня в охапку и затащил в траншею, которая пролегала вдоль реки. Кричит: «Ты что не видишь, стреляют?!» Я говорю: «Мне корову надо найти». Он строго-настрого приказал мне сидеть в укрытии и не высовываться. Поставил передо мной ящик с гранатами и сказал: «Будем заряжать». Стал показывать. Гранаты были крупные, с длинной деревянной ручкой, похожие на толкушку. От меня требовалось взять стеклянную капсулу с жидкостью наполовину белесого и розового цвета, открыть в гранате отверстие, вставить капсулу и снова закрыть. Я заряжала гранаты и подавала солдату, а он складывал их на бруствер, ступеньку наверху траншеи. Наши ожидали наступление немцев после артподготовки. Все стали выбираться из траншеи, стрелять и с криками «ура!» побежали отбивать вражескую атаку. Мой солдат крикнул мне: «Сиди здесь!» - и тоже убежал. Что там происходило, я не видела, только комья земли падали сверху. Когда все стихло, он вернулся: «Ну, все, подруга, можешь идти. Ищи свою буренку».

Возвращаясь домой, я чуть не попала под машину. Откуда-то выскочила большая собака, стала на меня лаять, я испугалась, побежала от нее через дорогу. А тут как раз полуторка ехала, везла боеприпасы на линию. Прямо на дороге я обо что-то споткнулась и упала, водитель резко повернул руль в сторону, я только почувствовала, как вертящееся колесо коснулось локтя. Грузовик съехал в неглубокий кювет. Перепуганный водитель выскочил из машины, поднял меня и отнес в кабину. Успокоившись, что со мной все в порядке, он стал объяснять: «Никогда не убегай от собаки. Это, хоть и домашнее животное, но зверь. А для зверя все, что движется – дичь. Как увидишь собаку, стой спокойно, смотри ей в глаза и разговаривай с ней по-доброму, дескать, ну что лаешь, ты же хорошая псина». Эти слова я запомнила на всю жизнь. С тех пор собак не боялась и могла заговорить зубы любому волкодаву.

В конце лета 1942 года немцы подступали все ближе, военные сказали, что будет большой бой, вряд ли удастся удержать село, и надо уходить в степь. Все сельчане собрали самые необходимые вещи, запасы продуктов, уводили с собой скотину. У нас была собака по кличке Дамка, рыжая дворняжка, она недавно ощенилась и за нами не пошла. Обосновались мы в степи среди скирд. Скирды стали нашим временным жилищем. Делали в них норы, и там спали, ночи уже были прохладные. Я боялась залезать в скирду, там темно и колючие сухие травинки. Мама забиралась первой, а потом затаскивала меня. Днем искали и готовили еду на костре. Жили мы там до самых холодов, пока немцев не выбили из села.

Первая разведка

К нашим скирдам подошли двое мужчин, одетые, как деревенские, и сказали, что им нужно пройти в соседнее село, изучить обстановку. Они просили, чтобы кто-нибудь отпустил с ними ребенка для отвода подозрения. Понятно, что своих детей никто отдавать не хотел, и показали на меня, мол, девочка шустрая, смышленая. Думаю, сыграла определенную роль мамина прибалтийская национальность и то, что мы приезжие. К маме относились хорошо, но все-таки нет-нет, да и проскальзывало некоторое недоверие. Не знаю, как эти двое смогли уговорить маму, но она, в конце концов, согласилась.

В назначенное время, рано утром, я отправилась в первую и единственную в своей жизни разведку. Шли довольно долго, через поле, хлеб уже убрали. Припекало солнце, при каждом шаге от земли поднимался столбик пыли, это меня забавляло, и я старалась еще посильней притопнуть ногой. По дороге мы разучили нашу легенду, мои спутники пояснили, что вот этот человек – твой папа. Я с легкостью приняла эти условности, «новый родитель» чем-то напоминал мне Василия. Мы порепетировали, как отвечать на возможные вопросы. Я чувствовала себя ужасно гордой, что мне поручили такое ответственное дело, и со мной так серьезно разговаривают взрослые люди. Сначала шли втроем, потом один из них на перекрестке свернул в другую сторону. Мой старший товарищ по разведке оказался благодарным слушателем, я безумолку трещала, рассказывала стишки, похвасталась, что понимаю по-эстонски и в подтверждение своих слов спела эстонскую песенку. А он терпеливо сносил мой лепет и даже иногда поддакивал.

Уже на подходе к селу, нам повстречались два полицая с черными повязками на руках. Остановили, один стал задавать вопросы: кто такие, куда, откуда. «Папа» отвечает, мол, идем с дочкой в село к родственникам. И вдруг тот полицай, который все время помалкивал и внимательно разглядывал нас, говорит: «Врет он все, и девчонку взял для прикрытия. Давай отведем в сторону, шлепнем его и все дела». Я сразу поняла, что его хотят убить. Первая мысль, что ударила в голову, как же я смогу вернуться к маме?! Обхватила своего спутника за сапоги и как давай кричать: «Папочка, родненький, папочка родненький, не оставляй меня!» Со мной случилась истерика, я рыдала во весь голос, вцепившись в «папу». Полицаи даже немного растерялись, но поверили, махнули рукой и отпустили. Я долго не успокаивалась, уже не могла идти и говорить, а только судорожно всхлипывала и вздрагивала всем телом. «Папочка родненький» нес меня на руках, пока я не затихла.

В селе он завел меня в какой-то дом, сказал хозяйке: «Она очень устала». Они накормили меня, и я уснула, а поздно вечером он вернулся, разбудил: «Нам пора идти». Когда мы пришли к скирдам, мама была вне себя от радости. Одному богу известно, что ей пришлось передумать и пережить за время ожидания. «Папа» рассказал ей про наши геройские похождения и в заключение добавил: «Она спасла мне жизнь».

Вернулись мы в Подколодновку поздней осенью, когда наши освободили село. Дома стояли целые, только окна разбиты. В нашем дворе лежала расстрелянная Дамка и четверо щенков. После четырех месяцев, проведенных в поле, мы, наконец-то, вернулись к нормальным условиям. Женщины натаскали воды, Маруся затопила баню. Мы напарились от души, нахлестались березовыми вениками. После бани я залезла на печную лежанку, свое любимое место, и, закутавшись в одеяло, просто млела от приятного ощущения тепла и чистоты.

Спустя несколько дней после нашего возвращения, через Подколодновку провели большую колонну пленных. Рассказывали, что среди них были не только немцы, но и итальянцы. Многие жители села вышли посмотреть. Пленные солдаты понуро брели по дороге, отводя глаза, стараясь не встречаться с нами взглядом. Сельчане стояли молча, в этом напряженном, гнетущем молчании выразилось все: ненависть, горе, осуждение.

На следующий день мама пошла в соседний брошенный дом, поискать что-нибудь из кухонной утвари. А там два немца притаились на печи, прикладывают палец к губам, дескать, не кричи, и просят: «Матка, ам-ам». Они сбежали из колонны. Молодые совсем, голодные, шеи тощие. Пожалела она их, принесла из дома несколько свёкол. Потом соседка рассказывала, что нашли двух убитых немцев. Вернулись конвоиры, недосчитались пленных, разыскали беглецов и прямо в огороде расстреляли.

В нашем доме военные устроили временный склад трофейного продовольствия, к нему приставили охранять солдата. Большая комната была заставлена ящиками с консервами, мешками, коробками. Как-то Маруся меня подзывает и шепотом говорит: «Я отвлеку солдата, а ты возьми конфеты». Мне хорошо запомнились розенсоновские яблоки, я отвечаю: «Меня мама накажет». Маруся клятвенно пообещала, что не выдаст меня и всю ответственность берет на себя. Она подвязала мне платье веревочкой, чтобы не растерять трофеи. Вызвала солдата на крыльцо, о чем-то стала с ним беседовать. А я тем временем зашла в комнату-склад. Смотрю на груду продуктов и никак не могу отыскать конфеты. В комнату заскочила Маруся, она под каким-то предлогом отправила охранника в сарай, видит, что я еще без добычи, поддала мне ниже спины, чтобы я быстрей шевелилась, и опять убежала. Марусин шлепок, и правда, возымел действие. Я как-то сразу нашла большой плотный бумажный мешок с пакетиками мятных леденцов, вытащила несколько упаковок, сложила за пазуху. Потом все отдала Марусе, а она спрятала в шкафу и месяца два выдавала нам сладкий паек: по две конфетки в день.

К концу сорок второго года Богучарский район освободили от немцев. Фронт двинулся на запад. Наши военные покинули село. Вслед за ними засобирались и мы с мамой. Маруся отговаривала, предлагала пожить у нее еще, но мама уже что-то решила. В день отъезда Маруся навертела нам увесистый узел с простой деревенской едой: вареные яйца и картошка, соленые огурцы, моченые яблоки, бутылка молока. Мама отказывалась, но Маруся настояла: «Возьми, тебе надо ребенка в дороге кормить». Перекрестила нас на прощание: «Ну, девчата, храни вас господь. Простите, если что не так».

Государственный архив Воронежской области(ГАВО). На 1914 год. Публикуется впервые.

Улицы города Богучар.

1. Дворянская. (Театральная,Данцева, Сталина, Шолохова)
2. Покровская.
3. Большая Ильинская.
4. Нагорная
5. Залиманская.
6. Кладбищенская.
7. 1 –я Мещанская
8. 2 - я Мещанская
9. Никольская
10. Кузнечная
11. Данцевская
12. Малая Ильинская
13. Садовая
14. Право Северный переулок
15. Лево Северный переулок
16. Ремесленный переулок.
17. Лысогорская площадь
18. Харьковская улица слободы Лысогорка (Радченко)
19. Остров и Песковатка.

20. Северная.

А Вы знаете как они сейчас называются? А я знаю!

Расскажу как добавлять различные расширения для ваших браузеров на примере добавления расширения автоматического перевода веб сайтов на русский да и любой язык. Расширения браузеров это небольшие программы которые помогают пользователю настроить браузер под себя. Эти расширения можно устанавливать и можно удалять. Единственно нужно стараться не "переборщить" с количеством и функционалом (есть очень "тяжелые" расширения, вытягивающие на себя большой ресурс компьютера), тогда браузер начнет жутко тормозить, да и компьютер тоже.

Браузер Opera, расширение - переводчик:

2. Добавить расширения:

3. Выбираем Ещё и тип расширений который вас интересует:

4. Открывается список различных программ выполняющих одну функцию, в данном случае - перевод веб страниц сайта. Они отличаются между собой, поэтому можно открыть несколько и посмотреть описания. Есть платные с пробной версией, потом они потребуют оплату, есть бесплатные. Я обычно стараюсь выбирать те, за которые больше всего проголосовало, и проголосовало положительно (и сам стараюсь голосовать, это помощь другим). Сейчас я выбрал первый в списке Translate за него 1100 голосов и много положительных. Хотя Translator справа от него тоже не плох.

5. Теперь остается только добавить в браузер понравившееся расширение.

6. Ну и можно настроить под себя, эти настройки потом можно поменять.

Вот и всё, удачной работы!

Берег мой, покажись вдали

краешком, тонкой линией!

Берег мой, берег ласковый!

Ах, до тебя, родной, доплыть бы,

Доплыть бы, хотя б когда-нибудь…

За те несколько лет, что открыл для себя поисковую работу, хочешь — не хочешь, а «обрастешь» множеством знакомств, чаще, конечно, виртуальных. Просишь людей о помощи, и сам пытаешься в меру своих возможностей помочь коллегам по поиску.

Один из таких знакомцев и сообщил мне, что совершенно случайно обнаружил среди документов Центрального архива Министерства обороны … письма советских военнопленных. Эти письма различными путями были переданы в Советский Союз по линии международного комитета Красного Креста… и не оправлены адресатам. И среди этих писем есть и адресованные в нашу Воронежскую область.

А почему же эти письма — весточки из небытия, не дошли до жен, матерей, отцов попавших в плен советских солдат и офицеров?

А вот и ответ — прямой и жестокий! Письмо исполнительного комитета Союза Обществ Красного Креста и Красного Полумесяца Советского Союза от 5 сентября 1946 года на имя начальника управления по учету потерь Красной Армии генерал-майора Шавельского:

«При этом прилагаю полученные в разное время и по разным каналам материалы относительно советских военнопленных. В виду того, что Исполкому СОКК и КП СССР было предложено эти письма родственникам не пересылать (!), прошу их использовать только как материал для Ваших целей — учета».

Вот так! Только для учета! Сотни и тысячи писем не дошли до адресатов, сотни и тысячи семей не узнали о судьбе своих родных!

Попавшие в плен советские люди передавали весточки домой из Италии, Румынии, Финляндии, из других стран Европы и Северной Африки, но только не из Германии. Это говорит о многом. Гитлеровская Германия жестокое обращение советскими военнопленными формально оправдывала тем, что Советский Союз не подписал Женевскую Конвенцию об обращении с военнопленными от 1929 года. А одним из пунктов Конвенции являлось обеспечение права военнопленных на получение и отправление писем и другой корреспонденции.

Союзники Германии на этот вопрос, видимо, смотрели «помягче».

Кроме писем военнопленных, также были запрятаны в архивы на долгие годы сообщения на Родину от так называемых «перемещенных лиц». Красный Крест действовал по всему миру, и советские граждане, не по своей воле оказавшиеся в различных его уголках, пытались связаться с Родиной, дать знать о себе!

Среди сотен писем «из плена» как собственноручно написанные, так и подписанные стандартные бланки - «жив, здоров...».

В село Бычек Петропавловского района так и не дошло одно из таких «стандартных» писем на бланке Красного Креста:

«.. Я здоров. Я попал в плен к итальянцам и чувствую себя хорошо. Вскоре меня переведут в лагерь для пленных, откуда я сообщу мой новый адрес. Только тогда я смогу получать ваши письма и отвечать на них. Сердечный привет» … и подпись.

Это письмо в село Бычек Ефимии Гавриловне Шерстюковой написал Андрей Шерстюков, рядовой 733-го полка 136-й стрелковой дивизии. Кем он приходился Ефимии Гавриловне - сыном или мужем - неизвестно. В Книге Памяти Петропавловского района Воронежской области Андрей Шерстюков не числится, может быть, ему повезло вернуться домой к своей семье.

Как, надеюсь, дождалась семья и Ишутина Василия Михайловича из Козловского района Воронежской области, Василий в феврале 1945 года направлял отцу это коротенькое письмо:

«Я жив, здоров. Был ранен, попал в плен. Бежал во Францию. Сейчас свободен. Ожидаю возможности возвращения на Родину. Целую всех крепко. Скоро увидимся».

А вот у Изотова Андрея Семеновича из села Шубное Острогожского района шансов вернуться из финского плена было очень мало. Как он писал супруге Степаниде Изотовой из лагеря 18 июня 1942 года: «...лишился одной ноги, теперь выздоровел. Прошу выслать фотокарточку...». Умер Андрей Изотов 12 марта 1943 года, как указано в трофейном документе, от «общей слабости», и захоронен в финском населенном пункте Коккола. Фамилия нашего земляка указана на плите братского захоронения.

В село Пасека Богучарского района (так указано в письме) летом 1944 года направлял весточку, что «жив, здоров», Плохов Георгий Иванович, родившийся в 1914 году. Могу предположить, что если бы Георгий Иванович призывался Богучарским или Радченским РВК, то и в адресе получателя непременно указал бы Радченский район. Видимо, он покинул село Пасека еще до образования Радченского района. В селе Пасека проживали, да и в настоящее время живут люди с фамилий Плаховы. Важный момент: в Книге Памяти Богучарского района Георгий Иванович Плахов (или Плохов) не числится.

Я привел только несколько фамилий земляков-воронежцев, чьи письма так и не дошли до получателей…

По всей видимости план города Богучара, который утверждала Екатерина Вторая в 1786 году.

Внизу карты написано:

Изъяснение
Состоящие ныне строения деревянные в пунктирных линиях - под знаком + Церкви. А - Пригородные слободы упражняющиеся хлебопашеством.

Вновь прожектировано:
Кварталы прикрытые светло- кармином под каменные, а желтою краскою под деревянные казенные, публичные и обывательские дома и прочие строения
1 - для присутственных мест, 2 для жительства городничего и помещения полиции, 3 для соляных и винных магазинов с караульнями, 4 для гостинного двора, 5 вал и ров к ограничению города

В 1971 году в Воронеже вышла книга "Суровые судьбы" о подвигах наших земляков в годы Великой Отечественной войны. Небольшой рассказ "О друзьях-товарищах" из этой книги предлагаю Вашему вниманию:

Немного об авторе: Суслов Лев Иванович (18.02.1923–23.02.2006), заслуженный работник культуры РФ (1980), журналист. Участник Великой Отечественной войны. Уроженец г. Лисичанска (ныне Луганская область, Украина). Окончил Высшую школу контрразведки «Смерш» (1943, Новосибирск). Кавалер орденов Славы и Отечественной войны. В журналистике с 1941 г. В газете «Коммуна» работал в 1954–1984 гг. Автор нескольких документальных повестей о героях войны, чекистах, разведчиках: «Мальчишки» (В., 1957), «Неведомые тропы» (В., 1969), «Воронежские рубежи» (В., 1972; совм. с И. Ф. Бирюлиным) и др. Принимал участие в подготовке и издании «Книги памяти Воронежской области».

Начало июля 1942 года. Страшная неразбериха, с каждым днем все громче доносившаяся канонада, и … слухи о приближающихся немецких танках, массовая эвакуация. И последним Радченский район должен был оставить начальник райотдела НКВД…

Михаил Яковлевич Пушкарев впоследствии вспоминал:

«….Далеко ли немецкие войска от района или мы уже окружены, никто тогда не знал.

Так можно было попасть в ловушку со всем аппаратом райотделения НКВД и милиции. Наши части последнее время через район не отходили, и трудно было ориентироваться в этой создавшейся обстановке.

С шофером Белянским я выехал к соседям в Богучар, чтобы выяснить у коллег обстановку. В 2-х километрах от города нас настигли немецкие самолеты. Мы выбросились из машины и залегли недалеко от дороги, наблюдали, как на дорогу и Богучар падали бомбы. Чудом мы спаслись, кузов оказался прошит пулеметной очередью. В Богучаре - ни души, только разбитые здания, да валявшиеся телеграфные столбы. Возвратились к себе удрученные. Надо было срочно собираться и выезжать в тыл.

Документы Радченского райотделения были вывезены еще две недели назад, личный состав находился на казарменном положении.

Уезжал я с шофером последним, когда уже в районе появилась немецкая разведка на мотоциклах, и наши войска оставляли район. Преждевременный выезд начальником РО НКВД считался паникерством, и по законам военного времени заслуживал расстрела.

На фото М.Я.Пушкарев в 1940-е годы

На рассвете мы встретились со своими у Дона в селе2-я Белая Горка. В воздухе уже кружили немецкие самолеты и сбрасывали бомбы но переправу.

С большим осадком горечи на сердце мы последними покидали свой район. Это был глубинный район. Здесь не было промышленности, люди занимались сельским хозяйством и жили в достатке. Климат мягкий, благоприятный для земледелия. И вот мирный труд нарушен, сюда пришла война.

Переправа через Дон была трудной. Переправлялись на бестарных ящиках (для перевозки зерна) под бомбежкой немецких самолетов, лошадей гнали вплавь.

Во время оккупации района я и другие товарищи находились в прифронтовом Петропавловском районе.

Будучи прикомандированным к 1-ой стрелковой дивизии, занимавшей оборону на Дону, часто бывал на передовой и занимался зафронтовой работой.

Как-то летом наши разведчики вернулись с задания и сообщили, что в районе села ТерешковоРадченского района немцы строят плоты для переправы через реку Дон. Сведения эти заинтересовали командование 408-го полка 1-й стрелковой дивизии. А спустя некоторое время, будучи на передовой, мне стало известно, что немцы пытались переправиться через реку Дон. Наши их встретили сильным пулеметно-минометным огнем, и уничтожили на плотах. Больше они уже не пытались переправиться.

Перед наступлением наших войск контрразведчики задержали немецкого агента при переходе им линии фронта через реку Дон. Он возвращался к немцам от Сталинграда с выполненным заданием. При себе он имел карту, компас. Маскировался под старика, отрастив большую бороду. Мне пришлось принимать участие в его допросе.

Вечером я возвратился в Петропавловский район в свою резиденцию. Надо было подготовиться с личным составом и продвигаться рано утром к линии фронта, вступать в села Радченского района при их освобождении нашими частями, и восстанавливать в них советскую власть.

В декабре 1942 года наши войска, взломав сильно-укрепленную линию обороны немцев по Дону в районе Богучара, Радченского, Верхне-Мамонского районов, перешли в наступление, враг бежал, многие районы были освобождены. Мы шли за передовыми частями, вступили в хутор Оголев. От него остались одни трубы, немцы сожгли его при отступлении. А население выгнали в другие села.

В село Дьяченково мы прибыли к вечеру, жители ютились в землянках. Они встретили нас как родных, обнимали, плакали от радости. Им хотелось многое знать об успехах нашей армии, рассказывали нам о полицаях, активно служивших немецким властям, о жизни в оккупации.

В тот же вечер наши товарищи задержали несколько активных немецких пособников. А утром этапировали их в райцентр. Люди райцентра приветствовали наше возвращение.

Большую работу проводили органы государственной безопасности и милиция в освобожденных районах.

…По прибытию в райцентр наш маленький аппарат райотделения в неполном составе 5 человек, а остальные были в тылу, разместился временно в крестьянской хате.

Помещение райотделения следовало проверить минерами. Бежавшие итальянские войска оставили склады боеприпасов, обмундирование. Под охрану их взяли бойцы истребительного батальона. Они же несли службу по центральным улицам села Радченское и выполняли наши задания по задержанию предателей и пособников немцев. Некоторые из них бежали, а другие скрывались по другим селам и хуторам.

Жители села, узнавшие о нашем возращении, шли к нам из сел с коротенькими письмами, записками, в которых сообщали о многих событиях во время оккупации..."

Небольшая справка:

ПУШKАРЕВ МИХАИЛ ЯKОВЛЕВИЧ, 1911 года рождения, (член ВКП (б)/KПСС с 1938 года).

В органах государственной безопасности работал с 1939 по 1952 г.г. Начал трудиться оперуполномоченным. В последующие годы - начальником отделения УНKГБ, начальником НKГБ-МГБ ряда районов Воронежской области.

С 1952 по 1969 г.г. работал начальником Липецкого горотдела милиции, впоследствии в системе Липецкого УВД.

В годы Великой Отечественной войны занимался зафронтовой разведывательной работой в расположении 1-ой стрелковой дивизии 408-го стрелкового полка в районе среднего течения Дона, Богучарского и Петропавловского районов Воронежской области. А после в прифронтовом - Радченском районе Воронежской области, где будучи начальником РО МГБ, очищал район от немецких пособников, предателей нашей Родины, шпионов, диверсантов. Было разоблачено несколько немецких агентов, предателей, немало активных фашистских пособников предстало перед судом военного трибунала.

За участие в Великой Отечественной войне и работе в органах НKГБ-МГБ-милиции награжден орденом Отечественной войны II-ой степени, орденом Kрасной Звезды и двенадцатью медалями.

За успешную работу по выполнению заданий военного времени в 1944 году был награжден боевым оружием – Браунингом.

Источник: материалы, опубликованные на сайте https://48.мвд.рф/

"Спокойный" месяц октябрь

Октябрь 1942 года на Богучарщине был месяцем относительно спокойным. Тихий батюшка Дон разделял защитников родной земли и её непрошенных гостей. С середины сентября месяца противоборствующие стороны не предпринимали никаких активных боевых действий, ограничиваясь взаимными артиллерийскими и минометными обстрелами, снайперскими уколами да вылазками разведывательных групп.

Каждую ночь от левого берега отплывали в темноту лодки с советскими разведчиками. Командованию 1-й стрелковой дивизии необходимы были сведения о противнике — частях итальянской 8-й армии, сменивших немецкие дивизии на донских берегах. «Оккупанты поневоле», как некоторые историки в последствии станут называть итальянцев, занимали очень удобные для обороны позиции на высоком правом берегу Дона.

Немецкий пулеметчик на берегу Дона

И очень непросто разведчикам было взять языка. Итальянцы, справедливо опасаясь вылазок с той стороны Дона, заминировали удобные подходы к своим передовым позициям. Разведчикам нужно было незаметно и бесшумно, через установленные проволочные заграждения, подойти для последнего броска за языком. А там уже — как повезет! И нужно было еще благополучно вернуться обратно! Донести пленного живым! И дай Бог, чтобы взятый пленный оказался ценным и словоохотливым.

Памятка разведчику

Ценой своих жизней разведчики добывали так нужные командованию сведения о противнике.

Из «Журнала боевых действий» 63-й Армии за октябрь 1942 года мною взяты выдержки, касаемые действий разведгрупп на Богучарском направлении. Действий удачных, и неудачных! Всё было...

«...01.10.1942

153 сд — разведгруппа, действовавшая в направлении Сухой Донец с задачей: захватить пленных, свою задачу выполнила, захватила двух пленных и уничтожила 10 солдат и без потерь возвратилась в свое расположение.

03.10.1942

Разведкой 1 сд в районе Свинюха захвачено: миномет — 1, ящик с гранатами — 2.

04.10.1942

Разведкой 1 сд в районе Ольховый захвачены документы у умерших от ран пленных офицера и солдата, принадлежность документов устанавливается.

05.10.1942

Разведкой 1 сд, действовавшей в районе Абросимово захвачен пленный солдат 81 пп 52 пд (ит) и один станковый пулемет.

Разведка, действовавшая в районе Оголев, свою задачу не выполнила, встретила сильное огневое сопротивление, и понеся потери (ранено — 13 человек, убит 1 человек), возвратилась в свое расположение...»

Из донесения о безвозвратных потерях 1-й сд удалось узнать, то 5 октября 1942 года был убит во время разведки старший сержант Сергей Федорович Самохов, уроженец Пензенской области.

«...06.10.1942

Группа разведчиков, действовавшая в районе 1-я Белая Горка, взорвала ДЗОТ и захватила крупнокалиберный пулемет и без потерь возвратилась обратно.

08.10.1942

153 сд — разведгруппа в составе одной роты 563 сп переправилась на правый берег р.Дон в район 1-я Белая Горка с задачей захватить пленного и установить расположение огневых средств противника. Разведка действовала боем, уничтожила 2 блиндажа, 20 фашистов и захватила 1 станковый пулемет, возвратилась обратно. Потери разведки: убито 5 чел., ранено 11 чел. Разведка по расположению огневых точек противника задачу выполнила, не выполнила по захвату пленного.

3 ср. 563 сп, действовавшая боем в районе Сухой Донец с задачей захватить пленного, возвратилась на левый берег к 24-00, захватила станковый пулемет и одного солдата. На левом берегу р.Дон пленный был уничтожен минометным огнем противника и около него было ранено 5 наших красноармейцев. В результате силовой разведки рота имеет потери: убит один, ранено — 9.

Разведкой 1 сд установлено, противник в лесу 500 метров северо-восточнее Свинюха строит переправочные средства — плоты, обнаружена одна готовая лодка на 30-35 человек.

09.10.1942

Разведгруппа 1 сд, действовавшая в районе Грушево, захватила раненого пленного солдата 6 роты 38 пп, который умер от ран, а также захватила 1500 винтовочный патрон...»

13.10.1942

Разведка, высланная 1 сд на правый берег р.Дон в ночь на 13.10 возвратилась безрезультатно, потеряв 14 раненых и 1 пропавшего без вести.

23.10.1942

Разведка действовала от 1 сд 21.10 в районе Солонцы уничтожила до взвода пехоты противника. Потери разведки: убито 3 чел., ранено 2 человека.

24.10.1942

1 сд — разведгруппа, действовавшая в ночь на 24.10 в направлении Оголев, захватила одного пленного солдата, принадлежащего 2 роте, 1/79 пп, 9 пд. В результате боя уничтожено до 50 солдат и 1 офицер противника. Наши потери: убито 2, ранено — 6.

29.10.1942

1 сд — разведгруппа от 408 сп, действовавшая ночью в районе Красногоровки, захватила 3-х пленных, принадлежащих 79 пп 9 пд. Потери разведгруппы — при переправе через Дон после выполнения задачи командир группы посадил в одну лодку 15 человек, которые проплыли 2/3 реки, и в лодке проломилось дно, лодка начала тонуть, в результате чего утонуло 8 красноармейцев.

30.10.1942

153 сд — разведгруппой, действовавшей в районах Монастырщина, 2-я Белая горка уничтожено до 15 солдат, один станковый пулемет, взорван один ДЗОТ.

В районе Абросимово захвачен пленный 80 пп 9 пд.

31.10.1942

Разведгруппа 1-й сд, действовавшая в районе Красногоровка, вступила в бой, в результате уничтожила до 50 солдат и офицеров противника...»

Разведчик Аверьянов

В книге о боевом пути 58-й гвардейской стрелковой дивизии «Единой семьей в боях за Родину» авторы А. Ольшанский и У.Арзымбетов особо выделяли среди разведчиков дивизии Владимира Аверьянова — молодого парня из деревни Кременки Ульяновской области.

Перед войной Владимир работал молотобойцем в колхозной кузнице. Любил спорт, на занятиях всеобуча изучал военное дело. И по своей натуре был он веселым и общительным парнем.

Наградной лист на Владимира Аверьянова

В марте 1942 года Владимира призвали в армию. На территории Ульяновской области формировалась 1-я стрелковая дивизия, в состав которой и попал Владимир Аверьянов. Летом 1942 года дивизия прибыла на левый берег Дона, заняв позиции от Гороховки до Сухого Донца.

В 408-м стрелковом полку дивизии Владимир служил радистом, но хотелось ему чего-то большего. И вот однажды он обратился к командиру полка майору Березкину: «Разрешите, товарищ майор, сходить в тыл врага в разведку!» Березкин разрешил. Это было еще в самом начале обороны.

К первой разведке Владимир готовился тщательно. Изучал местность, поведение противника. И вот настало время идти в тыл врага. Дождавшись темноты, он переплыл на лодке на правый берег Дона. До восхода солнца замаскировался в кустарниках.

Светало. Два дюжих фашиста, смеясь и громко разговаривая, шли по тропинке. Словно из-под земли вырос перед ними русский разведчик. Растерявшиеся немцы без сопротивления сдались в плен.

Рано утром 20 июля 1942 года в штабе 408-го полка Аверьянова с двумя пленными встретил комполка Березкин. А уже через 2 недели Владимир писал письмо матери: «Мамочка, дорогая! Я заслужил звание сержанта. Думаю, неплохо воюет твой сын?»

В районе села Монастырщина с Владимиром в начале августа случился такой случай: переплыв по заданию реку Дон, Владимир устроился в кустах у проселочной дороги, наблюдая за движением мотоциклистов. Когда на дороге проехала группа мотоциклистов, разведчик быстро перетянул через дорогу проволоку, и стал ждать. Вскоре появился одиночный мотоцикл, который быстро приближался. Струной натянулась проволока, и мчащийся мотоцикл на полном ходу перевернулся. Владимир прикладом оглушил обоих итальянцев, быстро переоделся в форму офицера. И смело пошел по обороне противника. Почти у самого берега разведчик наткнулся на офицера, который обедал на пне. Офицера Владимир взял в плен, в сумке пленного оказались ценные документы.

В августе 1942 года в армейской газете «Боевой товарищ» были напечатаны статьи о смелом разведчике из 408-го стрелкового полка: «Боевой опыт разведчиков» и «Нападение на фашистский гарнизон».

Как было дело: на рассвете 18-го августа группа разведчиков, переплыв Дон, заняла несколько домов села Абросимово. Шестеро бойцов-разведчиков во главе с Аверьяновым атаковали кухню, там как раз принимали пищу солдаты противника. Завязался бой, используя эффект неожиданности, разведчики уничтожили 15 солдат противника, командный пункт пулеметной роты.

Братская могила в селе Филоново

На помощь разведчикам Аверьянова подошли бойцы из группы младшего лейтенанта Поблицкого. Разведчики захватили двух пленных и благополучно отошли на свой берег.

К началу декабрьского наступления командир взвода разведки 408-го полка Владимир Аверьянов был награжден медалью «За отвагу» и орденом «Красного Знамени»! Ему присвоили звание младшего лейтенанта, приняли в ряды ВКП (б).

В боях за хутор Солонцы 17-го декабря Владимир Аверьянов по собственной инициативе поднял в атаку залегших под огнем противника пехотинцев. Отважный разведчик погиб в том бою. Фамилия Аверьянова увековечена на плитах братской могилы в селе Филоново Богучарского района.

Эдуард Солорев

Война 1905г. Список офицеров и нч,погибших на ЭБр "Ослябя"

Машинистъ 1ст. ЧЕРЕДНИКОВЪ Дорофей Трофимовъ кр-нъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Дьяченковской волости.

Сигнальщикъ ДЕГТЯРЕВЪ Андрей Тимофеевъ, кр-нъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда

Кочегаръ 1ст. БУКИНЪ Петръ Ксенофонтовъ кр-нъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда

Список погибших на кр.1 р."РОССИЯ"

Матрос 2 ст. БУДКОВЪ Тимофей Григорьевъ кр-нъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Калочеевской волости. Матрос 2 ст. КОЛОМЕЙЦЕВЪ Василий Ивановъ кр-нъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда.

Список погибших крейсер "Варяг".

ФИРСОВ Андрей Андреевич, кочегар 1 статьи, уроженец Воронежской губ., г.Богучар, умер от ран 15 февраля 1904 г. во французском госпитале, г. Сеул (Корея); скончался от ран на шканцах на берегу 15.2. перезахоронен 17 декабря 1912 г. во Владивосток

Список погибших в русско – японской.

Список нижних чинов, погибших на ЭБр "Князь Суворовъ"КНЯЗЬ СУВОРОВЪ»
Бой 14-го Мая 1905 года. У О-ва Цусима.

370) Матросъ 1-й статьи Степанъ Дмитриевъ Плаховъ, Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Монастырщанской волости. Хо лостъ

31) Старшй комендоръ Василий Ивановъ Ефтеевъ, Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Монастырской волости, села Пасики. Же¬натъ.

Список нижних чинов,погибших на ЭБр "Бородино"Место гибели - погиб 14-15 мая 1905 (Цусимский бой)
377) Матросъ 1-й статьи Сергей Дмитриевъ Усенковъ, изъ крестьянъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Дьяченовской волости, хут. Малеванноло. Женатъ.

382) Матросъ 1-й статьи Петръ Васильевъ Чвикаловъ, изъ крестьянъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Дьяченковской волости, хутора Малеванаго. Женатъ.

386) Матросъ 1-й статьи Григорий Борисовъ Грачевъ, изъ крестьянъ Воронежской губ., Богучарскаго уезда, Березовской волости, села Баннаго. Холостъ