«Простите, что я Вам долго не писал…». Часть 2

Шёл ноябрь 1942 года. Месяц начала коренного перелома в Великой Отечественной войне. Страна собирала резервы для решительного контрудара по прорвавшимся к Волге и Кавказу германским войскам и войскам их союзников. Железнодорожные эшелоны с пополнением, техникой и боеприпасами для частей Красной Армии непрерывным потоком двигались к фронту. В одном из таких эшелонов направлялся к новому месту службы и молодой сержант Василий Прокатов. Позади остались несколько месяцев лечения в госпитале уральского города Краснокамска и пребывание в запасном стрелковом полку.

Попал Василий Прокатов в 1180-й стрелковый полк 350-й стрелковой дивизии. В августе 1942 года дивизия понесла большие потери в боях на Западном фронте, и с середины сентября 1942 года находилась на отдыхе и пополнялась личным составом в городе Моршанске Тамбовской области, а затем в посёлке Земетчино Пензенской области. Вдалеке от войны бойцы и командиры дивизии готовились к предстоящим боям. А в том, что бои будут жестокие и кровопролитные – сомневаться не приходилось.

Начальник штаба 350-й стрелковой дивизии подполковник Иван Николаевич Орешников 2 ноября 1942 года докладывал об итогах боевой подготовки за период с 25.09.1942 г. по 25.10.1942г. в Приволжский военный округ (ПриВО): «…Первый месяц обучения сколотил стрелковые подразделения. Резко повысил строевую подготовку подразделений, придал более стройный вид подразделениям. Личный состав втянулся в ходьбу, что показал марш Моршанск – Земетчино. Повысил тактическо-строевую выучку бойца, отделения, взвода, роты. Недостаточно четко действует батальон. Много недостатков в вопросах управления, начиная от командиров отделения и выше. Прибывшее новое пополнение с 25.10. по 07.11. проходит подготовку по месячной программе…»[2].

Но даже и пары недель на подготовку у Василия Прокатова и его товарищей из вновь прибывшего пополнения не оказалось. Уже 18 ноября 1942 года части и подразделения дивизии погрузились в эшелоны и начали свое движение к железнодорожной станции Хреновая[3] Воронежской области.

А с вечера 21 ноября начался пеший марш частей 350-й дивизии по заснеженным воронежским равнинам. От станции Хреновая через Козловку, Пузево, Воронцовку, Верхний Мамон дивизия подходила к Дону и занимала оборонительные позиции на левом берегу великой русской реки. На меловых кручах высокого правого берега находилось село Дерезовка - первый опорный пункт обороны противника, который предстояло взять штурмом.

350-я стрелковая дивизия прибыла в распоряжение командующего 6-й армии Воронежского фронта генерал-майора Фёдора Михайловича Харитонова, и влилась в состав 15-го стрелкового корпуса.

На снимке командир 350-й сд Александр Павлович Гриценко. Источник https://pamyat-naroda.ru/

Командир 350-й стрелковой дивизии генерал-майор Александр Павлович Гриценко ещё 20 ноября 1942 года докладывал вышестоящему начальству о неполной готовности дивизии к предстоящим наступательным боям: «… численный состав дивизии доведен до 9802 человек, при общем некомплекте младшего нач. состава1207 человек и при наличии более 400 человек рядового состава, непригодных, по состоянию здоровья, для службы даже в тыловых учреждениях дивизии…»[4]. Не хватало более 500 лошадей. Для транспортного обеспечения частей дивизии, а именно, отдельного противотанкового дивизиона, артиллерийского полка и других, требовалось до 50 автомашин и до 15 тракторов. Дивизия не была обеспечена радиосвязью. Недокомплект в вооружении составлял – 130 ручных пулемётов, станковых пулемётов – 22, зенитных крупнокалиберных пулемётов – 3. И самое главное, бойцы и командиры не были обеспечены в полной мере тёплым зимним обмундированием и стальными шлемами.

Кроме того, прибывшее после 7 ноября пополнение в составе 1230 человек в составе дивизии боевую подготовку не проходило[5].

Но не смотря на все эти трудности, боевой дух дивизии был очень высоким. Бойцы и командиры дивизии знали, что воюют они за правое дело, что за Доном ждут освобождения от фашистской неволи тысячи и тысячи советских людей. Все понимали, что час наступления близок…

В каком же подразделении 350-й стрелковой дивизии воевал сержант Василий Прокатов? И в какой из декабрьских дней совершил он свой бессмертный подвиг? Казалось бы, ответы на эти вопросы давно известны: в наградных документах указано, что Василий воевал в должности командира отделения 1-го стрелкового батальона 1180-го стрелкового полка. А из донесения о безвозвратных потерях 350-й стрелковой дивизии известна дата гибели сержанта Прокатова (как указано в донесении: командира отделения автоматчиков 1180-го стрелкового полка) – 12 декабря 1942 года[6].

Наградной лист сержанта Василия Прокатова. Источник https://pamyat-naroda.ru/

Но не все здесь так однозначно. Есть один интересный момент: оказывается, в 1943 году Николай Васильевич Прокатов, отец Василия, переписывался с человеком, назвавшимся непосредственным командиром его сына. В Харовскую приходили письма из действующей армии от капитана Литвиненко (полевая почта 31633). Вот одно из этих писем:

«7-V-43г. Здравствуйте, дорогой Николай Васильевич! Сегодня получил Ваше письмо, в котором Вы спрашиваете о своём сыне и о нашем славном герое Василии. Я Вам уже писал ранее три письма, посылал стихотворение, посвященное Васе, и приказ Верховного Совета о присвоении Прокатову Василию Николаевичу, сержанту, пожизненно[7] Героя Советского Союза.

Ваш сын и наш боевой товарищ погиб смертью храбрых из храбрых, но в сердцах и в списках нашего подразделения он будет жить вечно, пока будет существовать часть.

Он состоит в списках 7-й роты, и ежедневно на вечерней поверке выкликивают: «Герой Советского Союза старш. сержант Прокатов», и отвечает командир-орденоносец: «Погиб смертью храбрых в бою с немецкими оккупантами, за Родину, за Сталина!»

Погиб он на Дону, похоронен под деревней Дерезовка со всеми почестями. Приказ о присвоении Героя Советского Союза Вы должны будете получить. Ему должен будет поставлен в Вашем селе памятник. Дорогой отец, гордись своим сыном – Героем Советского Союза! До свидания, жму руку и целую!»[8]

Одно из писем капитана И.С. Литвиненко отцу Василия Прокатова

В декабре 1942 года старший лейтенант Игнатий Степанович Литвиненко воевал в должности заместителя командира 3-го стрелкового батальона 1180-го стрелкового полка, с февраля 1943 года – капитан, в той же должности. А 7-я рота входила в состав 3-го стрелкового батальона 1180-го полка, но никак не 1-го батальона. Что это меняет в истории подвига Василия? Если он действительно воевал в 3-м батальоне? Только точное место совершения им подвига самопожертвования: 3-й стрелковый батальон дрался за высоты на западной окраине села Дерезовка. На топографических картах военного времени они обозначены как курганы +0.8 и +0.5. А 1-й батальон «зацепился» за узкую полосу правого берега Дона против церкви в селе Дерезовка, и героически оборонял занятый плацдарм до начала общего наступления 16 декабря 1942 года.

О том, что в действительности происходило 12 декабря 1942 года в полосе действия 1180-го стрелкового полка мы узнаём из донесения командира 15-го стрелкового корпуса генерал-майора Петра Фроловича Привалова командующему 6-й армии Воронежского фронта (боевое донесение по производству разведки боем батальонами 1180 сп в направлении Дерезовки № 014/ОП к 21.00 12.12.1942г.).

Для проведения разведки боем был сформирован усиленный батальон в составе 1-й и 2-й стрелковых рот 1-го батальона и 8-й стрелковой роты 3-го батальона. 8-я рота в последний момент заменила 3-ю роту из-за её неподготовленности. Роты были нацелены следующим образом: 1-я - на церковь в селе Дерезовка, 2-я на юго-восточную окраину села, а 8-я должна была прикрывать действия 1-й и 2-й рот со стороны кургана +0,5, то есть правый фланг наступающих.

Сам командир 15-го корпуса Привалов с командного пункта наблюдал за ходом проведения силовой разведки боем.

Роты сосредоточившись на исходном рубеже для наступления в 6 часов утра 12 декабря. В темноте преодолев по льду пространство реки, наступающие были встречены на правом берегу шквальным ружейно-пулеметным огнём противника.

Цитирую далее донесение: «…Роты не смогли преодолеть крутых берегов южн. берега р.Дон, встреченные огнем фланкирующего Дзот сев-зап. окр. Дерезовка и Дзот в лесу сев-зап. Дерезовка, четырех Дзот врытых непосредственно вдоль берега р.Дон Дерезовка. Забросанные ручными гранатами из траншеи в 9.30 роты отошли на исходное положение сев. берег р.Дон…»[9].

Первой, потеряв своего командира, отошла на левый берег 8-я рота. За ней отступили 1-я и 2-я роты. Приведя себя в порядок, в 11-00 батальон произвел вторую попытку, и в 14-30 – третью попытку. Но из-за потери фактора внезапности эти атаки результата не принесли. Свою основную задачу – вскрыть оборону противника и захватить пленных - батальон выполнил только частично. Прямой наводкой обнаруженные разведкой четыре Дзота и минометная батарея в районе здания школы были уничтожены. Потери 1180-го полка при проведении разведки составили 32 человека убитыми, 92 – ранеными. Дорогой ценой доставалась нам Победа…



[2]ЦАМО РФ, Фонд 1669, Опись 1, Дело 19, Лист 94.

[3] Железнодорожная станция Хреновая Юго-Восточной железной дороги находится в селе Хреновое Бобровского района Воронежской области.

[4] ЦАМО РФ, Фонд 1669, Опись 1, Дело 20, Лист 1.

[5] ЦАМО РФ, Фонд 1669, Опись 1, Дело 24, Лист 156.

[6] ЦАМО РФ, Фонд 58, Опись 18001, Дело 687.

[7] Так указано в письме.

[8] Оригиналы писем капитана Литвиненко хранятся в бюджетном учреждении культуры Вологодской области «Вологодский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник».

[9] ЦАМО РФ, Фонд: 462, Опись: 5252, Дело: 15, Лист 11.

0
103
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!