О войне на Богучарщине_

«1 - ГО МАЯ БУДЕМ В БЕРЛИНЕ»
В краеведческом музее города Богучар висит фотография моего деда Гончарова Тимофея Игнатьевича, уроженца с. Монастырщина Богучарского уезда. Его биография во многом сходится с жизненным путем, который
сложился у сотен его сверстников, выходцев из беднейшего крестьянства в период бурных событий, потрясавших до основания царское самодержавие. В 17 лет он встретил Октябрьскую революцию, как вспоминала
моя мама «ее идеи захватили его полностью и за них он боролся до конца своей жизни». Революционные события из центра России, как известно, быстро переместились в Богучарский край. Именно в нашем крае родилась знаменитая на всю Россию 40-я Богучарская стрелковая дивизия имени Серго Орджоникидзе. И, именно, богучарские партизаны дали первый отпор немецко –гайдамацким войскам в мае 1918 года. Тимофей Игнатьевич с братом Андреем сначала вступили в отряд красных партизан, а потом два с лишним года воевали на различных фронтах гражданской войны и дойдя до Крыма только в 1920 году демобилизовался, вернулся в с. Монастырщину.
Здесь на границе с бывшей областью Войска Донского шла жестокая борьба за закрепление устоев Советской
власти. В округе свирепствовали банды Колесникова, Варавы, Чекуши, залетали различные Маруси и т.д. Налеты каждой банды начинались, как вспоминала Евгения Ивановна Гончарова, «с того, что искали и тут же рубили сельсоветчиков и активистов, затем грабили население и исчезали». Как большевика и красного командира деда избрали председателем Монастырщенского волисполкома. Секретарем исполкома был избран Филиппов Иван Григорьевич. Волостной исполком того периода решал практически все вопросы сельского хозяйства, культуры, образования, исполнения декретов Советской власти, защиты граждан от налетов бандитов. Созданные из бывших фронтовиков сельского актива во главе с коммунистами ЧОНа, не раз отражали нападения
небольших отрядов бандитов, труднее было справиться с большими бандитским отрядами.
Как вспоминала моя мама Мария Тимофеевна: «Не раз, уже будучи взрослыми, мы с братом просили рассказать отца о прошлом, о работе председателем волостного Совета.
Однажды поздней осенью 1920 года ночью на село налетел большой конный отряд. Мой дед разбудил отца и сказал, что в селе идет стрельба. Отец раздетый выскочил в окно, прыгнул на коня и ускакал в город за подмогой.
Когда отряд красногвардейцев прискакал в с. Монастырщина, отец горечью узнал, что активисты села, отстреливаясь ушли на Дон, бандиты догнали их у песчаного берега Дона и зарубили 17 человек. Из них в
живых остался только секретарь Совета Филиппов Иван Григорьевич. Сабля бандита проломила ему череп и его посчитали мертвым. Когда жители подбирали погибших, то в нем обнаружили признаки жизни и затем односельчане отходили его.
Впоследствие он снова работал в Совете». Тимофей Игнатьевич принимал активное участие в создании
колхозов в селах Монастырщина и Пасека. В 1930 году его перевели на работу в отдел Богучарской милиции, а в 1931 г. избрали председателем Загребайловского (ныне Луговского – Е.Р.) сельского Совета. Гончаров Тимофей
Игнатьевич (1900 -1943). «Нередко в адрес работников Советов, - вспоминала дочь Мария Гончарова, - посылались угрозы. Не раз мы находили записки у порога своего дома, в которых отцу грозили, что в такой – то час он будет убит. Отец смаялся над такими угрозами, успокаивал семью, и принимал меры к розыску авторов угроз. Однажды отцу сообщили, в какой день и где будет скрываться главарь бандитской шайки. Отец вызвал милицию из г. Богучар, сделал засаду. Бандит ночью посетил свою знакомую из с. Твердохлебова. Огород ее
усадьбы выходил к реке, где росли камыши. В камышах была высохшая копанка.
Участники облав скрыто подошли к дому и рассредоточились по всему огороду. В доме пьянствовали долго. Уже за полночь свет в окне погас. Бандит вышел во двор, постоял, послушал и потихоньку пошел к реке. Потом лег в копанку и захрапел.
Тут его схватили и увезли в Богучар. Мы дома знали, чем был занят отец в эту ночь и очень боялись за его жизнь».
Моя бабушка Гончарова Евгения Ивановна рассказывала, что однажды на мужа написали донос в ОГПу.
ку Поздно вечером за ним приехал «черный ворон» (специальный автомобиль для арестантов – Е.Р.) его пришли арестовывать, но кто – то из друзей предупредил его. Игнат Тимофеевич вышел во двор с маузером в руке и, увидев среди огепеушников знакомого милиционера, предупредил: «Кто первый подойдет
того и положу!» «Черный ворон» уехал без арестованного. Позже во всем разобрались. В 80- х годах XX века работая в Партийном архиве Воронежской области, мне удалось найти документ - о
восстановлении Гончарова Игната Тимофеевича в ВКП (б).
Гончарова Т. И. Через два года в конце 1933 года деда избрали председателем колхоза «Заветы Ильича» в с. Новоникольское, где он проработал до 1936 года, а затем его перевели на работу секретарем
парторганизации колхоза «Серп и Молот» Радченского района. Уже перед войной Тимофея Игнатьевича назначили начальником политотдела Липчанской МТС. В июне 1941 года Тимофей Игнатьевич ушел добровольцем на фронт. Мария Тимофеевна Романова (Гончарова) вспоминала: «Когда отец уходил на
фронт, давал нам с братом наказ пойти учиться на учителя. Сведения от него мы получали скудные. В солдатских треугольниках к нам поступали его короткие приветствия и уверенность в победе над врагом. Где он и что с ним мы не знали.
И только весной 1944 года пришло извещение о том, что Гончаров Тимофей Игнатьевич партизан Великой Отечественной войны погиб под деревней Кавязы Кличесвкого района Могилевской области. Внизу стояла подпись легендарного руководителя партизанской армии Ковпака».
В семейном архиве сохранилось всего одно письмо моего деда, но оно самое дорогое, что у меня от него осталось. В нем он пишет: ««Еня. Я на фротне с 1 –го декабря, пока жив. Читай сама никому, Никоты Биловетского с РТС уже нет. Еня я ваши пять писем получил, которые читала вся рота. Это я один
получил, больше никто и прошу вас писать чаще письма. Эх, Еня. До свидания. Еня, передай от меня лично мой большевистский привет любимой дочке Маруси и мамке, сестре и племяннице. Еня, пиши все новости, не бойся, письмо ко мне на фронт пропустят. Еня, писать некогда. Прийду домой я тебе расскажу какие я
чудеса творю. Бью врага насмерть но и знай, что только я его закончу его жизнь и говорю, что 8 марта будем на границе своей и 1 мая в Берлине». Так и произошло в жизни.
Дети выполнили наказ отца. Дочь Мария стала учительницей русского языка и литературы, сын Иван учителем истории и долгое время работал директором Подгоренской школы интернат Россошанского района, получил звание «Заслуженный учитель школ РСФСР». Так появилась учительская династия, которой сейчас уже
более 40 лет общего педагогического стажа.
Разыскивая могилу деда, в 1983 году я обращался во многие архивы, ответили только из Центрального партийного архива Института Марксизма – Ленинизма при ЦК КПСС: «Гончаров Тимофей Игнатьевич, боец отряда №277 с 18.09.1943 г., 1900 года рождения, русский, член ВКП(б), до отряда служил в 329
стрелковой дивизии, старшиной роты химзащиты, погиб 28.10.1943 г.».
На обелиске в д. Кавязы Могилевской области фамилии 26 погибших партизан, есть и фамилия моего деда и я благодарен ему, что он в рядах нынешнего «Бессмертного полка» дошел до Берлина и освободил нашу Родину от
фашизма.

3 декабря в России отмечается День неизвестного солдата. Этот праздник призван увековечить память, воинскую доблесть и бессмертный подвиг погибших в боевых действиях российских и советских воинов, чьи имена остались неизвестными.
Инициатива установления этой даты принадлежит участникам движений, занимающихся поисками останков погибших воинов и увековечением их памяти, – такую идею они выдвинули в ходе встречи с тогдашним руководителем администрации президента РФ Сергеем Ивановым, который поддержал это предложение.
Дата для праздника выбрана не случайно — 3 декабря 1966 года в ознаменование 25-летней годовщины разгрома немецких войск под Москвой прах Неизвестного Солдата был перенесен из братской могилы на 41-м километре Ленинградского шоссе и торжественно захоронен в Александровском саду у стен Кремля в Москве.
На месте захоронения 8 мая 1967 года был открыт мемориальный архитектурный ансамбль "Могила Неизвестного солдата".
В центре мемориала находится надгробная площадка из красного гранита с бронзовой пятиконечной звездой, в середине которой горит Вечный огонь славы, зажженный от пламени, пылающего на Марсовом поле в Санкт-Петербурге. На надгробье надпись — "Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен".
© РИА Новости

Богучарский поисковый отряд "Память" и его бессменный командир Николай Львович Новиков уже много лет занимается тем, чтобы неизвестных солдат, погибших при защите нашей Родины, стало, хоть не на много, но меньше. К сожалению, очень редко нам удается найти медальон, или именную вещь, которые бы позволили точно идентифицировать погибшего воина. Да и найденные вкладыши медальонов не всегда возможно прочитать. Но не смотря на все эти трудности, такая работа будет продолжаться.

Как будет продолжена поисковая работа в архивах. И она уже дает первые плоды! Богучарским поисковым отрядом "Память" установлены фамилии воинов, умерших от ран в селе Шуриновка. И вот через несколько дней будет установлен памятный знак в этом богучарском селе.

Проводится работа с администрацией Твердохлебовского сельского поселения по увековечению памяти пленных красноармейцев, расстрелянных фашистами в хуторе Белый Колодезь.

Изготовлен памятный знак, посвященный экипажу советского бомбардировщика "БОСТОН". Известны их фамилии.

Установлены 28 фамилий воинов, погибших в районе места боя 8-й роты. И такая работа будет обязательно нами продолжена!

ЦАМО РФ Фонд 815 опись 1 дело 77 лист 57
"Описание боевых действий 4 гв. ск с 12.10.42 г. по 20.1.43 г"

Екатерина Пирятинская, учитель истории
Верхнемамонский район Воронежской области, село Ольховатка

В зале Боевой славы МКОУ «Ольховатская СОШ» Верхнемамонского района расположены стенды с фотографиями погибших земляков. Среди них – копия фотографии Петра Даниловича Дутова. В фондах музея имеется настоящее фото погибшего. На обороте – надпись: «Дутов Пётр Данилович 1914-1941. Гвардии рядовой дивизии имени генерала Панфилова. Погиб в числе 28-ми у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 г.».
Как оказалось его фото на школьном стенде? Ведь здесь должны быть только земляки! Со школьной скамьи известно, что дивизия генерала Панфилова формировалась в Казахстане, а прославилась под Москвой поздней осенью 1941года, сдерживая многочисленные танковые атаки противника. Какое отношение один из героев–панфиловцев, Герой Советского Союза Пётр Дутов, имеет к Ольховатке? С другой стороны, фамилия Дутовы в селе известна, как говорят, она – «наша». Судя по факту существования фотографии в фондах музея – Пётр Данилович должен быть земляком.
Уехали, спасая детей
О факте его рождения в нашей Ольховатке мне рассказывал ещё в 90-х годах бывший директор школы, основатель школьного музея, учитель истории Григорий Игнатьевич Ильинов. По его словам, Дутовы слыли зажиточными, поэтому-то и были вынуждены уехать в Южный Казахстан. Родившийся в начале ХХ века и проживающий где-то недалеко от данной семьи, историк-краевед немного помнил их. Ещё будучи школьницей, я часто интересовалась историей Ольховатки. Старожилы рассказывали, что весной 1930 года многие местные жители покинули родные места, выехав в Южный Казахстан.
Действительно, 30 января 1930 года вышло постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Более зажиточных беспокоили ещё и раньше, а после этого указа люди не находили себе места, боясь ненароком оказаться в списке раскулачиваемых. Опять же, старики-односельчане подсказывали, что Дутовых, видимо, раскулачили, раз они оказались так далеко от родных мест. Но в списке репрессированных жителей села Ольховатка их нет. Во-вторых, кулаки делились на три категории: одни подлежали расстрелу, другие – высылке в отдалённые районы Севера, Урала и Сибири, третьих просто переселяли неподалёку. В связи с этим можно утверждать, что никак не могли выслать как кулаков Дутовых в Южный (!) Казахстан.
Опять же, другие старики рассказывали, что некоторые середняки, не дожидаясь раскулачивания, массово выезжали с насиженных мест. В сёлах этот процесс получил название – самораскулачивание. Распродавали быстро вещи, дома и уезжали в далёкие края. Следовательно, семья Дутовых выехала на постоянное место жительства в Южный Казахстан по доброй воле.
В памяти народа
К глубокому прискорбию, в те годы не было Интернета, поэтому собрать более подробную информацию о семье Петра Даниловича, его родственниках не представлялось возможным. А жаль, как раз тогда живы были ещё близкие родственники. Спустя время в Интернете обнаружили статью о нашем (?) Герое. Среди прочего, к великому сожалению, узнали, что его родным селом является Холмогоровка Гвардейского района Талды-Курганской области. Как могло случиться, что человек, рождённый в Ольховатке, стал уроженцем Казахстана? Конечно, в те далёкие времена родители могли утерять документы или целенаправленно от них избавиться. В конце концов, их могли выкрасть, да мало ли ещё что… Но факт остаётся фактом: все дети были записаны как рождённые в Холмогоровке.
С тех пор для меня и увлечённых краеведением детей главной целью стало изучение биографии Петра Даниловича Дутова, связанной с воронежскими и казахскими землями, восстановление исторической справедливости. Хотелось также найти отражение народной памяти о герое.
В селе близких родственников не осталось, информации было очень мало. Уже потом, впоследствии следующий наш директор, учитель русского языка и литературы Любовь Михайловна Корниенко рассказала, что её родная сестра Мария Михайловна была замужем за Иваном Яковлевичем Ходыревым – двоюродным братом Петра Даниловича. Яков Ходырев имел сестру, которая вышла замуж за Данилу Дутова. Они и являются родителями героя-панфиловца.

Герой Советского Союза Петр Дутов на фронте.

Любовь Михайловна поведала, что мать Петра Дутова приезжала в Ольховатку в 50-60-е годы несколько раз, были даже фотографии встреч родственников с нею. В результате пожара 2010 года дом семьи Корниенко сгорел, личный архив – тоже. Получалось, что подтвердить факт приезда в родное село фотографиями не представлялось возможным. Любовь Михайловна также говорила, что вместе с матерью Петра приезжала её внучка Галя, которая окончила Павловское педучилище, пединститут, работала в Казахстане, затем жила в городе Россошь Воронежской области. Назвала также её фамилию по мужу – Цымбалист.
Одновременно пыталась найти в соцсетях информацию о Холмогоровке. Пересмотрела все бывшие в Интернете карты тех времён – нет такого нигде. Спустя полгода появился список переименованных административно-территориальных единиц Казахстана. Оказалось, что это село переименовали в Шаган, и район не Гвардейский, а Кербулакский. Сайта школы тогда не было, нашла только телефонный код села и номер школы. Вышла на руководителя школьного краеведческого музея Галину Викторовну Житник. Математик-краевед выслушала меня и сказала, что ей доподлинно известно о рождении героя в Холмогоровке – Шагане. Я настаивала на своём, она – на своём. Сошлись на том, что она ещё будет прояснять ситуацию. Потом переписка шла в соцсетях и по электронной почте.
Ольховатка, Россошь, Шаган…
Пока ждала ответа от казахского коллеги, решила поискать в соцсетях людей с фамилией Цымбалист; может, живут какие либо родственники – двоюродные, троюродные потомки Петра Даниловича, о которых рассказывала Любовь Михайловна Корниенко. Ведь было же известно полное имя.
В Россошанском районе фамилия Цымбалист оказалась довольно-таки распространённой. Написала нескольким людям с такой фамилией, с просьбой оказать помощь. Мне отвечали, что такая женщина не является их родственницей, и вообще они не знают, о ком идёт речь.
Через методистов Россошанского отдела по образованию вышла на «девочку Галю», о которой вспоминала Любовь Михайловна. Она была уже на пенсии. Во время телефонного разговора Галина Фёдоровна Цымбалист подтвердила, что родиной Петра Даниловича Дутова является Ольховатка. Почему случилось по документам, что Холмогоровка, она не знает. Подтвердила также, что со своей бабушкой – матерью Петра – приезжала к родственникам в Ольховатку в 60-е годы. Сказала, что у неё сохранились общие фотографии. Затем выяснилось, что Галина Викторовна была её ученицей, потом пришла работать в Холмогоровскую школу. Сама же Галина Фёдоровна несколько лет была директором той самой школы, затем выехала в Россию, в Россошанский район. Договорилась о встрече. Но такая возможность появилась не сразу.

Родственники Петра Дутова в Ольховатке. Первая слева – Елена Дутова, за ней - её дочь, сестра героя-панфиловца.
Тем временем из Холмогоровки пришло сообщение. Галина Викторовна провела дополнительные опросы старожилов и согласилась с тем, что семья Петра Даниловича в её селе была приезжей, только никто не помнил, откуда они приехали. Сообщила, что у Петра Даниловича Дутова была до войны семья: жена, дочь, сын. Жена Петра Дутова была не местной для Холмогоровки, приезжая. Сразу после войны она, взяв детей, выехала, только вот куда – не известно. С роднёй мужа она больше не общалась. Связь с прямыми потомками отсутствует. Её земляки вспоминали, что, вроде как, однажды приезжал внук панфиловца, ему сейчас где-то 40 - 45 лет, может, даже больше.
По электронной почте Галина Викторовна прислала ксерокопию газеты с портретом Героя, фотографию школьного уголка, где стоит бюст Дутова, а также, по моей просьбе, несколько фотографий с видом села Шаган, всё-таки здесь проживали наш земляк и вся его многочисленная семья. Как ни обидно, но Шагановская школа носит имя своего (?) земляка. К тому же, на основании приказов Верховного Совета СССР, в 1975 году на родине героев-панфиловцев были установлены бронзовые бюсты.
Мы обратились к кандидату юридических наук, судье: «Как быть, если это – наш земляк, а официально его родиной считается Холмогоровка?» Он дал нам ответ: «Я, как судья, вынес бы интересующий вас вердикт только в том случае, если бы вы смогли подтвердить факт рождения в Ольховатке близких родственников Петра Дутова». Получается, что только через суд нам предстоит добиться исторической справедливости.
Фотографии открыли правду
Затем, в 2012 году, произошла встреча с внучатой племянницей Петра Даниловича Дутова – Галиной Фёдоровной Цымбалист. Узнала, что в семье Данилы и Елены Дутовых было девять детей, Пётр – один из старших. В момент выезда мальчику было лет 14 – 16. Он обучался в нашей школе. Были ли они зажиточными – сказать точно не смогла. Да, уехали из Ольховатки, бежали, спасая детей, себя, от своих же односельчан-красных, которые мстили им за какие-то «грехи». Уехали и другие их родственники – Ходыревы, Иноземцевы. Так и поселились в Холмогоровке.
За многие десятилетия после тех событий практически все потомки выехали за пределы села. Кто – в Красноярск, кто – в Алматы, кто – в Киргизию. У кого сейчас находится наградной лист на звание Героя Советского Союза, она не знает, а также о самих наградах. Почему на сайте «Мемориала» жена написана с другой фамилией, Галине Фёдоровне не известно. С сожалением сообщила о том, что пять лет назад умер самый младший брат Петра Даниловича – Илья. Подарила фотографию, на которой первой справа сидит Елена Дутова – мать героя-панфиловца. За ней – её дочь, мама самой Галины Фёдоровны – сестра Петра Дутова. Эту фотографию, сделанную ещё в 60-е годы в Ольховатке, в один из приездов к двоюродному брату, мы храним в фондах музея. В то же время они привезли маленькую фотокарточку самого Петра в военной форме, подарили Ивану Яковлевичу Ходыреву. Потом она оказалась в нашем музее.

Родители Героя Советского Союза Петра Дутова – Данила и Елена Дутовы.
Всё это время дети собирали материал – отражение памяти о Петре Дутове. Нашли на сайте Черноморского морского пароходства фотографию судна «Пётр Дутов», фотографии улиц и памятников, посвящённых легендарному генералу И.Панфилову и всем 28 героям. Нашли сайт музея героев-панфиловцев в деревне Нелидово, близ которой проходил бой, памятники в столице Казахстана, фото сквера, носящего имя героев-панфиловцев. В то же время на настоящей родине Петра Даниловича Дутова – только одна маленькая фотография.
В марте 2013 года проходила областная краеведческая конференция обучающихся «История народного образования Воронежского края». В номинацию «Ими славится наша школа» решили выставить результаты краеведческих изысканий по биографии П.Д. Дутова. Назвали исследование «Свой? Чужой… Герой». С одной стороны, мы точно знаем, что он – наш земляк. С другой, подтвердить это проблематично, потому он остаётся пока чужим Героем. Работа эта принесла учащемуся десятого класса Юрию Кустову победу на региональном уровне.
Прошло ещё какое-то время – и в «Одноклассниках» среди прочих фотографий холмогоровцев я обнаружилаа фотографию родителей Петра – Данилы и Елены Дутовых. Было видно, что карточка находится под стеклом в музее деревни Нелидово. Достаю снимок, подаренный внучатой племянницей, Галиной Фёдоровной, сравниваю изображение матери героя – одно и то же лицо. Но проблема всё равно не решена…
Ими гордится страна
Занимаясь краеведческой работой, понимаешь, что весь материал сразу не получишь; иногда что-то долго ищешь, а узнаёшь – ненароком, там, откуда совсем не ожидаешь, как это случилось во время пребывания в гостях у своей тёти в селе Стеценково Россошанского района. Она невзначай обронила, что в центре села находится бюст их земляку, герою-панфиловцу Д.М. Каленику. Оказывается, был в воронежских новостях видеоролик о проблеме установления бюста Каленику Д.М. – единственному(?) воронежскому панфиловцу. О нашем земляке – ничего!
В марте 2016 года Департамент образования, науки и молодёжной политики Воронежской области проводил очередную областную краеведческую конференцию обучающихся «Летопись Воронежского края». В номинации «Ими гордится страна: мои знаменитые земляки» выступала учащаяся восьмого класса Ольховатской школы Анастасия Широбокова. Победив на муниципальном уровне, она заняла второе место на региональном. Тема работы оставалась та же, только более расширенная дополнительной информацией.
Начиная поиск, я имела очень мало информации о своём земляке, Герое Советского Союза Петре Даниловиче Дутове, практически – одна фотография. Теперь же, в результате исследовательской работы, собран большой материал.
Вернусь к названию статьи. С одной стороны мы знаем, что это – наш земляк; с другой стороны, официально сделать пока ничего не можем, он остаётся чужим героем. Мы будем добиваться исторической справедливости: чтобы не Шаган, не Холмогоровка были родиной Героя, а наша родная Ольховатка. Возможно, и нашей школе присвоят имя Героя Советского Союза Петра Даниловича Дутова.

Первая часть статьи...

К вечеру 12-го июля противник прекратил атаки на правобережный плацдарм. По документам убитых врагов было установлено, что наступление вела 29 немецкая мотодивизия.

Интересно упоминание в книге «Единой семьей в боях за Родину» о том факте, что справа от стрелков 3-го батальона 412-го полка на плацдарме сражались пулеметчики под командованием Тасолтана Моисеевича Битарова. В базе ЦАМО РФ документов в подтверждение этого пока мне найти не удалось.

Вот как авторы книги Ольшанский и Арзымбетов описывают, тоже без особой конкретики, бой пульбата на правобережном плацдарме:

«Высокое мастерство при организации обороны проявил, к примеру, капитан Битаров Тасолтан Моисеевич, командир пулеметного батальона. На Дону батальон получил задачу оборонять подступы к важному узлу дорог. Изучив местность и определив вероятный характер действий противника, командир решил создать огневой мешок на направлении главного удара.

Опорные пункты рот располагались подковообразно по отношению к противнику. В результате дорога, ведущая вглубь батальонного района обороны, оказалась под перекрестным огнем подразделений. На подступах создавались засады, а в промежутках между опорными пунктами и в глубине – ложные позиции.

Для пулеметных расчетов заблаговременно готовились основные и запасные позиции. Умело, с учетом характера местности, осуществлялся маневр силами и средствами.

Так, для скрытного выдвижения роты второго эшелона использовалась лощина, пересекавшая батальонный район обороны с севера на юг. В ходе боя наступающим не удалось полностью раскрыть систему построения обороны батальона, и часть его атакующих подразделений попала в огневой мешок…

Начавшийся бой принял ожесточенный характер. Орудия и минометы не умолкали ни на минуту. На поле боя пылали подбитые немецкие танки. Воины батальона метким и массированным огнем из стрелкового оружия, штыками и гранатами сдерживали натиск до полка пехоты противника, усиленного 16-ю танками. В ходе отражения пяти яростных атак противника бойцы батальона подбили 8 танков и уничтожили до 200 фашистов.

Умело и храбро руководили боем своих подразделений лейтенанты Ханов, Назаров, политрук Тихонов…»

Титульный лист дела, хранящегося в Богучарском музее

В Богучарском музее хранятся выдержки из политдонесений 1-й стрелковой дивизии. Эти бесценные документы позволили узнать некоторые из имен героев - защитников правобережного плацдарма.

Красноармеец 412-го стрелкового полка Василий Акимович Фанеев за день боя 13 июля уничтожил до 40 солдат противника.

Командир взвода того же полка сержант Николай Тимофеевич Соснин из ручного пулемета уничтожил до 50 солдат и офицеров. За этот бой, а также за бои на Осетровском плацдарме он в сентябре 1942 года был посмертно награжден медалью «За отвагу». Погиб в бою под Осетровкой в конце августа 1942 года.

Санинструктор 9-й стрелковой роты 412 полка Иван Федорович Овсянников вынес с поля боя 9 раненых бойцов с оружием. Как указано в наградном листе - «выносил из окружения из под носа немцев». Медаль «За отвагу».

Командир взвода 412 сп старший сержант Сергей Илларионович Мокшанов 13 июля огнем своего автомата уничтожил до 25 солдат противника, был ранен, но с поля боя не ушел. Награжден за этот бой медалью «За отвагу».

Красноармеец 412 сп Михаил Васильевич Крайнов поднял бойцов в контратаку с криком «Ура! За Родину! За Сталина!». Награжден медалью «За отвагу».

Политрук 9-й стрелковой роты 412 сп Митрофан Николаевич Тихонов за бои в районе Богучара награжден орденом «Красного Знамени».

Командир огневого взвода батареи противотанковой артиллерии младший лейтенант Петр Федорович Комаров получил боевую задачу: не дать возможности танкам противника прорвать оборону 3-го батальона в районе Галиевской переправы. 12 июля противник попытался танками прорвать оборону 3-го батальона. Бойцы огневого взвода отбили атаку немецких танков. На следующий день 13 июля немецкие танки снова полезли на позиции артиллеристов Петра Комарова. Метким огнем удалось подбить один танк.

К 14-00 обстановка на плацдарме усложнилась. Под давлением превосходящего противника 3-й батальон стал отходить к реке Дон. Артиллеристы младшего лейтенанта Комарова прикрывали отход батальона.

Схема боевого порядка 1 сд на 19.07.1942г. из Богучарского музея. Показано расположение 8-й и 9-й рот 412 сп

Когда осталось всего 5 снарядов, взвод стал отходить в район переправы. Но мост через Дон был разбит немецкой авиацией. Что делать? Комаров не растерялся. Он приказал одному своих подчиненных (красноармейцу Власову) переправиться через реку на доске и доставить лодку на правый берег. Через 20 минут лодка была у пушки.

На этой лодке удалось переправить на восточный берег разобранную по частям уцелевшую пушку, 120 стреляных гильз, имущество красноармейцев. Лошадей удалось переправить вплавь. На другой день орудие было собрано и готово к действию. Петр Федорович Комаров за участие в боях на плацдарме был награжден медалью «За отвагу».

А сколько было безымянных героев обороны Богучарского тет-де-пона? Надеюсь, что рано или поздно станут доступны документы об этом периоде боевых действий на Богучарской земле.

Прошу пользователей делиться известной им информацией по этой теме!

Тет-де-пон. Это неизвестное слово встретилось мне при изучении немногочисленных архивных документов об июльских боях 1942 года в районе придонских сел Галиевка и Грушевое Богучарского района.

Согласно Большой Советской Энциклопедии, тет-де-пон — предмостное укрепление, предмостная позиция, оборонительная позиция, создаваемая с целью прикрытия (обороны) мостовой переправы. Передний край обороны обычно выбирается на удалении, исключающем ведение по переправе артиллерийского огня противника; фланги позиции упираются в реку…

Согласно документов 1-й стрелковой дивизии Богучарский тет-де-пон находился в районе сел Галиевка — Грушевое, защищая подходы к галиевской переправе. Определенный материал был собран мною несколько лет назад, некоторая его часть в литературной обработке размещена на сайте поискового отряда «Память» - в статье «8-я рота». Те материалы, которые не вошли в ту статью, опубликованную в областной газете «Коммуна», а также недавно найденные архивные документы, я постараюсь выложить для ознакомления и обсуждения.

Схема оборонительного рубежа 1-й сд на 21.07.1942 года. Штаб дивизии - х.Мандровка

Выдержка из книги А.Ольшанского и У.Арзымбетова «Единой семьей в боях за Родину» о событиях лета 1942 года на Богучарской земле:

«1-я стрелковая дивизия, скрыто совершив 170-километровый марш, вышла в район Верхнего Мамона, Бычка, Мандровки, и к исходу дня 27 июня 1942 года заняла оборону на левом берегу реки Дон в полосе Гороховатка, Верхний Мамон, Журавка, Подколодновка, Старотолучеево, Абросимово, с задачей остановить на этом рубеже немецко-фашистские войска.

Одновременно закрепить на западном берегу реки плацдарм на участке – выс.217, Филоново, выс.209, Перещепный, Галиевка….

Командование дивизии, учитывая ширину фронта обороны 120 километров, строило ее в один эшелон. Главная полоса обороны проходила по левому берегу реки Дон. На правом берегу по высотам и населенным пунктам Филоново, Перещепный, Богучар проходила полоса предполья.Главные усилия дивизии в обороне сосредотачивались на Богучарском направлении по удержанию районов Терешково, Журавка. Понимая всю ответственность и важность защиты Дона, полки дивизии 28 июня приступили к строительству оборонительных сооружений.

Новый полевой устав 1942 года требовал, чтобы оборона была упорной и активной, способной противостоять массовой атаке танков, поддерживаемой мощным огнем артиллерии, и сильным ударам с воздуха…

Фортификационные мероприятия войск должны обеспечить живучесть и устойчивость обороны.

Дивизионный инженер Платонов, командир саперного батальона Гетман, командиры саперных рот и взводов Григорьев, Казин, Карпов, Прокопьев, Краснов и другие дни и ночи проводили на передовой, где отрывались окопы, пулеметные ячейки, огневые позиции для орудий и минометов, строились подступы к позициям и опорных пунктам…

К 8 июля 1942 года оборонительные работы в основном были закончены, все подступы к обороне простреливались с огневых точек. Особенно была усилена огневая система на танкоопасных направлениях, стыках и флангах подразделений и частей. На этих направлениях саперами были установлены противотанковые минные заграждения…

Максимальное внимание уделялось наиболее эффективному расположению артиллерии и пулеметов. Все было подготовлено к отражению атак противника».

К сожалению, на топографической карте 1941 года не отмечены отметки-высоты 217 и 209, так что расположение правобережного плацдарма можно только предполагать.

Для наглядности приведу схему боев за Вешенский тет-де-пон ниже по течению Дона. Принципиальное назначение предмостного укрепления понятно - защита переправы.

Итоги боев за Богучарский тет-де-пон оказались для частей 1-й стрелковой дивизии неутешительными. Потери дивизии за период боёв с 9-го по 22-е июля 1942 года составили: погибшими — 82 человека, ранеными — 243, пропавшими без вести — 682, заболевшими — 5, пропавшими по различным причинам — 9. Итого выбыли из строя 1021 человек.

Такими же неутешительными были для командования 1-й сд и выводы штаба 63-й Армии об итогах боев и причинах таких потерь: "1-я сд имеет большие потери из-за плохой организации и умения вести бой при обороне тет-де-пона в районе Богучара (приказ по войскам 63 армии от 14 и 25 июля 1942г.)".

А действительно была ли вина командира 1-й сд Семенова и комбата 3-го стрелкового батальона 412-го полка Комарчева в том, что в неравном бою с намного превосходящими силами противника 14-го июля пришлось отвести остатки батальона на левобережье Дона?

Извещение 412 стрелкового полка: лейтенант Субботин В.Н. пропал без вести 13.07.1942г.

В материале «8-я рота» были приведены воспоминания бронебойщика Г.Ф. Болотнова — участника боев на правобережном плацдарме. Геннадий Федорович вспоминал: «Боеприпасов не хватало, подкрепления не было, а немцы напирали. Замком полка Добриянов в этих условиях принял единственное разумное решение: «Отступить!» И солдаты устремились к реке.
В этот момент рядом с Добрияновым разорвалась мина, и осколок ударил его в шею. Бросив в воду противотанковое ружье, мы с товарищем подхватили командира, и вместе с остатками батальона начали переправляться с раненым через Дон. Многие солдаты под вражеским обстрелом утонули в реке. «Кто плавал хорошо, тот спасся».
На следующий день, на другом берегу, комиссар части построил остатки батальона (64 человека)и начал нас отчитывать: «Как вы могли, предатели и трусы, оставить позиции и бросить оружие!? Да я вас всех расстреляю!»Раненый Добриянов, который лежал рядом и все это слышал, подозвал к себе комиссара, посмотрел ему в глаза и тихо сказал: «Замолчи, я не знаю такой войны, где бы оружие было важнее бойца!»

В «Журнале боевых действий» 63-й Армии за июль есть такая запись: «14.7.42 … 3-й стрелковый батальон под давлением превосходящих сил противника отошел из района Грушевое, Галиевка и в составе109 человек (!) занял оборону на левом берегу р.Дон. В результате 4-х часового боя 408 сп выбил противника и занял Монастырщина...».

Шифровка штаба 63-й Армии № 25/оп от 15.07.1942г.

«Командиру 1 сд

Командующий армией приказал:

1. Предоставить донесение и изложить обстоятельства боя и причин отхода батальона с правого берега р.Дон из района Грушевка, Галиевка.

2. 3/412 сп вновь на правый берег не высылать».

По штату 1942 года в составе стрелкового батальона числилось 778 человек. Не трудно подсчитать, что ходе боев за Богучарский тет-де-пон выбыло из строя 669 человек из состава 3-го стрелкового батальона, большинство пропавшими без вести. «Высылать» на правый берег уже было практически не кого, батальон нуждался в пополнении личным составом.

Найти донесение командования 1-й сд об обстоятельствах боя за Богучарский тет-де-пон, пока, к сожалению, не удается.

В книге Ольшанского и Арзымбетова есть описание первого боя на плацдарме, к сожалению, без указания точного места: «...находясь в боевом охранении, взвод лейтенанта Осипова М.И. (в последствии Героя Советского Союза — С.Э.) и артиллеристы лейтенанта Алиева первыми вступили в жестокий неравный по силе бой с противником.

На фото Осипов Михаил Иванович - Герой Советского Союза (1923 - 1944), участник боев в составе 412 сп.

Короткие очереди пулеметчика Николая Кудряшова опрокинули в кювет два мотоцикла. Артиллеристы с первых же выстрелов подбили танк и два бронеавтомобиля. Фашисты остановились. Но вскоре заработала артиллерия, появились танки и пехота. Противник начал наступление.

Когда вражеские танки приблизились к боевым порядкам, прогремели меткие выстрелы артиллеристов, которые вскоре уничтожили три танка. Два танка на большой скорости шли прямо окоп, занятый отделением сержанта Степана Цыганкова.

- Укрыться на дно окопа! Приготовить гранаты! - раздалась команда сержанта, когда танки приблизились на 10-15 метров. Степан Цыганков сильным рывком метнул под гусеницу связку гранат. В ту же минуту несколько связок гранат полетело во второй танк. Раздались взрывы. Стальные чудовища вздрогнули, окутались черным дымом и остановились. Но фашисты продолжали рваться вперед. Четвертую атаку отбивал взвод лейтенанта Осипова...»

Читать продолжение ....

И.А.Филатов

МКОУ Каменностепная СОШ им. А.М.Иванова

Таловского района Воронежской области

руководитель школьной краеведческой группы «Поиск»

к.и.н.

Весной 2015 года, вскапывая грядку на огороде за своим домом, жительница села Юнаково Калачеевского района Божко Наталья Андреевна внезапно услышала под лопатой металлический скрежет. Удивленная женщина аккуратно разгребла землю и извлекла оттуда небольшую металлическую пластину с надписями на иностранном языке. Еще раз внимательно рассмотрев находку дома, Наталья Андреевна окончательно пришла к выводу, что держит в руках личный опознавательный знак (ЛОЗ) итальянского солдата.

Ей вспомнились рассказы проживавшей в этом же доме своей свекрови о том, что в декабре 1942 года со стороны села Бычок, расположенного в Петропавловском районе, через Юнаково советские солдаты вели в направлении на Бутурлиновку колонны пленных итальянских солдат.

В тот период времени массовому пленению военнослужащих Италии способствовал успех советской наступательной операции "Малый Сатурн", проводимой силами Воронежского и Юго-Западного фронтов с 16 по 30 декабря 1942 года.

Это наступление было организовано с целью разгрома немецких, итальянских и румынских подразделений, прикрывавших фланг и тыл немецкой группировки Гота из группы армий «Дон», которая, начиная с 12 декабря, стремительно продвигалась в направлении Сталинграда на соединение с взятыми здесь в кольцо окружения войсками 6-й немецкой армии Паулюса.

Оборванные, в изношенной обуви, пленные итальянские солдаты страшно мерзли, а потому с надеждой стучались в дома местных жителей, стремясь остановиться в них на ночлег и согреться.

Удивительна душа русских женщин!

Оставшиеся без мужчин, поставленные перед необходимостью работать не только за себя, но и ушедших на фронт родных и близких, ставшие единственной опорой для своих малолетних детей, ежедневно ожидающие получить от почтальона «похоронку», сами оборванные, голодные и замерзшие, они, все же, находили в себе силы проявлять милосердие в отношении оккупантов.

Так в доме, где проживает в настоящее время Наталья Андреевна, смогли найти приют пять итальянских солдат, а остальные разместились в стоявшем за огородом сарае. Утром стало ясно, что в нем холодную декабрьскую ночь смогли пережить далеко не все.

Находка в селе Юнаково Калачеевского района Воронежской области. Фото И.Филатова

Оставшиеся в живых итальянцы вновь были построены конвоирами в колонну и двинулись далее в направлении на Бутурлиновку, а местным жителям пришлось хоронить тела замерзших солдат противника. Женщины и дети грузили их на телеги, нередко в качестве рычага используя для этих целей обыкновенные крестьянские вилы: перемещать обледеневшие тела руками им не только не хватало сил, но и было элементарно страшно.

Погруженные на телеги трупы доставлялись к находящемуся рядом с селом оврагу, куда беспорядочным образом сбрасывались в ямы, образовавшиеся из-за естественных обвалов крутых склонов.

По словам Натальи Андреевны, здесь, в овраге за с. Юнаково, останки итальянских солдат продолжают находиться и по настоящее время.

Таким образом, вполне возможно, что случайно найденный в огороде итальянский жетон соскочил с шеи умершего солдата в момент погрузки его тела на телегу.

Размышляя над тем, что делать с находкой, Наталья Андреевна поделилась своими мыслями с приехавшим в гости сыном и его женой, проживающими в Таловском районе. Они и предложили передать жетон местной краеведческой группе «Поиск», более пятнадцати лет действующей на базе МКОУ Каменностепной СОШ им. А.М.Иванова, которая расположена на территории Института им. Докучаева.

Основное направление работы поисковиков этой группы - исследование «белых пятен» истории Таловского края и Воронежской области в целом - включает в себя участие в археологических раскопках в рамках археологического движения «Возвращение к истокам» ВГПУ, а также изучение истории боевых действий периода Гражданской и Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.

В итоге, летом 2015 года, личный опознавательный знак итальянского солдата оказался у краеведов группы «Поиск» Каменностепной школы.

Первыми действиями поисковиков стало изучение общей информации об участии итальянских войск в боевых действиях на территории СССР, данных о смертных жетонах итальянских солдат, а также попытка расшифровки и идентификации имеющегося в наличии ЛОЗа.

Было уточнено, что прибывший в июле-августе 1941 года на территорию Советского Союза Итальянский экспедиционный корпус (CSIR) насчитывал 229 тысяч человек и вел боевые действия на обширной территории от Воронежа до Сталинграда. В июле 1942 года лидер итальянских фашистов Муссолини переименовал CSIR в «8-ю итальянскую армию» или «Итальянскую армию в России» (АРМИР).

За время пребывания на территории СССР общие потери АРМИР составят убитыми и пропавшими без вести около 85 тысяч человек.

Летом 1942 года 8-я итальянская армия заняла полосу обороны по западному правому берегу р. Дон, прикрывая фланг мощной группировки немецких войск, наступавших в направлении на Сталинград и Кавказ.

Как и большинство военнослужащих, принимавших участие в боевых действиях периода Второй мировой войны, итальянские солдаты были обязаны иметь личные опознавательные знаки.

Изготовленные из тонкой листовой латуни, они представляли собой две одинаковые половинки прямоугольной формы размерами 36 х 39 мм с выступом в верхней части. В выступе имеется отверстие диаметром 2 мм, в которое продевалось кольцо овальной формы.

Информация наносилась на обе половинки личного опознавательного знака при помощи специального пресса и содержала год рождения владельца, код подразделения, имя отца и матери военнослужащего, полное имя, место призыва, иногда группу крови.

Попытка краеведов группы самостоятельно «Поиск» перевести содержание оказавшегося в их руках жетона, а также его идентификация, проведенная совместно с пользователями ряда поисковых сайтов, привели к следующим результатам:

Disperso MICALE CALOGERO 26-07-1915 CAPO D'ORLANDO Messina Fante 277 RGT.FTR. 31-12-1942 LOCALITA' NON NOTA

С погрешностью на неточности интернет-перевода эти сведения можно расшифровать следующим образом:

Микеле Калоджеро. Родился 26-07-1915 в Капо-д’Орландо региона Сицилия провинции Мессина. Проходил службу в 277-м пехотном полку. Пропал без вести 31 декабря 1942 года.

Также личный опознавательный знак итальянца позволил поисковикам получить информацию об отце солдата (MIKALE ANTONINO) и и его матери (MANGANO NUNZIATINA).

Дополнительно удалось выяснить, что 277-й пехотный полк входил в состав 156-й пехотной дивизии «Виченца», прикрывавшей город Россошь, где находился штаб альпийского корпуса.

После получения этой информации краеведы Каменностепной школы приступили к выполнению второй, более трудной и деликатной задачи: поиску родственников итальянца Микеле Калоджеро с целью их информирования о находке и существующей возможности вернуть в Италию обнаруженную в России семейную реликвию.

Решение группы «Поиск» о передаче родственникам итальянского солдата случайно обнаруженного личного опознавательного знака было принято в соответствии со следующими, действующими на территории РФ, правовыми источниками:

1.Закон РФ от 14 января 1993 г. N 4292-1 "Об увековечении памяти погибших при защите Отечества"

Статья 4. Порядок захоронения (перезахоронения) погибших при защите Отечества.

…При обнаружении останков военнослужащих армий других государств захоронение производится с информированием, а в необходимых случаях и с участием представителей соответствующих организаций этих государств.

2.Федеральный закон от 15 апреля 1998 г. N 64-ФЗ "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации"
Статья 12. Перемещенные культурные ценности, представляющие собой семейные реликвии

1. Перемещенные культурные ценности, представляющие собой семейные реликвии: семейные архивы, фотографии, письма, знаки отличия и награды, портреты членов семьи и их предков…исходя из гуманных соображений, могут быть переданы имеющим надлежащие правомочия представителям семей, которым ранее принадлежали эти ценности (реликвии)…

3.Закон Воронежской области от 27 мая 2011 г. N79-ОЗ «О проведении на территории Воронежской области работ по поиску и захоронению (перезахоронению) погибших в годы гражданской и Великой Отечественной войн" (принят Воронежской областной Думой 24 мая 2011 г.)

Документ ЦАМО РФ

Статья 14.

…3. Найденные оружие, документы и другое имущество погибших передаются по акту в органы военного управления по месту их обнаружения для изучения, проведения экспертизы и учета. При этом документы, личные вещи и награды погибших передаются их родственникам…

4.Свод морально-этических правил участников Общероссийского общественного движения по увековечению памяти погибших защитников Отечества «Поисковое движение России»

5. Отношение к останкам воинов армий противника

Движение не ставит своей целью целенаправленный поиск иностранных воинских захоронений. При этом поисковики корректно относятся к останкам воинов армий противников Советского Союза в Великой Отечественной войне.

Участники Движения:

- при обнаружении иностранных воинских захоронений, или останков солдат иностранных армий на бывшем поле сражения обязуются, в установленном законодательством Российской Федерации и межправительственными соглашениями порядке передать обнаруженные в ходе полевых поисковых работ останки воинов иностранных армий и принадлежащие им личные вещи, помогающие установить личность и принадлежность к армии, представителям уполномоченных организаций на территории Российской Федерации;

- оказывают содействие этим организациям в их непосредственной работе без извлечения коммерческой выгоды.

Кроме того, очень большое влияние на принятие краеведами группы «Поиск» решения о возвращении итальянского личного опознавательного знака в Италию оказало знакомство с содержанием документального рассказа «Дорога в Гамбург» из книги Василия Михайловича Пескова «Война и люди».

В этой фронтовой истории повествуется о том, как в 1942 году офицер РККА забрал на поле боя под Воронежем личные документы и награды у едва его не убившего, мертвого немца.

Пронеся их через всю войну в своем походном мешке и встретив Победу в предместье Берлина, офицер, во многом неожиданно для самого себя, вдруг решает вернуть вещи немца по указанному в документах адресу.

Он едет в занятый войсками союзников г. Гамбург и, найдя нужный дом, передает жене и дочери убитого врага личные вещи близкого им человека.

Первоначально поисковики попытались обратиться за помощью к некоторым представителям ученого сообщества г.Воронеж, имеющим, в силу своих научных интересов, тесные контакты с итальянской стороной.

Однако здесь надеждам таловских краеведов сбыться было не суждено. Поисковики не только не нашли ожидаемой поддержки, но и выслушали лекцию о трудностях российско-итальянских отношений на современном этапе, а также упрек в том, что группа занимается поиском родственников итальянского оккупанта-фашиста.

Это обвинение по ряду причин показалась краеведам необоснованным.

MICALE CALOGERO. Фото из архива И.Филатова

Во-первых, работа краеведческой группы «Поиск» в направлении контактов с итальянской стороной с целью поиска родственников владельца итальянского ЛОЗа и передачи им семейной реликвии находилась в пределах правового поля действующих законов РФ.

Во-вторых, с идеологической точки зрения ортодоксально фашистскими подразделениями в составе 8-й итальянской армии следует считать, прежде всего, три бригады Camicie Nere(итальянских «чёрнорубашечников» - добровольцев), но никак не поголовно весь личный состав армии.

В-третьих, состоявшая преимущественно из пожилых военнослужащих - резервистов, пехотная дивизии «Виченца», в которой проходил службу Микеле Калоджеро, была сформирована не столько для участия в боевых действиях на Восточном фронте, сколько для охраны тыловых служебных объектов АРМИР, однозначно не имея прямого отношения к зверствам «чернорубашечников» на Воронежской земле.

Для дальнейших действий группа «Поиск» обратилась за консультацией к командиру богучарского поискового отряда «Память» Николаю Львовичу Новикову, который на протяжении многих лет ведет работы по поиску и перезахоронению останков советских солдат в зоне боев 8-й итальянской армии. Николай Львович с пониманием отнесся к нашей просьбе и предоставил необходимые контактные данные для переписки по электронной почте с представителем итальянской Национальной ассоциации альпийских стрелков (НААС) Фердинандо Совраном.

Благодаря многомесячной скрупулезной работе итальянской стороны, проведенной в архивах по месту призыву Микеле Калоджеро на Сицилии, в конце октября были найдены его родственники, от которых группа «Поиск» получила схему родового древа семьи и военную фотографию итальянского солдата.

В ходе переговоров, проведенных поисковиками при посреднической помощи Фердинандо Соврана, многочисленные племянники и племянницы Микеле Калоджеро выступили перед богучарским поисковым отрядом «Память» и краеведческой группой «Поиск» с убедительной просьбой вернуть личный опознавательный знак их дяди.

Таким образом, благодаря взаимодействию российской и итальянской стороны, сложились благоприятные условия для проведения процедуры передачи ЛОЗа.

7 ноября 2016 года в г. Россошь личный опознавательный знак итальянского солдата Микеле Калоджеро был передан краеведами группы «Поиск» уполномоченным представителям итальянской семьи для отправки жетона на Сицилию.

(послесловие к поиску) ( Статья передана в том же виде, как и была написана в газете.)

Эта история началась с великой - если иметь в виду отдельные человеческие судьбы - трагедии, 27 июля 1942 года немецкие части прорвались к Богучару, отрезая путь к переправе нашим отступающим частям. Тысячи жизней советских солдат повисли на волоске. Счет шел не на часы, а на минуты: галиевскую переправу, через которую наши войска уходили на ту сторону Дона, ожесточенно бомбили. В районе села Залиман высадился немецкий десант, намереваясь как нож в масло вонзиться в спину в спешке отступающим частям.
Вот как описывает этот страшный момент наш земляк М.А. Грибанов (творческий псевдоним "Михаил Богучаров") в своей повести “Отцовские рассказы про войну" (он жил тогда с матерью на Залимане и видел все своими глазами): - "Самолеты летели все с той же западной стороны. Их было штук пятнадцать - с пузатыми фюзеляжами, с ненавистными крестами на крыльях. Самолеты развернулись и начали кружиться между Залиманом и Галиевкой. Один круг, другой, третий.
- Гляди, гляди! - крикнул Санька. Темные точки, отделявшиеся от самолетов, вспыхивали под ними пушистыми пузырями.
- Парашюты! — догадался Санька. Он сбился со счета - так много их спускалось вниз. А потом с неба часто застрочили автоматы - немецкие десантники стремились обезопасить себе место приземления. Они садились в большую ложбину, отделявшую "шпиль" от взгорья", вздымавшегося у самого Дона. Было видно, как, ударившись ногами о землю, они падали набок, гасили парашюты и тут же сбрасывали с себя рюкзаки. От самолетов тем временем начали отрываться большие, словно повозки, предметы. Это были легкие танки. Они неуклюже приземлялись и через минуту, словно придя в чувство, срывались с места. Обгоняя пехоту, серо-зеленые танкетки устремились к взгорью, разрезанному двумя оврагами. Десантники, пристроившись за танкетками, бежали споро и деловито. Все было отлажено, отрепетировано, действовало четко, почти механически.
Но вдруг с вершины бугра в бежавших сыпануло огнем. Высотка ожила. Санька замер. Он видел настоящий бой; Бой советских бойцов, прикрывавших переправу, с немецкими десантниками.
В небе появились “Юнкерсы" и начали бомбить высоту. С ревом, воем и визгом пикировали они на нее. Санька издали видел огромные черно-серые султаны земли, клубы дыма и пыли от разрыва бомб.
Трудно было поверить, что там, в этом кошмаре, хоть кто-то остался цел. И немцы, почти не опасаясь, почти не пригибая головы, вновь пошли на штурм. Но с бугра все-таки ударили противотанковые пушки и застрочили пулеметы. Однако огонь по был таким плотным, и десантники упорно лезли вперед. Тем, кто оборонял высоту, оставался единственный шанс - рукопашный бой.
Санька видел его. Короткий, страшный, яростный бой. Наши бойцы, оставшиеся в живых после бомбежки, сделали не возможное: немецкому десанту не удалось овладеть переправой.
Много лет прошло с тех пор. Быльем поросла память, как развороченная высотка степной травой. А в июне этого года один из богучарских поисковиков Владимир Найденов обратился
к командиру поискового отряда «Память» Н.Л. Новикову с вопросом: есть ли у него повесть Богучарова "Отцовские рассказы про войну". Книжка нашлась - она была ему подарена в апреле 2003 г. ученицей 4 класса Цапковской школы Юлей Свинаревой.. В знак признательности за работу наших поисковиков в их краях. И вот подарок пригодился.
— Что-то толкнуло меня прочесть эту новость, -- скажет позже Найденов.
Прочитав отрывок, приведенный нами выше, поисковик после рабочей смены взял .лопату и, найдя означенное место, где, по описанию, принял свой последний бой наш заградотряд, пробил шурф. Первые же находки показали: герои-защитники лежат здесь, под слоем задернившейся земли. Забытые герои.
- Мы уже пытались искать этот отряд - очень уж необычная у него судьба, — вспоминает Н.Л. Новиков. — Как-то мне, рассказали такую историю: после изгнания немцев, весной 1943 года, одна женщина, на быках пахала поле рядом со старыми окопами между Галиевкой и Залиманом. Ее малолетние дети, бегая тут же, вытащили из-под обвалившейся земли планшет с документами на имя.. ее мужа. Он погиб рядом с домом, а она ничего об этом не знала.
Мы искали останки, но результаты наших усилий были отрицательными.
А тут как будто перст судьбы указал место.
В общем, энтузиасты взялись за дело. Целый месяц в свободное от работы время небольшой коллектив поисковиков старался ликвидировать "белое пятно". на на-шей: памяти о войне. 6 солдат, навсегда оставшихся на этом рубеже, скоро обретут и достойное место упокоения, и имена. Восстановить их, хотя бы у части погибших, возможность имеется.
- Они, наши солдаты, лежали там, где застали их вражеские пули. Кого-то взрывом вмяло в бруствер; кто-то, " приняв пулю на вздохе", как пел Владимир Высоцкий, сполз па дно своего персонального окопчика, кто-то застыл навечно, не успев дослать патрон в патронник,— рассказывает Н.Л. Новиков. — Надо было видеть, как наши юные помощники Илья и Сергей притихли, глядя на пробитые пулями каски, раздробленные осколками черепа: " Как им, наверное, хотелось жить!”.
Конечно, хотелось, говорю, ребята. Но они понимали, что судьбы тысяч и тысяч их товарищей сейчас зависят от их стойкости. И стояли до конца.
Такой вот урок патриотизма.
В "Отцовских рассказах про войну" есть описание места боя и всего того, что так потрясло нынешних юно-шей. Среди убитых, лежавших на траве, не было ни одного немца - их успели убрать и увезти. Санька, преодолевая страх, всматривался в одутловатые иссиня- черные лица мертвых. В окопах тоже находились убитые - кого завалило землей вовремя бомбежки, кто прильнул к винтовке, да так и застыл, сраженный.
Спустились в овраг. Там видимо, лежали тяжелораненые. Не получив помощи, они так и умерли - истекли кровью.
На вершине бугра неуклюже торчали ствол и обгоревшие резиновые колеса полевой пушки, надвое перебитой разрывом бомбы. Ниже в одиночных окопах валялись полузасыранные землей и мелом противотанковые ружья, стреляные гильзы, подсумки, ящики из - под патронов.
Ветер шевелил волосы убитых,,и казалось, что погибшие вот-вот встанут".
— Все так, как написано в книжке, - вздыхает поисковик. Когда 8-ю роту (это явствует, из найденных нами при двух убитых документах) оставляли прикрывать здесь отход, на снаряжение не поскупились. Огромное количество противопехотных осколочных гранат у ящики с зарядами для пушки, полные патронов подсумки - все это обнаружили мы при погибших. Нашли две винтовки со штыками - может, от той рукопашной, что описывает Грибанов. У одного из солдат во фляжке из толстого стекла, закупоренной черной пробкой, на дне остался недопитый глоток.
У двоих солдат были при себе красноармейские книжки. Одна из них оказалось в удовлетворительном состоянии, и по нашей просьбе (персональное спасибо А.И. Зеленину) работники райвоенкомата передали ее в специальную лабораторию в г. Воронеже, где прочли данные о погибшем: Васильев (либо Касимов), отчество - Харитонович, 1897 года рождения, русский, 8 рота 1 стрелковой дивизии. Указан и номер винтовки, выданной 27 июня 1942 года.
Ясно виден номер и на второй найденной винтовке.. Так что поисковикам удастся установить личность ее владельца, погибшего на высотке: предстоит работа, в архиве МО.
— Кстати, описание этой части отступления имеется в книге об истории 1-й стрелковой дивизии "Единой семьей в боях за Родину", где говорится о том, что части дивизии скрытно прошли 170 км и заняли рубежи от с. Гороховка до с Монастырщина 27 июля 1942 года к вечеру, - продолжает Новиков. - Чтобы не допустить срыва переправы, на заградительных рубежах была оставлена 8 рота. Данные сходятся.
Поисковики обнаружили при убитых много личных вещей. В документах Васильева (Касимова) был спрятан маленький крестик на цепочке. Провожая на фронт, жена либо мать с молитвой вложили его в ладони родному человеку. А может, солдат и сам был верующим, но нравы тех времен не позволяли открыто заявлять об этом.
Теперь все личные вещи солдат, своими самоотверженными действиями давших возможность нашим войскам переправиться и закрепиться на той стороне Дона, находятся в музее с. Дубравы. По теме подвига 8 роты здесь предполагается открыть самостоятельную экспозицию. Может быть, ее назовут “Они сражались за Родину" - как назвал М.А. Шолохов свою замечательную повесть, в которой (кто не читал, тот смотрел одноименный фильм с Василием Шукшиным в главной роли) тоже есть этот трагический, как мы видим, из жизни взятый эпизод войны.
В сентябре в с. Галисвка обретенные останки солдат героической 8-й роты будут со всеми почестями преданы земле. Говорят, на церемонию обещает приехать и автор книги "Отцовские рассказы про войну" М.А. Грибанов.
В конце июля раскопки на месте последнего боя , 8-й роты были прекращены. Но буквально на следующий день заместителю командира поискового отряда "Память" Г.Н. Шкурину приснился сон. Будто стоит перед ним красноармеец во всем положенном ему обмундировании и говорит: «Что же вы, ребята, всех взяли, а меня оставили?».
- Львович, если вы дальше искать откажетесь, я сам копать буду, — волнуется поисковик.
В этом поиске было столько почти мистического, что и сну поверишь, резюмирует Новиков. - Для собственного успокоения мы решили еще паз пройтись по ходам, может, и вправду кто остался.
Так заканчивается эта история, начало которой находится в далеком 1942 году. Наверное, стоит поименно назвать всех, кто столько много делает для того, чтобы в жизнь воплощалось то, о чем так часто говорится в парадных речах: “Никто не забыт, ничто не забыто". Это командир Богучарского поискового отряда “Память" (педагог дополнительного образования Дубравской школы) Н.Л. Новиков, зам. командира (ст. лесничий Бычковского лесничества) Г.Н. Шкурин, члены поискового отряда - рабочий из п. Дубрава С.В. Беспалов, старшеклассники из Дубравской школы Сергей Стракатов и Илья Узловский, предприниматель из Петропавловского района А.В. Галютин, диспетчер районных электросетей Д.А. Слепичов, предприниматель из с. Цапково Россошанского района С.Н. Свинарев, директор Цапковской школы В,С. Жигайлов, работник охранной службы из Богучара В.В. Найденов. Кстати, незадолго до этого В.В. Найденов был награжден за свою поисковую деятельность медалью Жукова. По сути, он еще раз доказал, что отмечен не зря.
Л. ГЕРУСОВА

Согласно утвержденной министром обороны РФ Сергеем Шойгу Концепции развития Воздушно-десантных войск, в Воронежской области к 2016 году будет сформирована десантно-штурмовая бригада. Эта бригада будет носить номер 345 – в честь знаменитого 345-го гвардейского Краснознаменного ордена Суворова парашютно-десантного полка

Этот полк отличился на заключительном этапе Великой Отечественной войны, а также в боевых действиях на территории Республики Афганистан, за что командиру гвардии подполковнику В.А.Востротину было присвоено звание Героя Советского Союза.

Первым же командиром этого полка был уроженец г.Богучар Воронежской области Михаил Алексеевич Котляров. Службу в десанте старший лейтенант Котляров начал в 1934 году помощником начальника штаба 7-го батальона особого назначения. В 1936 году в Белорусском военном округе формируется 47-я авиадесантная бригада, и Михаил Алексеевич получает под свое начало парашютно-десантный батальон, а затем становится начальником штаба всей бригады. Получает звание «инструктор-парашютист».

М.А.Котляров

В конце 30-х годов в должности начальника 1-го отделения 3-го отдела Управления боевой подготовки ВВС Красной Армии участвует в разработке наставлений «Курс парашютной подготовки» и «Руководство для подготовки авиадесантных частей». За это будет награжден орденом Красной Звезды.

С началом Великой Отечественной войны Михаил Алексеевич продолжает службу на командных должностях, участвует в обороне Сталинграда, награждается вторым орденом Красной Звезды. После переформирования 4-го воздушно-десантного корпуса в 1-ю гвардейскую воздушно-десантную стрелковую дивизию становится командиром 6-го гвардейского воздушно-десантного стрелкового полка. За стремительный прорыв сильно укрепленной обороны противника на Северо-западном фронте (район г.Старая Русса) получает свою первую «полководческую» награду — орден Кутузова III степени.

После передислокации на Степной фронт 6 гв. вдсп под командованием Котлярова первым из частей дивизии форсирует реку Днепр и в последующих боях всегда находится на направлении главного удара. В боях за город Кривой Рог Михаил Алексеевич продолжает командовать полком, несмотря на полученное ранение – уже третье с начала войны.

Командир 6 гв. вдсп 1 гв. вдд гв. подполковник М. А. Котляров (второй слева).
Северо-западный фронт, март 1943 г.

В 1944 году отзывается в распоряжение командующего ВДВ и после непродолжительного отдыха получает новое назначение — командиром 345-го гвардейского стрелкового полка, сформированного из десантников 14-й гвардейской воздушно-десантной бригады. Полк под руководством Котлярова примет участие в освобождении Австрии и нанесет противнику тяжелый урон в живой силе и технике. Будет пленено свыше 350 солдат и офицеров. Освобождено из фашистской неволи более 1000 советских граждан. Захвачен завод по ремонту бронетехники с 75 танками, 112 железнодорожных вагонов, 23 цистерны с горюче-смазочными материалами, 2 паровоза, 12 орудий, 17 бронетранспортеров, 76 автомашин, склады с вооружением, снаряжением, боеприпасами.
В ходе Венской наступательной операции 345 гв. полк отбросит остатки разгромленной группировки противника за реку Дунай и обеспечит своей дивизии создание прочного заслона отрезанной в городе Вена группировки немецко-фашистских войск. Личный вклад командира будет оценен награждением орденом Александра Невского.

После выхода в отставку Михаил Алексеевич жил в Москве, был заместителем председателя Совета ветеранов 1-й гвардейской воздушно-десантной стрелковой дивизии, занимался военно-патриотическим воспитанием молодежи. Ушел из жизни в 1985 год.

Андрей Тащеев,
исследователь боевого пути 1 гв. вдд,
сотник Белгородского округа «Союза казаков России»

… Лето сорок второго. Тяжелые оборонительные бои докатились и до Дона в пределах нынешнего Богучарского района Воронежской области. На этом участке фронта река стала рубежом, где было остановлено продвижение врага вглубь нашей территории. В военных сводках тех дней упоминались мало кому известные названия населенных пунктов: Сухой Донец, Монастырщина, Абросимово.

Через эти и другие села спешно шли к переправе на левый берег Дона беженцы со скарбом и отступающие части Красной Армии. Среди массы людского потока и техники был и смолянин Александр Котов, танкист. Но он не ушел вместе со всеми за Дон, а был оставлен на оккупированной земле с небольшой группой для сбора разведданных. Скрывалась она в лесистых оврагах. Добытые сведения переправляли к своим ночью вплавь.

По ночам разведчики приходили к местным жителям расспросить обо всем, что те видели, слышали за день. Селяне, изгнанные фашистами из своих домов в открытое поле, вырыли землянки и жили в них. Они делились с красноармейцами хлебом, снабжали табаком. Но были в Сухом Донце и те, кто предал Родину, стал прислуживать врагу. Это они однажды навели фашистов на лесную балку, где скрывались днем отважные разведчики. Завязался неравный бой. Александр Котов, тяжело раненый в ногу, выполз из кольца карателей.

Нашла его в горящей ржи девушка Елена Столповская. Привела в землянку и стала лечить. Дезертир-предатель, местный староста выследил их. Однажды он пришел к Столповским и спросил, кто чужой у них живет? Елена не растерялась, ответила: «Мой муж, но мы не зарегистрированы».

«Что же ты живешь с ним не по закону, - спросил он с издевкой. Давай-ка, собирайтесь, да оденьтесь получше, я вас к новым властям свожу, они оформят все честь по чести».

На фото Елена Столповская

Подогнав телегу, староста помог посадить в нее Александра Котова, и повез их с Еленой в комендатуру, что находилась на центральной усадьбе нынешнего совхоза «Радченский». Добрались они туда уже к вечеру. Александра и Елену посадили под замок в омшанник.

Утром их повели на первый допрос, потом еще. А во второй половине дня, ближе к вечеру, из комендатуры вышли два автоматчика. Они конвоировали небольшого роста, сероглазого парня и девушку с короткой стрижкой. Лена шла в легком ситцевом платьице с косынкой в руке. Александр сильно хромал.

Улица была безлюдной. И только возле одного из домов стояла куча женщин, детей. Поравнявшись с ними, Елена на мгновенье остановилась, и взмахнув косынкой, крикнула: «Люди, нашим передайте…». Её слова оборвал сильный толчок в спину автоматом.

Дойдя до кузницы, что стояла на краю села, они свернули в лесистый овраг. Вскоре оттуда простучала злая дробь автоматных очередей.

Только через несколько дней одному из местных жителей удалось тайком побывать на месте казни. Он сказал, что палачи убитых закопали.

Через полгода, в декабре сорок второго, Красная Армия перешла в наступление. Враг покатился из этих мест назад, на запад. А в феврале сорок третьего останки расстрелянных перенесли в братскую могилу, место для которых выбрали среди белых акаций. Из девяти навечно покоящихся в ней точно установлено только имя Елены Павловны Столповской. Второе имя установлено не полностью: фамилия Котов, имя – Александр, родом из Смоленска. Вот и все, что известно о нем.

Кто помнит их, откликнитесь!»

Борис Триль, журналист, г.Москва, 1989 год.

От автора (Бориса Триль)

«Уважаемые товарищи! Обращается к вам ваш земляк. Родился я и провел свое детство в совхозе «Радченский». Дальше жизнь сложилась так, что теперь я живу в Москве, работаю журналистом. Почти каждый год приезжаю на родину. То, что испытываю всякий раз, нашло отражение и в подготовленном для вас материале «Люди, нашим передайте…».

Это не первое обращение к затронутой теме. Подобного содержания материал был мною опубликован в областной газете г.Смоленска. На него откликнулась женщина. Она рассказала мне, что у нее пропал без вести на фронте брат Котов Александр Трифонович. Был он танкистом и очень похож на описанного мной красноармейца.

На мой запрос из ЦА МО СССР ответили, что у них в документах не числится Котов Александр Трифонович. А вот Котов Александр Трофимович есть. Сообщили, что его отец Трофим Б. проживал на такой-то улице Смоленска и так далее. А из Смоленского райвоенкомата сообщили, что у них и в других райвоенкоматах города Котов Александр Трофимович не числится.

Все бы ничего, но на указанной Центральным архивом улице Смоленска никто из родных откликнувшейся на публикацию женщины не проживал. На мой новый запрос Центральный архив не ответил, хотя прошло уже полгода. Я снова сделал запрос. Теперь жду ответа от них. Если не будет, то надо будет отправляться в Подольск самому, где и находится архив.

Очень рассчитываю на вашу помощь. Думаю, что после публикации должны откликнуться те, кто помнит эти события. Хотя, конечно же, прошло так много времени. Но не нужно терять надежды. Нужно, во чтобы то ни стало, установить, кто похоронен в братской могиле. Сестра Котова мне написала, что у нее не вернулись с фронта отец и четыре брата. И все они пропали без вести. Вот как ждут наших вестей о Котове Александре Трифоновиче. И мама у него еще жива, ей 80 лет.

Я был в Сухом Донце, разговаривал с очевидцами, родными Лены. Собрал определенный материал. Помощь мне оказал и мой друг детства Новиков Николай Львович. Это он начинал поиск, спасибо ему за это. Только у него возможности ограниченные. А мне, как журналисту, пришлось быть в Смоленске, Киеве, где живут сестры Лены. Но первое слово сказали «красные следопыты» совхоза «Радченский».

Очень прошу Вас, товарищи, если будут отклики на публикацию, познакомить меня с ними. Для меня это станет тем материалом, на основе которого я хочу подготовить публикацию для центральной газеты, чтобы вывести поиск на более высокий уровень».

Прошло 27 лет с момента публикации…

Пару лет назад Николай Львович Новиков попросил меня посмотреть по документам сайта ОБД Мемориал – может, появились какие-либо «новые» документы о судьбе героев статьи «Люди, нашим передайте…». Болела душа у Николая Львовича: все-таки это был первый серьезный поиск его «красных следопытов».

Вот, какие сведения мне удалось разыскать в процессе поиска:

Имеется донесение штаба 114-й танковой бригады о том, что сержант Александр Трофимович Котов, 1920 г.р., уроженец города Смоленска, механик-водитель, пропал без вести, как сказано в документе - «остался при отходе части в районе Россошь 10.07.1942г.». Из документа известно, что отца воина звали Котов Трофим Б., проживал в Смоленске на улице Первомайской, дом 23.

Мог ли танкист 114-й тбр оказаться в нашем степном краю? В те жаркие дни июля 1942 года части Красной Армии отходили к донским переправам. В каком месте переправились на левый берег основные силы 114-й танковой бригады, для меня осталось неизвестным. А отставшие от бригады военнослужащие отходили в общей массе отступающих войск Юго-Западного фронта. В поисках переправы, не разрушенной немецкой авиацией, сержант Котов вполне мог добраться до района Сухого Донца.

В массе документов на сайте ОБД Мемориал удалось найти донесение Смоленского РВК от декабря 1946 года. В нем список безвозвратных потерь «по заключению Смоленского райвоенкомата». В числе не вернувшихся с фронта воинов, числится и красноармеец Александр Трифонович Котов, 1921 г.р., уроженец деревни Черновка Смоленского района. Его мать звали Прасковья Николаевна, проживала она в д.Глубково Сожинского сельского совета Смоленского района.

Именно эта семья откликнулась на первую публикацию Бориса Триль и поддерживала связь с журналистом и «красными следопытами» Николая Новикова. Так вот, сестра Александра Котова сообщила журналисту, что ее отец и четыре брата также пропали без вести в годы войны. В этом же донесении Смоленского РВК указан, видимо, и глава семьи Котовых — Трифон Демьянович, 1896 г.р., его призвали в армию уже после освобождения Смоленска от оккупации, 30 сентября 1943 года. Весточки домой он так и не прислал.

Книга Памяти Смоленской области (1 том) сообщает, что «КОТОВ Александр Трифонович (Трофимович), сержант, механик-водитель 319 ТБ 114 ТП... Пропал без вести 10.07.1942г.». Для справки: в состав 114 танковой бригады входили два отдельных танковых батальона: 319-й и 320-й.

А вот в Книге Памяти Богучарского района почему-то указано, что за связь с партизанами была расстреляна в совхозе «Радченский» Столповская Екатерина Петровна, 1924 г.р. А Столповская Елена Павловна, 1917 г.р., в 1941 — 1945 годах погибла в бою.

В школьном музее поселка Дубрава (бывшая центральная усадьба совхоза «Радченский») хранятся воспоминания местных жителей, свидетелей событий Великой Отечественной войны. Чупракова М.С. вспоминала: «… был такой случай. Поймали шестерых красноармейцев. Яму им выкопали возле колодца старики. Их расстреляли и закопали. Помню как вели на расстрел Столповскую, а она кричала нам, чтобы сообщили ее родителям...».

На плите братской могилы в поселке Дубрава только две фамилии… Александр Котов и Елена Столповская. И две их фотографии...

В начале 1990-х годов поисковики из Минской области Белоруссии разыскивали в Богучарском районе родственников летчика Тихона Григорьевича Котлярова. Запрос на поиск приходил, конечно же, в адрес районной газеты «Сельская новь». Два раза (!) наша газета печатала небольшие статьи-объявления — в 1993 и 1994 годах. Вот, крайнее из них:

«… 23 июня 1941 года пропал без вести лейтенант 313 отдельного разведывательного авиаполка Тихон Григорьевич Котляров 1920 года рождения, уроженец с.Ново-Никольское…

Очень надеемся, что откликнутся все, кто знал летчика, расскажут о нем, о его родных. Тихон Григорьевич Котляров не пропал без вести, его трагическая судьба установлена...».

Никто так и не откликнулся…

А судьба нашего земляка Тихона Котлярова оказалась действительно трагической. Вот что пишет в своей книге «1941-й: пылающие рубежи Днепра и Сожа» белорусский писатель Николай Борисенко:

Летчики 313-го орбап. 1941. Источник фото: книга Н.Борисенко «1941-й: пылающие рубежи Днепра и Сожа»

«… В первые дни войны в районе Белосток — Волковыск в немецком окружении оказалось более 350 тысяч бойцов и командиров 3-й и 10-й армий Западного фронта, с которыми полностью отсутствовала связь. Как следует из боевого пути 313-го авиаполка, по приказу К.Е.Ворошилова и Б.М.Шапошникова летчики полка в течение нескольких дней установили местонахождение окруженных частей, наладили с ними связь...

А сделать это в первые дни войны было непросто. Боязнь диверсантов и шпионов, неразбериха и паника погубили многих летчиков и связных, пытавшихся установить связь с окруженными войсками.

Подтверждением тому служат сведения из редких архивных документов.

«Связные лейтенант Котляров Т.Г. и младший лейтенант Решетченко Н..М. на бомбардировщике из 313-го орбап 23.6.41г., для установления связи с войсками, по спецзаданию командующего Западным фронтом выброшены на парашютах в район Волковыска. По словам начальника связи 10-й армии капитана Малыша, лейтенант Котляров и младший лейтенант Решетченко командирами штаба 10-й армии признаны как диверсанты.

Не смотря на то, что они называли фамилии командиров штаба 313-го отдельного разведывательного авиаполка, которых капитан Малыш знал хорошо, все же они были расстреляны». Следует добавить, что … Решетченко и … Котляров, уроженцы Полтавской и Воронежской областей, все послевоенные годы числятся пропавшими без вести, место их захоронения неизвестно...».

У Владимира Высоцкого есть такие строки:

«Я вам мозги не пудрю — уже не тот завод.

В меня стрелял поутру из ружей целый взвод.

За что мне эта злая, нелепая стезя?-

Не то чтобы не знаю — рассказывать нельзя.

Мой командир меня почти что спас,

Но кто-то на расстреле настоял,

И взвод отлично выполнил приказ,

Но был один, который не стрелял...»

Это у Владимира Семеновича в песне кто-то «не стрельнул», а тогда, 23-го июня никто не смог спасти от глупой смерти летчиков Котлярова и Решетченко.

Оставалась надежда, что белорусским поисковикам каким-то чудесным образом удалось найти место захоронения так нелепо погибших летчиков.

Дмитрий Бриштен из Молодечненского района Минской области (именно его отец Вячеслав Бриштен начинал этот поиск, и пытался найти родственников Котлярова и Решетченко) сообщил, что место захоронения летчиков осталось неизвестным. А искали родных, чтобы рассказать им горькую правду.

Как сказал Дмитрий Бриштен, тогда «в результате переписки со всем Союзом» отозвались родственники второго летчика — Николая Решетченко.

Из документов, размещенных на сайте Мемориал, известно, что отец Тихона Котлярова — Григорий Григорьевич, проживал в городе Богучаре по адресу: переулок Лево-Северный, дом №4.

У переводчика группы Васильева ЗахарияИсааковича Райзмана была необычная должность: в 97-й стрелковой бригаде он числился почтальоном. Но хорошо зная немецкий язык, помогал старшему лейтенанту Васильеву допрашивать попавших в плен немецких солдат и офицеров. Как раз за знание языка бывший учитель и был «переведен» в переводчики. Захарий Исаакович принял участие в операции по пленению Паулюса, за что и был награжден Орденом Красной Звезды.

Райзман по-своему - занимательная личность. В ЦАМО РФ хранится документ «Боевой путь 13-й гвардейской отдельной стрелковой бригады». 13-я гвардейская осбр была создана 1 марта 1943 года путём преобразования в гвардейское соединение 97-й отдельной стрелковой бригады. Так вот, участию «почтальона» Захария Райзмана в операции по пленению командования 6-й армии в этом документе посвящены две страницы! После окончания переговоров красноармейцу Райзману поручили конвоировать в штаб бригады колонну из 70-ти сдавшихся в плен в штабе немцев:

«… Райзман шел впереди с белым флагом. В штабе бригады он долго искал генерал-майора. Возбужденный, растерянный переводчик несколько раз проходил мимо командира бригады, беспрерывно спрашивая: «Где генерал-майор? Где генерал?»

Генерал-майор удивленно смотрел на Райзмана, и наконец сказал:

- Что вам нужно? Я — генерал-майор.

Райзман оторопевшим голосом ответил:

- Товарищ генерал-майор, разрешите доложить: я привел в плен 70 офицеров.

-Пойдемте посмотрим, где они.

Вышли на улицу. Генерал-майор Тихомиров быстро взглядом окинул колонну немцев и недоуменно посмотрел на переводчика:

- Где жа ваши 70, когда здесь 150!

- Как 150! Остальные, по-видимому, дорогой пристроились! Они так любят сейчас ходить строем, особенно когда дело касается плена.

Комбриг улыбнулся…

Вечером Райзман сидел в комнате и писал письмо жене:

«Дорогая Бася! Ты не можешь себе представить, какое я сделал большое дело! Если когда-нибудь меня спросят, что я сделал для Родины, я отвечу: Захарий Райзман обезвредил наш народ от 150 ядовитых гадюк...»

Наградной З.И.Райзмана (орден Красной Звезды)

Дальше не писалось. Слишком много было впечатлений, которые никак не хотели переложиться на бумагу. «Об остальном расскажу» - подумал Райзман и подписал в письме: «Теперь мы будем воевать по-сталинградски, Бася! С приветом, Захарий!»

На воспоминания Райзмана о событиях 31-го января 1943 года ссылается британский писатель Энтони Бивер в книге «Вторая мировая война»:«...Гитлер произвел Паулюса в генерал-фельдмаршалы. Паулюс понимал: это прямое указание покончить с собой. Но теперь, когда все его восхищение Гитлером испарилось, он не имел намерения доставить фюреру подобное удовольствие. 31 января солдаты Красной Армии вошли в здание универмага. «Паулюс был совершенно потерянный, – писал советский переводчик-еврей лейтенант Захар Райзман. – Губы его дрожали. Он сказал генералу Шмидту, что слишком много суеты вокруг и что в помещении слишком много людей». Райзман сопровождал немецких офицеров и солдат в количестве 151 человека в штаб дивизии. По дороге ему пришлось сдерживать солдат Красной Армии от попыток унизить пленных. «Такова ирония судьбы, – заметил немецкий полковник, намеренно громко, чтобы быть услышанным. – Еврей заботится о том, чтобы мы не пострадали». Паулюса и Шмидта доставили в штаб 64-й армии генерала Шумилова, где акт капитуляции снимали на кинопленку. Нервный тик Паулюса был по-прежнему очень заметен...»

В поисках сведений о судьбах группы парламентеров старшего лейтенанта Васильева, мне удалось найти воспоминания их сослуживца по 97-й стрелковой бригаде — Зельмана Ефимовича Ройзмана. Который по ранению выбыл из состава бригады незадолго до описываемых событий. Ройзман вспоминал: «...Хочу вам еще рассказать один эпизод, связанный с боями в Сталинграде.

Рисунок, хранящийся в ЦАМО среди документов 13-й гв осбр (97-й осбр)

Считаю этот эпизод символичным и важным для всех бывших бойцов нашей бригады, свято хранящих память о своих товарищах, погибших на Волге в 1942 году.

Об этом событии мне рассказал мой бывший сослуживец по бригаде Зотов, ставший после войны писателем и написавший две книги о сражении в Сталинграде. На встрече ветеранов в Волгограде в феврале 1983 года бывших бойцов и командиров 97-й отдельной стрелковой бригады разместили на проживание в общежитии химико-механического техникума, и я оказался с Зотовым в одной комнате. Во время своей работы над книгами Зотов имел доступ к военным архивам, стенограммам и различного рода донесениям. Он поведал мне очень много интересного о сталинградских событиях, о чем я, простой лейтенант, знать ранее не мог.

28/1/1943 разведка бригады, продвигаясь вперед по "Астраханскому мосту" на реке Царица, обнаружила большой немецкий госпиталь, где аккуратно "увела" с собой начальника госпиталя, полковника медслужбы. Пленного привели на допрос в штаб бригады к генералу Тихомирову, и когда комбриг сказал: "По нашим данным Паулюс покинул город 25-го января", немецкий врач ответил Тихомирову: "Нет, я его личный врач и видел Паулюса сегодня утром!". На предложение Тихомирова провести наших парламентеров в штаб Паулюса, немец ответил отрицательно, отреагировал следующим образом: "Я лично не могу это сделать. Меня не поймут… Но у меня есть раненый обер-лейтенант Ланге, семья которого находится в близких отношениях с семьей генерала Роске из штаба 6-й Армии, и я думаю, что для Ланге такая миссия более безопасна.

Я полагаю, что он согласится на эту миссию". После получения согласия Ланге, генерал Тихомиров сформировал группу парламентеров. На переговоры в штаб 6-й Армии отправились: командир разведроты 97-й стрелковой бригады старший лейтенант Афанасий Федорович Васильев, политрук бригадной роты разведки Николай Егорович Калинин, переводчик Захар Исаакович Райзман (бывший директор киевской школы), и автоматчик Василий Владимирович Василькин. Генерал Тихомиров выдал Васильеву мандат, что тот является подполковником и уполномочен вести переговоры о безоговорочной капитуляции окруженных в Сталинграде немецких войск, о прекращении огня и сдаче оружия....

...сам факт, что первыми советскими бойцами, вступившими на территорию штаба разгромленной и окруженной 6-й Армии вермахта, были люди из нашей 97-й стрелковой бригады, является для нас, для тех однополчан, кто прошел "сталинградский" ад и пережил войну, еще одной причиной гордиться за своих товарищей по оружию. Наши жертвы не были напрасными…».

Теперь стало понятно, откуда у жителя села Липчанка Василия Яковлевича Хирного могли оказаться столь подробные документальные свидетельства об операции по пленению Паулюса. Вероятно, на одной из послевоенных встреч ветеранов бригады, Хирный и получил экземпляр книги своего однополчанина Зотова.

Вроде бы все ясно и понятно: героев наградили, описание их подвига имеется в боевых документах как 97-й стрелковой бригады, так зафиксировано и в «Журнале боевых действий» 64-й Армии.

Но почему же никто сейчас не знает и не помнит об этом подвиге группы старшего лейтенанта Васильева? Попробую высказать свою гипотезу, хотя, возможно, она и не соответствует действительности.

Первый лист документа ЦАМО "Краткое описание пленения штаба 6 немецкой армии..."

Среди документов ЦАМО хранится такое донесение: «Краткое описание пленения штаба 6 немецкой армии во главе с командующим генерал-фельдмаршалом фон Паулюсом». Документ составлен в сентябре (!) 1943 года и подписан начальником опер. отдела штаба 7-й гв. Армии гвардии полковником Куприяновым и его старшим помощником гвардии подполковником Хижняковым. В этом документе вообще не упоминается об участии в операции группы Васильева из 97-й стрелковой бригады! А все лавры по проведению этой операции от начала и до конца отдаются бойцам и командирам 38-й мотострелковой бригады! И именно этот документ был в дальнейшем использован военными историками при описании пленения Паулюса.

Так, этот документ был опубликован в «Военно-историческом журнале», в №2 за 1959 год. Напомню, что этот журнал был официальным органом Министерства обороны СССР. И именно на эту публикацию сослался в своей книге «Сталинградская битва» известный советский историк Самсонов. А уже на книгу Самсонова в дальнейшем ссылались в своих трудах и исследованиях многие отечественные и зарубежные историки.

Группа парламентеров 97-й бригады под командованием «подполковника» Афанасия Васильева осталась незаслуженнно забытой историками и … потомками.

Мне не верится, что командование 97-й бригады могло сфальсифицировать документы, чтобы лавры по пленению Паулюса достались именно этой бригаде! Тем более, официально награждать за «сфальсифицированную» операцию! В архивах, уверен, еще ждут своего исследователя документы, расскажущие всю правду об этой истории!

Мне просто хотелось, чтобы имя нашего земляка-богучарца Афанасия Федоровича Васильева не кануло в Лету! Чтобы о нем помнили! И об его подвиге!

Вечная слава героям Великой Отечественной войны!

Солорев Э.А., поисковый отряд "Память"

Для начала приведу выдержки из одного документа 97-й стрелковой бригады, хранящегося в Центральном архиве Министерства обороны. Из этого донесения мы узнаем состав группы старшего лейтенанта Васильева. Кто же были эти смельчаки, не побоявшиеся быть парламентерами утром 31 января 1943 года?

«Командиру 97 отдельной стрелковой бригады

генерал-майору Тихомирову

… в 8-00 утра после совместного завтрака у генерал-майора тов.ТИХОМИРОВА, в условное место площадь «ПАВШИХ БОРЦОВ РЕВОЛЮЦИИ» была направлена делегация в составе следующих лиц:

1. ст.лейтенант ВАСИЛЬЕВ (начальник разведотдела бригады), который был одет в форму подполковника нашей армии и снабжен соответствующими полномочиями.

2. Его адъютант ст.лейтенант КАЛИНИН (помощник командира разведроты по политической части).

3. Переводчик красноармеец РАЙЗМАН.

4. Связной телохранитель «подполковника» Васильева, красноармеец ВАСЮКИН (разведчик).

5. Лейтенант немецкой армии военнопленный Ланге.

...Нашей делегации через переводчика и адъютанта генерал-лейтенанта Шмитта, было получено разрешение пройти в расположение немецкого штаба. В штабе находилось несколько немецких генералов со своими адъютантами и переводчиками, при нашем появлении все встали. Лейтенант немецкой армии Ланге представил ст.лейтенанта Васильева генерал-лейтенанту Шмитту, после чего произошел обмен полномочиями в короткой беседе.

Через несколько минут переводчик Шмитта объявил о прибытии представителя Армии, потом стали являться представители других войсковых частей.

В 9.55 от генерал-полковника РОКОССОВСКОГО прибыл генерал-лейтенант ЛАСКИН, которому ст.лейтенант Васильев сдал полномочия.

До прибытия генерал-лейтенанта ЛАСКИНА представителя др.войсковых подразделений, генерал-лейтенант ШМИТТ согласился с условием капитуляции, сдал свое личное оружие пистолет системы «ВАЛЬТЕР» ст.лейтенанту Васильеву, и в честь состоявшихся переговоров передал одну группу немецких офицеров-инженеров в количестве 70 чел. для отвода в расположение 97 ОСБР, к этой группе присоединилось 80 чел. рядового состава немецкой армии, и колонна 150 чел. была доставлена под конвоем переводчика РАЙЗМАН к штабу 97 ОСБР.

(записано со слов ст.лейтенанта Васильева и переводчика Райзман)»

(ЦАМО, фонд 1797, опись 1, дело 2, л.16)

Командир 97-й бригады генерал-майор Тихомиров в тот же день (31.03.1943г.) сообщил о пленении командования 6-й немецкой армии своему вышестоящему начальству - командиру 7 стрелкового корпуса генерал-майору Горячеву. В своем донесении Тихомиров указывает фамилии старших лейтенантов Васильева и Калинина, а также переводчика Райзмана, как непосредственных участников операции (ЦАМО, фонд 1797, опись 1, дело 2, л.15).

Удалось найти и «Журнал боевых действий» 64-й армии Донского фронта. В состав 64-й армии входила и 97-я отдельная стрелковая бригада.

Наградной лист А.Ф. Васильева (Орден Красной Звезды)

Приведу только некоторые факты из «Журнала...», описывающие подробности пленения штаба 6-й немецкой армии: «...Командир 97 сбр получив разрешение от командира 7 ск на ведение переговоров, направил в штаб 6 армии делегацию в составе: старшего в чине подполковника — начальника 2-й части старшего лейтенанта Васильева и в роли его адъютанта — зам.командира разведроты по политчасти старшего лейтенанта КАЗАКОВА (согласно документам 97-й осбр фамилия старшего лейтенанта была Калинин — С.Э.), переводчика РЕЙЗМАН, и телохранителя — бойца разведроты бригады...»

Теперь очень важный момент, на который следует обратить особое внимание! Продолжаю цитировать «Журнал боевых действий» 64-й Армии:

«Вышеуказанная делегация в сопровождении лейтенанта немецкой армии ЛАНГЕ в 5.30 (? - возможно опечатка — С.Э.) направилась в штаб 6 армии, где была принята генерал-майором РОСКЕ. Предъявленный делегацией ультиматум советского командования от 8.1.43г. генерал-майором РОСКЕ был принят.

В это же время войска 38 мото-стрелковой бригады блокировали здание 6 армии, а зам.командира бригады по политчасти подполковник ВИНОКУР вошел в кабинет Роске, где уже находился старший лейтенант ВАСИЛЬЕВ...».

Бесстрашные разведчики 97-й стрелковой бригады, первыми вошедшие в штаб Паулюса, были награждены правительственными наградами. Кто-то раньше, кто-то позже. Из наградных документов нам стали известны их имена, отчества, не указанные в сухих строках боевых документов 97-й бригады.

Командир группы Афанасий Федорович Васильев был награжден орденом Красной Звезды приказом по войскам 7-й гвардейской армии от 12.08.1943 года, за то что: «… первым начал вести переговоры со штабом 6-й немецкой армии о капитуляции последней. В результате переговоров с командующим южной боевой группировкой немецкой армии — генерал-лейтенантом РАССКЕ, достигнуто было соглашение на капитуляцию южной группировки немецких войск. ВАСИЛЬЕВУ в знак капитуляции были переданы: знамя 6-й немецкой армии, пистолет и 70 офицеров-инженеров прибывших для восстановления г.СТАЛИНГРАДА. Которые были доставлены в штаб 35 гвардейского стрелкового корпуса.

После прекращения переговоров, южная боевая группировка военные действия прекратила»

Представлялся к боевому ордену Афанасий Федорович уже будучи в чине капитана, и в должности помощника начальника штаба 93-й гвардейской стрелковой дивизии по разведке. Дивизией командовал старый знакомый Васильева — гвардии генерал-майор Тихомиров.

Получить эту награду капитан Васильев, видимо, не успел: смерть настигла его 14 августа 1943 года. В эти дни дивизия вела бои на окраине города Харькова. Документа с точным указанием места захоронения капитана Васильева мне найти не удалось.

Рисунок, хранящийся в ЦАМО РФ среди документов 13-й гв осбр (97-й осбр)

Из документа об исключении из списков Красной Армии стало известно, что супругу капитана Васильева звали Александра Яковлевна, и проживала она в городе Ташкенте, улица Паркентская, дом 4.

Приказом № 66/н от 20.09.1943г. по войскам 69-й Армии капитан Васильев был посмертно награжден Орденом Отечественной войны 2-й степени. Описание заслуг из наградного листа:

«В боях за города Белгород и Харьков тов.Васильев покрыл себя неувядаемой славой, как достойный сын Родины, бесстрашный воин в борьбе с немецкими полчищами. Будучи начальником 2-го отдела штаба дивизии он с полным презрением к смерти руководил разведывательными операциями, не щадя ни сил, ни своей жизни.

Каждая разведывательная задача, осуществленная под руководством т.Васильева, давала ценный вклад в разработку планов разгрома противника на подступах Белгорода и Харькова. Тов.Васильев пал смертью храбрых на поле боя. Достоин награждения орденом «Отечественной войны 2 степени».

Посмертно».

Заместитель Васильева Николай Григорьевич Калинин, родившийся в 1917 году в Ленинграде, за участие в переговорах в качестве личного адъютанта «подполковника» Васильева в апреле 1943 года был награжден орденом Красной Звезды. Представление на награждение подписал его непосредственный начальник — старший лейтенант Васильев.

В списках награжденных к 40-летию Великой Победы числится уроженец Ленинграда Николай Григорьевич Калинин, 1917 года рождения. Надеюсь, что это он.

Красноармеец Васюкин Василий Владимирович, родом из Куйбышевской области, также по представлению старшего лейтенанта Васильева был награжден орденом Красной Звезды. В 1985 году награжден к юбилею Победы.

Читать продолжение...

Это история - одна из многих тайн Великой Отечественной войны. Тайн, не разгаданных и по сей день.

Ветеран войны из села Липчанка Богучарского района Василий Яковлевич Хирный на страницах районной газеты «Сельская новь» в номере от 31 января 1989 года сообщил об участии своего земляка-односельчанина Афанасия Федоровича Васильева в операции по пленению фельдмаршала Паулюса. Статья Хирного «В эти дни 46 лет назад» вышла как раз в годовщину пленения командующего немецкой 6-й армией.

Но почему-то особого резонанса этот материал тогда не вызвал, наверное, было не до того, или не очень-то и поверили ветерану. А, может, сыграло свою роль и то, что в официальной историографии Великой Отечественной войны фамилия старшего лейтенанта Афанасия Федоровича Васильева, как непосредственного участника пленения немецкого фельдмаршала, указана не была. В официальной версии были другие участники, тоже достойные люди…

Первой моей мыслью сейчас, после прочтения воспоминаний Василия Хирного была: «Ну, не мог знать всего этого простой солдат! Просто не мог!»

Судите сами:

«Конец января 1943 года. На бригадном пункте 97-й особой стрелковой бригады в это время находились двое немецких офицеров со знаками различия лейтенанта и обер-лейтенанта. Фактический же чин каждого был рангом выше. Совсем недавно особым приказом Гитлера все офицеры 6-й армии были возведены в очередной ранг. Но в окружении никто из них не надел новых знаков различия. Пленных пригласили в отдельную комнату на первом этаже, где и состоялся разговор.

Наш майор при посредстве переводчика объяснил офицерам, что советское командование не желает дальнейшего кровопролития. Оно намерено направить к командующему южной группировкой немецких войск своих парламентеров с предложением о прекращении огня и условиями капитуляции.

С этой целью пленным предлагалось выделить из своей среды двух-трех представителей для уведомления генерала о предстоящих действиях советского командования. Пленные совещались около 2-х часов. Они сообщили нашему майору, что выделяют в качестве уведомителей Росске двух человек — обер-лейтенанта и военного чиновника.

В первом часу ночи 31 января 1943 года пленные офицеры, снабженные листовкой с текстом условий капитуляции на немецком языке, были пропущены через наш передний край. Они направились к зданию универмага.

Перед этим наш генерал-майор Тихомиров приказал командирам частей прекратить огонь, предварительно договорившись о такой же мере с командирами 93-й и 96-й особых бригад.

Начальник разведки старший лейтенант Афанасий Федорович Васильев (уроженец села Липчанка), сопровождавший пленных, остался на переднем крае ожидать их возвращения. Пленные вернулись в четыре часа ночи. Они рассказали, что были допущены у генералу Росске, сообщили ему о предложении советского командования.

Генерал долго беседовал с ними, особенно интересовался нашим отношением к пленным немецким офицерам. Затем вышел доложить генералу Паулюсу о полученном предложении советского командования.

Он возвратился с генералом Шмидтом, начальником штаба 6-й армии, который о многом расспрашивал. В заключении он сказал офицерам, чтобы советский парламентер прибыл сюда к десяти часам утра 31 января 1943 года. «Это должен быть генерал!» - сказал он. По традиции немецкой армии генерал может капитулировать только перед генералом. Офицерам было приказано вернуться и сообщить советскому командованию о согласии Паулюса вступить в переговоры...».

Это уровень, как минимум, исторического исследования! И не забывайте, что статья вышла в далеком 1989 году. Тогда простой житель Советского Союза не мог попасть в Центральный архив Министерства обороны, не имея специального допуска к засекреченным документам. Вероятнее всего, Хирный использовал какой-то литературный источник. Но какой и чей?

Оставим на время знакомство со статьей Василия Хирного — самое интересное, как всегда, ждет впереди!

Используя электронные архивные базы данные, выяснилось, что Василий Яковлевич Хирный воевал в Сталинграде в составе отдельного пулеметного батальона ... 97-й стрелковой бригады! О которой и шла речь в статье в районной газете.

Воевал наш земляк действительно героически! За бои по ликвидации окруженной группировки немецких войск 19-ти летний красноармеец-пулеметчик Василий Хирный был награжден медалью «За отвагу» и орденом «Красной Звезды»!

Наградной лист В.Я.Хирного (орден Красной Звезды)

Привожу выдержку из его наградного листа: «За период наступательных боев тов. Хирный проявил исключительное мужество и смелость. 27.01.43г. нашим стрелкам мешала продвигаться вперед огневая точка противника. Тов. Хирный смело выдвинулся во фланг стрелкам и фланкирующим огнем из пулемета уничтожил огневую точку противника.

29.01.43г. стрелкам внезапно преградила путь группа около 30 гитлеровцев, засевших в подвале. Тов.Хирный, оставив за себя второго номера, а сам, примеряясь к местности, по собственной инициативе ворвался в подвал и гранатами уничтожил 10 гитлеровцев, остальных взял в плен.

Тов.Хирный заслуживает правительственной награды ордена «Красная Звезда»…»

И только в июне 1944 года Василий Яковлевич получает заслуженную им медаль «За оборону Сталинграда».

Но не о своих подвигах продолжает рассказывать на страницах районной газеты Василий Хирный:

«...Генерал-майор Тихомиров с нетерпением ждал старшего лейтенанта, и, как только тот вошел, сказал: «Товарищ Васильев, приказываю Вам принять на себя функции парламентера. Вот удостоверение, в котором указаны Ваши полномочия: «Дано настоящее удостоверение заместителю командира бригады по строевой части подполковнику Васильеву Афанасию Федоровичу в том, что ему поручается вести переговоры с немецким командованием по вопросу капитуляции их и прекращения военных действий».

- Какой же я подполковник?

- Не удивляйтесь, товарищ Васильев, - сказал генерал, - немцы спесивые формалисты.

Васильева должны были сопровождать наши четыре человека и пятый — немецкий обер-лейтенант. В восемь часов утра группа Васильева направилась к площади Павших борцов революции. Между тем на площади строились вражеские войска. Они были без оружия. Немцы из ворот универмага просигналили о прекращении огня и дали призывные знаки.

Подняв белый парламентерский флаг на только что выструганном древке, группа Васильева гуськом двинулась к универмагу. Впереди с белым флагом шел пленный обер-лейтенант, за ним — наши разведчики. Во дворе универмага в развернутом строю стояла рота охраны, закрывая собой вход в штаб фельдмаршала Паулюса. Разомкнувшись, первая шеренга пропустила группу Васильева.

Во дворе универмага группа Васильева узнала, что в подвале находится командующий 6-й немецкой армией генерал-фельдмаршал Паулюс.

Один из наших офицеров сказал: «Вот мы и поговорим с Паулюсом».

- Фельдмаршал будет разговаривайт только с генерал-лейтенантом Рокоссовски, - на ломаном языке заметил немецкий офицер, исполняющий роль переводчика.

Группа Васильева в сопровождении немецкого полковника двинулась по полутемному коридору подвала. Спертый зловонный воздух перехватывал им дыхание. Вдоль коридора с обеих сторон стояли вооруженные штабные офицеры.

Немецкий полковник предварительно получил разрешение, пропустил их в комнату. Ее освещали две стеариновые свечи. Посреди комнаты стоял круглый стол, на нем была развернута топографическая карта, стояла бутылка, лежали две колоды игральных карт. У стен сидели генералы и офицеры. Обер-лейтенант представил присутствующим Васильева.

Навстречу Васильеву, отрекомендовавшемуся подполковником, встал высокий немецкий офицер с погонами оберста, и назвался генералом Росске.

Васильев предъявил ему удостоверение и вручил условия капитуляции, напечатанные на немецком языке, а также и на русском.

Здесь же присутствовал генерал-лейтенант Шмидт. После ознакомления с текстом документа генералы Шмидт и Росске дали согласие капитулировать на предложенных условиях. Генералы сдали свои пистолеты и положили на стол, стволами к себе, а рукоятками к нам — это был знак капитуляции.

И так была капитулирована 6-я немецкая армия под руководством фельдмаршала Паулюса и его приближенных».

На этом статья Василия Хирного и заканчивалась. О дальнейшей фронтовой судьбе старшего лейтенанта Афанасия Васильева его земляк и однополчанин Василий Хирный, к сожалению, не сообщает.

Я постарался найти официальные документы о событиях 31-го января 1943 года в районе сталинградской площади Павших борцов. Благо многие из ранее засекреченных документов сравнительно недавно размещены для открытого доступа в сети интернет. Возможно, удастся найти свидетельства об участии нашего земляка в историческом событии.

И найденные документы не приблизили меня к разгадке, а наоборот, еще больше запутали. Чувствовалась здесь какая-то большая тайна!

Читать продолжение...

Помогите найти родственников погибшего летчика, найден самолет (Могила). Скоморохин Александр Григорьевич. 1920 г.р. Призывался Богучарским РВК. Мать Агриппина Ефимовна жила на Лысогорке. С задания не вернулся.

О первых днях знаменитого рейда к станции Тацинская вспоминает Герой Советского Союза Алексей Семенович Бурдейный, в те дни декабря 1942 года – полковник, начальник штаба 24-го танкового корпуса.

С Осетровского плацдарма…

«…18 декабря утром в прорыв был введен 24-й танковый корпус. В этот же день в полосе наступления 8-й гвардейской армии был введен в сражение и 1-й механизированный корпус генерал-майора И.Н.Руссиянова. Фронт прорыва с каждым часом расширялся, и войска стремительно продвигались в глубину, создавая реальную угрозу для всей группировки войск противника на всем сталинградском направлении.

В этом решающем ударе Юго-Западного фронта особая роль предназначалась 24-му танковому корпусу. Продвигаясь в южном направлении, он оказался в центре всей танковой группы - на острие танкового клина. Как и было решено, в первом эшелоне шли 130-я и 4-я гвардейские танковые бригады, во втором эшелоне за 130-й бригадой - 4-я мотострелковая бригада, а за 4-й гвардейской - 54-я танковая бригада.

На фото А.С.Бурдейный. 1940-е годы

Штаб корпуса двигался в центре боевого построения частей за 130-й танковой бригадой. Части начали движение перед рассветом.

В связи с тем, что на этих направлениях вводились уже 17, 18 и 25-й танковые корпуса, мы полагали, что встретимся с противником в глубине обороны в середине дня, и наши разведорганы в темпе двинулись на юг.

С первых же шагов нам предстояло пересечь небольшую речку Богучарку, на южном берегу которой противник имел систему опорных пунктов и, как мы предполагали, уже захваченных нашими стрелковыми частями. При подходе к речке Богучарка разведка 4-й гвардейской танковой бригады была внезапно встречено сильным противотанковым огнем из опорного пункта противника Расковка. Из трех танков Т-70 один был подбит и один загорелся.

Командир 4-й гвардейской танковой бригады полковник Г.И.Копылов выслал второй разведорган от 1-го танкового батальона в составе роты танков Т-34 со взводом автоматчиков десантом на танках под командованием комсомольца лейтенанта А.Шишкова. Эта попытка провести разведку боем также не удалась. В результате 4-я гвардейская танковая бригада потеряла несколько танков и много драгоценного времени на первых километрах наступления. Командир бригады приказал искать обход.

Выполнить такую задачу было не так просто. Резко пересеченная местность, разрезанная рекой Богучаркой, крутые спуски и такие же подъемы, глубокий снежный покров в балках при крепких морозах очень ограничивали маневр боевой техникой, в том числе и танками.

Схема расположения частей корпуса 16.12.1942

В связи с такими сложными естественными условиями поиск обходов затянулся. Позже выяснилось, что накануне (17 декабря), как только прошли танки 18-го танкового корпуса, а стрелковые части еще не подошли, ночью опорный пункт Расковка вновь заняли ближайшие резервы противника. С ними-то и столкнулась 4-я гвардейская танковая бригада.

Неожиданная встреча с противником и нерешительные действия полковника Г.И.Копылова очень озадачили командование корпуса.

В это же время справа 130-я танковая бригада настигла отходящую колонну итальянцев, разгромила ее и стала успешно продвигаться на юг.

Командир корпуса решил использовать успех 130-й танковой бригады и приказал полковнику Г.И.Копылову не медлить, а обходить Расковку справа, по маршруту 130-й бригады, после чего снова выходить на свое направление. Бригада успешно выполнила обходной маневр и, сделав полукруг в радиусе 5-8 километров от опорного пункта Расковка, вышла на свое направление и, развивая успех, овладела населенным пунктом Барсуки.

К исходу 18 декабря 130 и 4-я гвардейская танковые бригады вышли на рубеж Ивановка-Шуриновка и на 30-35 километров углубились в оборону противника, намного обогнав стрелковые части I-й гвардейской армии. Дальнейшему нашему передвижению в этот день мешала авиация противника. Она несколько раз бомбила боевые порядки 130 и 4-й танковых бригад. И хотя потери были невелики, движение бригад было задержано надолго. В 4-й гвардейской танковой бригаде было ранено 10 человек, а в мотострелковом батальоне повреждены две пушки. Примерно такие же потери были и в 130-й танковой бригаде.

В этот день много пришлось поработать зенитчикам 658-го зенитного артиллерийского полка (командир полка майор А.Гусейнов) и 24-й мотострелковой бригады. Зенитчики старшего лейтенанта В.Лобова сбили два самолета Ю-88, а командир орудия 658-го зенитного артиллерийского полка комсомолец старший сержант Сидоренко сбил "Мессершмитт".

В этот же день досталось нам и от нашей авиации. Низкая облачность, отсутствие связи и тесного взаимодействия с нашей авиацией, а также слабое знание летчиками силуэтов наших танков привело к тому, что наши штурмовики приняли колонну танков 4-й гвардейской танковой бригады за танки противника и атаковали ее. Только большое количество выпущенных зеленых ракет в воздух заставило наших летчиков при повторном заходе понять свою ошибку, повернуть в сторону и уйти.

В последующие дни наша авиация редко появлялась над нашими боевыми порядками главным образом потому, что в это время шли тяжелые кровопролитные бои над Сталинградом. Противник бросил туда свои глазные силы, в том числе и авиацию, чтобы разорвать кольцо окружения вокруг 6-й армии Паулюса. В связи с этим наша авиация вынуждена была действовать на том участке фронта. Общую обстановку мы хорошо понимали, но без поддержки авиации и особенно без воздушного прикрытия войскам было очень трудно продвигаться, особенно в первые дни наступления, когда аэродромная сеть авиацией противника не были еще нарушены и противник мог наносить авиационные удары по нашим войскам под Сталинградом и по войскам Юго-Западного фронта с одних и тех же аэродромов.

Схема боев за Скасырскую 23.12.1942г.

Надо заметить, что в то время управление нашей авиацией на поле боя в интересах полка, дивизии, корпуса еще не было отлажено. Танковый корпус, предназначенный для действий в оперативной глубине

в отрыве от своих войск, не имел авиационного представителя со средствами связи для управления истребительной и штурмовой авиацией на поле боя. Вызов же авиации по заявкам через штаб I-й гвардейской армии мало что давал. Трудно вспомнить, когда просьбы или заявки штаба танкового корпуса удовлетворялись. В то тяжелое время нам приходилось под воздействием вражеской авиации преодолевать сопротивление противника мужеством и силой удара своих войск.

Опыт войны подтвердил, что летчики, особенно при совместных действиях в боевых условиях, должны твердо ориентироваться на поле боя, хорошо знать силуэты танков, артиллерии, наступающих стрелковых войск и их условные знаки.

Как правило, сигналы ракетами в динамике боя мало что дают для летчиков. Кроме того, необходима постоянная и непосредственная радиосвязь командира наступающей части с взаимодействующей с ним авиацией. Только он может ориентировать точно, где сейчас находятся его подразделения и где цели, по которым следует нанести удар с воздуха. В вышестоящих штабах от соединения и выше можно иметь представителя со средствами связи от авиационного соединения, а для подавления целей противника нужна прямая связь авиации с теми, кто непосредственно в этом нуждается.

24-й танковый корпус впервые выполнял задачу подвижной группы фронта в оперативной глубине противника. Но при вводе в прорыв был оперативно подчинен командующему I-й гвардейской армии, так как все обеспечение при вводе в прорыв было возложено на эту армию.

Обстановка сложилась так, что корпус оказался в центре всей группировки и наступал в южном направлении на станицу Тацинскую. Ни справа, ни слева наших войск не было. Оторвавшись от стрелковых войск первого эшелона, мы особенно остро почувствовали опасность внезапной встречи с противником. Вскоре наши опасения подтвердились, и мы в первую же ночь оценили значение высокой бдительности.

19 декабря в 2 часа ночи разведка 4-й гвардейской бригады доложила, что по дороге из Богучара на Шуриновку движется колонна противника. Не теряя времени, полковник Г.И.Копылов приказал командиру 1-го танкового батальона майору А.С.Бибикову выслать засаду в составе усиленной танковой роты с ротой автоматчиков на перекресток дорог в 3-х километрах северо-восточнее Шуриновки и встретить колонну противника огнем из засады. Ночи стояли светлые. Командир танковой роты старший лейтенант Иван Табачков и командир роты автоматчиков старший лейтенант М.Брагин заняли выгодные позиции.

Подпустив колонну противника на близкое расстояние, они внезапно для него открыли огонь из танков. Оставив технику и вооружение, гитлеровцы бросились бежать в сторону балки, покрытой мелким кустарником, но там их перехватала рота автоматчиков Брагина. Спастись бегством удалось немногим. Здесь было уничтожено 115 гитлеровцев, 42 солдата сдались в плен, захвачено 15 машин и около 40 мотоциклов. В наступлении очень важно в первых же боях одержать победу. Офицеры и бойцы в ходе боя взрослеют, мужают, набираются самого ценного - боевого опыта, увереннее и смелее ведут себя в следующем бою, что помогает им одерживать новые победы. Только опыт дает возможность побеждать врага, даже более сильного, "не числом, а уменьем".

На фото командир 130 тбр С.К.Нестеров

Под ударами наших войск противник терял управление, метался из стороны в сторону и бежал на юг и на запад. С рассветом (19 декабря) 4-я гвардейская танковая бригада начала движение на Кутейниково. Правее ее преследовала противника 130-я танковая бригада. Получив донесение разведки о движении колонны противника на запад через Ивановку, командир бригады подполковник С.К.Нестеров (19.04.1945г.комбригу С.К.Нестерову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Его именем назван районный центр Калининградской области – город Нестеров, бывший немецкий Шталлупенен – С.Э.) приказал командиру 1-го танкового батальона капитану И.Линнику атаковать и разгромить колонну. В результате внезапной и стремительной атаки колонна противника была полностью разгромлена. Было уничтожено большое количество гитлеровцев. На поле боя осталось; 35 автомашин в основном с военно-техническим имуществом.

Уже поздно ночью все бригады вышли в намеченные районы…» Это был уже север Ростовской области.

Изучая боевой путь 24-го танкового корпуса в декабре 1942 года, впервые мне встретились документы уровня батальона. Привожу выдержки из этого интересного документа - «Журнала боевых действий» мотострелкового пулеметного батальона 4-й гвардейской танковой бригады, о двух днях из боевой жизни батальона.

«17.12.42г.

Батальон находится в дороге следования по следам отступающего противника. Рота автоматчиков находится на танках, и остальной личный состав на автомашинах. Противник, отступая, оставляет машины, технику и бежит на юг и юго-запад.

Ранен гвардии старшина Зеленов, убит гв. красноармеец Тарабин (в документах о потерях - Тарабанов - С.Э.).

18.12.42г.

В 4-00 18.12.42 была выслана разведка, которая была обстреляна автоматчиками противника. В Расковка скопился противник с артиллерией, отходящий из Богучара. Предпринятое наступление 3 стр.роты и … в танковом десанте было безрезультатное в виду сильного артиллерийского воздействия со стороны противника.

Батальон в этом бою имел потери: ранены: командир 3 стр.роты гвардии старший лейтенант Ковбенко, мнс – 2 чел, р/с – 3 чел. Итого – 6 человек.

В этом бою было уничтожено до 25 автомат., 3 орудия и до 70 солдат и офицеров противника.

На основании боевого приказа штабрига 4 батальон в 15-00 выступил по маршруту Твердохлебовская, Данцевка, Писаревка, Барсуки, Козлов, Нов.Покровка, Шуриновка, с задачей сосредоточиться на юго-восточной окраине Шуриновки, и прикрыть сосредоточение 24 тк с Радченского направления.

Батальон сосредоточился к 23-00. Высланная разведка в направлении совхоза №106 (с.Варваровка – С.Э.), обнаружила движение обозов противника из района Липчанки. Были приняты меры, и обоз был уничтожен в упор. В результате был нанесен урон противнику: уничтожено солдат и офицеров 91чел., захвачено лошадей 120 шт., винтовок 25 шт., подвод 20 шт., взято в плен солдат и офицеров 37 чел. Батальон имел потери: ранено мнс – 1 чел., р/с – 3 чел…».

На фото танкисты 24 танкового корпуса. Источник фото – waralbum.ru

Старожилы села Шуриновка вспоминали об уничтоженном итальянском обозе, двигавшемся со стороны села Варваровки. Упоминал об этом бое и уроженец Шуриновки Александр Петрович Крамаренко, в настоящее время – житель села Лебединка. Погибших итальянцев похоронили в силосных ямах на восточной окраине села.

Противник в Шуриновке не ожидал появления советских танков в 30 км от фронта, поэтому танкисты освободили село без потерь убитыми. В братской могиле в селе Шуриновка захоронены воины, умершие от ран в полевом госпитале, который дислоцировался в селе в январе 1943 года, а также, как мне сообщили старожилы села - воины, погибшие в близлежащих к селу хуторах.

Воины 24 танкового корпуса, погибшие на территории Богучарского района (список не окончательный).

1. Качура Василий Григорьевич, 1913, гвардии майор, 4 гв тбр, начальник инженерной службы бригады, погиб 18.12.1942г. в с.Дубовиково при налете авиации противника, захоронен в с.Нижний Мамон. Не увековечен.

2. Данцов Куприян Васильевич, 1919, гв.красноармеец, 4 гв тбр,погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

3. Прокудин Петр Николаевич, 1911, гв.сержант, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. По документам Богучарского РВК перезахоронен в Богучар.

4. Ортин Василий Михайлович, 1919, гв.красноармеец, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

5. Плетнев Константин Иванович, 1902, гв. сержант, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. По документам Богучарского РВК перезахоронен в Богучар.

6. Радченко Федор Никифорович, 1922, гв.ст.лейтенант, 4 гв тбр, командир взвода танков Т-34, погиб 18.12.1942 в бою за с.Расковка, сгорел в танке. Не увековечен.

7. Сощенко Иван Иванович, 1905, гв.старшина, 4 гв тбр, командир башни Т-34, погиб 18.12.1942 в бою за с.Расковка, сгорел в танке. По документам Богучарского РВК перезахоронен в Богучар.

8. Банников Дмитрий Степанович, 1918, гв.ст.сержант, 4 гв тбр, пулеметчик Т-34, погиб 18.12.1942 в бою за с.Расковка, сгорел в танке. Не увековечен.

9. Бурасов Михаил Сергеевич, 1919, гв.ст.сержант, 4 гв тбр, механик-водитель Т-34, погиб 18.12.1942 в бою за с.Расковка, сгорел в танке. Не увековечен.

10. Туромша Николай Семенович, 1919, гв.старшина, 4 гв тбр, механик-водитель Т-34, погиб 18.12.1942 в бою за с.Расковка, сгорел в танке. Не увековечен

11. Стенищев Иван Максимович, 1911, гв.лейтенант, командир взвода МСПБ, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

12. Воронкин Иван Тимофеевич, 1912, гв.красноармеец, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

13. Асапов Музакир, 1919, гв.красноармеец, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

14. Хренов Николай Иванович, 1901, гв.красноармеец, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

15. Тарабанов Михаил Антонович, 1921, гв.красноармеец, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. в бою ус.Филоново, захоронен в с.Филоново. Не увековечен.

16. Гусаржевский Павел Иванович, 1913, гв.красноармеец, 4 гв тбр, шофер МСПБ, погиб 22.12.1942г. при столкновении с танком, захоронен в п.Вишневый. По документам Богучарского РВК перезахоронен в Богучар.

17. Расщупкин Степан Васильевич, 1918, гв.сержант, 4 гв тбр, погиб 22.12.1942г. при столкновении с танком, захоронен в п.Вишневый. Не увековечен.

18. Солодов Иван Гаврилович, 1914, гв.лейтенант, 4 гв тбр, погиб 18.12.1942г. при налете авиации противника, захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

19. Кожевников Сергей Яковлевич, 1914, гв.лейтенант, 4 гв тбр, погиб в бою 18.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

20. Жданов Илья Максимович, 1918, мл.лейтенант, 54 тбр, командир танка Т-34, погиб в бою 18.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

21. Яковлев Иван Сергеевич, 1920, сержант, 130 тбр, убит 18.12.1942г. при бомбежке в районе хутора Голый, сгорел от бомбы. Не увековечен.

22. Пружанский Абрам Борисович, 1907, техник-интендант 2 ранга, погиб 18.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. Числится в списках захоронения в с.Твердохлебовка.

23. Харчевников Виталий Иванович, красноармеец, погиб 18.12.1942г., захоронен в с.Филоново. По документам Богучарского РВК перезахоронен из Твердохлебовки в Богучар.

24. Зубов Иван Иванович, 1910, красноармеец, погиб 19.12.1942г.,захоронен в с.Твердохлебовка. По документам Богучарского РВК перезахоронен в Богучар.

25. Мусин Меркасим, 1908, красноармеец, погиб 19.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. По документам Богучарского РВК перезахоронен в Богучар.

26. Кудинов Иван Григорьевич, 1911, красноармеец, погиб 19.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. По документам Богучарского РВК числится захороненным в с.Филоново.

27. Мусаев Абдулхамед, 1922, красноармеец, погиб 19.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

28. Якупов Гулям, 1912, красноармеец, погиб 19.12.1942г., захоронен в с.Твердохлебовка. Не увековечен.

Вечная им память!

На днях удалось еще раз пообщаться с жителем села Лебединка Александром Петровичем Крамаренко. Который, будучи с оказией в Богучаре, нашел время для встречи, и сообщил ранее неизвестные мне факты об узкоколейной железной дороге и лагере советских военнопленных в совхозе «Первомайский».

Внесу немного корректив в ранее размещенные мною материалы: Крамаренко родился в 1936 году в селе Шуриновка, его семья переехала в Лебединку в 1950 году. Сведения об узкоколейной дороге в районе Лебединки Александр Петрович собирал, общаясь с местными старожилами, а также вспоминая рассказы свидетелей и очевидцев событий Великой Отечественной войны.

Александр Петрович, дай Бог ему здоровья, лично обошел дома лебединских старожилов, и пообщался с ними. Мы с Александром Петровичем справедливо решили, что ему проще будет разговорить своих земляков. А людей, которые могли бы помнить и рассказать о событиях далекого 1942 года, в Лебединке осталось, к сожалению, совсем немного.

На фото А.П. Крамаренко (с.Лебединка)

- Кроме меня, еще четыре женщины, да и то две из них – приезжие! В войну тоже не жили в Лебединке, – сообщил Александр Петрович. Но от одной их оставшихся двух пожилых женщин удалось узнать много интересной информации.

Ольга Дмитриевна Бородаева родилась в 1928 году, и всю жизнь прожила в родной Лебединке. Своими глазами видела все ужасы оккупации. В свои 88 лет Ольга Дмитриевна сохранила многое в памяти, о чем и рассказала Александру Петровичу.

В самом начале нашего разговора Александр Петрович сообщил мне: «Не путайте совхоз «Первомайский» и село Лебединка. Это тогда было не одно и тоже. И лагерь военнопленных находился в совхозе».

И действительно, на карте Генштаба 1941 года отдельно указаны Лебединка и совхоз «Первомайский».

Советских военнопленных, строивших узкоколейную железную дорогу, содержали в совхозных коровниках. Один из коровников был кирпичным, другой – деревянным. Территорию лагеря обнесли колючей проволокой, охраняли его немцы и полицаи из местных жителей.

Узников лагеря охранники жестоко избивали, всячески над ними издевались. Ходили пленные в лохмотьях, которые трудно было назвать одеждой. А с наступлением холодов положение военнопленных еще более ухудшилось.

Ольга Дмитриевна Бородаева сообщила Крамаренко, что умерших от холода, голода, невыносимых условий содержания советских военнопленных хоронили в силосной яме недалеко от лагеря. Чему она лично была свидетельницей.

Схема узкоколейной дороги, составленная А.П.Крамаренко

Я спросил у Крамаренко: - Было ли в послевоенное время проведено перезахоронение останков военнопленных? К сожалению, ни Крамаренко, ни Бородаева ничего не смогли вспомнить об этом. Вероятно, так и лежат останки военнопленных непогребенными недалеко от места лагеря.

Значит, есть повод еще раз поехать в Лебединку, и своими глазами увидеть это место предполагаемого захоронения советских военнопленных. И в дальнейшем провести там поисковую разведку.

Об условиях содержания пленных вспоминала и другая жительница Лебединки – Раиса Дмитриевна Матюнина, чьи воспоминания опубликовала районная газета «Сельская новь» в 1995 году. Раисы Дмитриевны уже нет в живых, так что дополнить сведения уже не получится.

Вот, выдержки из воспоминаний Матюниной: «...В Лебединке был лагерь для наших военнопленных. Они строили узкоколейку до села Гартмашевка. Жители Лебединки подкармливали их, чем могли. Немцы в определенных пределах позволяли это делать. Находились пленные за «колючкой», близко подходить к ней жителям не разрешали, избивали жестоко каждого, кто пытался нарушить запрет. Вот и приходилось бросать продукты издали.

Не у каждого хватало сил добросить хлеб, картошку за проволоку. Немцы веселились, люди плакали. Ведь у каждого на фронте были близкие. Да и отрывали от себя ради солдат кусок не лишний...».

О лагере в совхозе «Первомайский» упоминается также в книге С.Аброськина «Зверства фашистов в Воронежской области», изданной в 1943 году. Согласно источнику, «в лагере Первомайского совхоза Радченского района находилось до полутора тысяч человек...

… К осени заболевания и смертность среди заключенных резко возросли. Оккупанты под предлогом сбора для них обуви и одежды в ряде мест установили принудительную разверстку среди населения. Так в Первомайском совхозе Радченского района, все рабочие и служащие, в семьях которых имелись призваны в ряды Красной Армии, были занесены полицией в особые списки. Всем им предлагалось сдать в комендатуру теплые вещи «для военнопленных». Собранные таким образом одежда и обувь были вывезены из совхоза, и заключенным из них ничего не передали. Зато из лучших вещей, отобранных у местных жителей, портные несколько недель шили костюмы и пальто для фашистских жандармов...»

Теперь непосредственно о самой узкоколейной железной дороге! Крамаренко сообщил, что ему известно о существовании станции в хуторе Алексеевка, а также о станции в районе западнее совхоза «Первомайский», где проводилась «заправка водой». Еще в 1980-х годах сохранялись скважины, с которых проводилась эта заправка. Возможно, «дожили» скважины и до наших дней.

Строили узкоколейку отдельными блоками (рельсы, соединенные с железными шпалами). Эти блоки впоследствии местные жители приспособили для перекрытия погребов и подвалов. Обрезали только выступающие части. У самого Александра Петровича в личном подворье среди хозяйственного инвентаря есть, как он выразился, «ломик с узкоколейки».

Шпала узкоколейной железной дороги Шелестовка - Липчанка

Подтвердила ему Бородаева и тот факт, что местных жителей (в том числе и её с ровесниками) оккупанты заставляли очищать трассу дороги от снежных заносов. Для жителей «Первомайского» совхоза и Лебединки отвели участок дороги к югу от совхоза, примерно до района лесочка, который местные жители называют Высоким.

Также Бородаева подтвердила, что трасса узкоколейки тянулась от Лебединки к хуторам Варваровка и Чумачивка. Уже после освобождения Ольга Дмитриевна лечилась в Радченской районной больнице. И когда шла пешком из райцентра в Лебединку, то дважды пересекала эту узкоколейную дорогу. Первый раз – где-то в районе хутора Чумачивка, второй раз – в районе бывшего хутора Теплинка. В настоящее время полевая дорога из Варваровки к месту исчезнувшего хутора Теплинка проходит слева от двойной лесополосы, которую местные жители называют «Широкой посадкой». Поворот влево и спуск вниз к Теплинке – где-то, вот, на этом спуске к «Веселому яру» Бородаева и пересекла трассу железной дороги. Сейчас там ничего не напоминает о существовании УЖД. Прошло более 70 лет…

Кстати, Крамаренко объяснил, почему одна из станций на схеме узкоколейки обозначена как Буденновская. Вероятно, по названию колхоза имени прославленного советского маршала Буденного. Колхоз этот образовали жители хутора Теплинка Радченского района.

А вот место, где находилась станция Карьерная (между Алексеевкой и «Первомайским» совхозом) Крамаренко указать на карте не смог. По его словам, и карьеров в тех местах нет. Но название-то «говорящее», видимо, какой-то карьер в годы войны все-таки там существовал.

За помощь в создании статьи благодарю жителей села Лебединка.

Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:
Вместо свадеб — разлуки и дым!

Листая пожелтевшие от времени подшивки районной газеты «Сельская новь», случайно наткнулся на эту статью автора В. Петровой. В далеком уже 1995 году, когда этот материал был напечатан, я учился в Воронеже, и статья тогда прошла мимо моего внимания. Зато теперь, спустя 21 год, стала для меня открытием.

Публикую этот материал в авторской редакции.

«1943 год. На него пришлось больше всего похоронок. Крутой перелом в войне, крутой перелом в судьбах.

Почтальона в семьях фронтовиков тогда ждали в немом оцепенении, неслушающимися, дрожащими пальцами брали треугольник, с трудом разбирали сливающуюся в мутное письмо надпись.

Увидев знакомый почерк, трудно, с надрывом вздыхали: жив, жив, жив – стучало сердце. Глаза жадно впитывали скупые строчки, зачастую написанные под огнем. Слезы радости разъедали глаза, а мысли тут же переносились в соседние дома. А что там? Соседям-то какая весточка пришла?

И не было дня, чтобы то в одном, то в другом доме не слышно было надрывного стона или исступленного крика: «Ро-о-о-дненький ты наш!»

В семью Алещенко, что жила в Старотолучеево, горе пришло не раз, не два, не три. Пять раз война сделала страшный обмен: жизнь – похоронка! И складывали их, послания о смерти, родители в стопку. Каждая убивала душу, тело, цепенила руки, мутила разум.

Братья Алещенко: Михаил, Максим, Николай, Василий, Егор (слева направо)

Начала смерть свой обмен с Михаила, потом забрала одного за другим Василия, Максима, Николая. Не пощадила и Егора – сложил он голову в бою у реки Шпрее 22 апреля 1945 года.

И не оставалось бы смысла в жизни Василия Григорьевича и Домны Ивановны, если бы не последняя их кровинушка, дочка Поля. Она-то и заставила отца с матерью собрать волю в кулак и жить.

Молча, тая друг от друга мысли, вглядывались они каждый день в убегающую за горизонт дорогу, ту самую, по которой, взбивая пыль, бегали когда-то их сыновья. Надеялись на ошибку – и такое бывало. Нет, ошибки не было. Война не «пошутила».

Год за годом зарастали разбросанные по всей стране холмики, так и не образовавшие фамильный погост. Вместе они, братья Алещенко, лишь в ушедшей в мир иной родительской памяти, в мыслях сестры, да вот здесь, на этой скорбной фотогалерее. Молодые, красивые русские ребята, честно, без укора смотрящие в глаза нам, живым».

Вот, такая статья…

Родители братьев Алещенко уже в послевоенные годы пытались разыскать сведения об их судьбе. Надежда не покидала родителей: а вдруг кто-то из сыновей жив? В Центральном архиве Министерства обороны хранится анкета на розыск Михаила Алещенко, заполненная его отцом Василием Григорьевичем в 1954 году. Отец сообщил все, что ему было известно...

Из документа мы узнаем, что Михаил Алещенко в 1938 — 1941 годах учился в Ленинградском техническом училище. Окончить обучение Михаилу не удалось, в 1941 году его призвали в армию.

12 октября 1941 года он окончил 2-е Саратовское танковое училище, получив звание «воентехник 2-го ранга». Убыл в распоряжение Главного авто-бронетанкового Управления Красной Армии. Дальнейшая судьба Михаила осталась неизвестной.

В Книге Памяти Богучарского района о Михаиле Алещенко такая запись: «...лейтенант, пропал без вести в декабре 1942г.».

Три брата: Максим, Николай и Василий, числятся пропавшими без вести в марте 1943 года. Как и многие сотни уроженцев Богучарского и Радченского районов. Была тогда такая практика у военкоматов — отсчитывать три месяца с даты последнего письма или с даты освобождения места, где проживала семья воина. Если воин не отозвался за эти три месяца, не прислал весточку с фронта — его считали потом без вести пропавшим.

Младший из братьев — Егор Алещенко, механик-водитель самоходной артиллерийской установки (САУ - 57), храбро сражался с врагом в составе 22-й самоходной артиллерийской бригады.

В 1944 году сержант Егор Алещенко получил свою первую награду — Орден Отечественной войны 1-й степени. За то, что «… в совершенстве овладел своей техникой, без аварий, поломок и вынужденных остановок, с боями провел свою машину на расстояние около 700 км. В боях проявил себя смелым и решительным. В районе Пирнув — Горны, благодаря умелому маневрированию на поле боя, на своей машине быстро сблизился с контратакующим танком противника, продолжая маневрировать СУ, способствовал уничтожению танка с экипажем и до 70 гитлеровцев...».

В марте 1945 года Егора наградили медалью «За отвагу» за январские бои. Вот, выдержка из его наградного листа: «23.01.42 при взятии гор. Болново т.Алещенко вел машину по указанному маршруту, и вел наблюдение вперед. Заметив автоматическую пушку, немедленно доложил командиру орудия, и пушка была уничтожена.

26.01.45 его машина находилась в разведке, при встрече с противником он быстро развернул машину, и дал возможность наводчику открыть огонь. При этом было уничтожено 2 транспортные машины и тягач с пушкой 105 мм, уничтожил лично 6 солдат противника».

За несколько дней до Победы геройски погиб в бою за город Нойштадт на реке Шпрее. В донесении части указано, что погиб Егор 19 апреля 1945 года. Приказом Военного Совета 4-й гвардейской танковой армии 1 Украинского фронта от 31.05.1945г. был награжден орденом Отечественной войны 2-й степени. Посмертно...

Время мелкий бисер нижет:

Час за часом, день ко дню…

В.Ходасевич

Об этой истории я впервые услышал лет десять назад, но, признаюсь, не очень поверил, что такое возможно. Слишком, многое казалось неправдоподобным. Но недавно в мои руки попали материалы, проливающие свет на эту историю, которая просто не могла не случиться в начале 1990-х годов. Такое было время… И тогда были живы многие из участников, свидетелей и очевидцев страшных событий 2-й мировой войны.

В силу возраста я, тогда, в 1990 - 1991 годах, мало что знал о приезде в Богучарский район Воронежской области делегаций из Итальянской Республики. Зачем они приезжали к нам в район, где время будто остановилось, тоже особо нам не говорили. Мы с ровесниками питались, в основном, слухами. «Приехали! Итальянцы! Что-то копают!»

А потом название села Филоново узнала вся наша огромная страна, когда по телевидению и в газетах сообщили о церемонии передачи останков неизвестного итальянского солдата представителям Итальянской Республики. Доехали итальянцы и до моего хутора Варваровка (итальянцы знают его как совхоз № 106): в небольшом ярку при въезде в хутор справа от дороги еще долго краснела глина на месте раскопок. Там, где итальянцы «подняли» одного своего солдата. Почему-то долго ту яму наши не засыпали, может, не решались, а, может, ждали, что итальянцы снова приедут проводить свои раскопки.

Это было предисловие, теперь о главном.

История эта началась в ноябре 1990 года. Тогда, во время посещения итальянской делегацией села Филоново, сотрудница Богучарского музея Антонина Афанасьевна Анникова передала итальянскому генералу Бенито Гавацца котелок из музейной коллекции. Его нашли на местах боев на территории Богучарского района.

Котелок был подписан, и когда-то принадлежал итальянцу Аделио Меноцци (Adelio Menozzi). Подписанные (именные) котелки, фляжки и другие личные вещи – не такая уж и редкость! Например, в школьном музее поселка Дубрава хранится фляжка итальянского солдата Франческо Милилло.

Но на переданном генералу Гавацца котелке, кроме имени и фамилии предположительного владельца, были нацарапаны … и десять женских имен! Котелок оказался очень необычным!

Надо понимать, что в то время, пусть и в самый разгар перестройки и «нового мышления» – это был смелый поступок для советского человека – передать вещь пусть и бывшим, но врагам.

Генерал Гавацца с благодарностью принял бесценный подарок из рук богучарцев, пообещав разузнать о судьбе Аделио Меноцци.

Слово свое генерал сдержал, и уже весной 1991 года Антонина Анникова получила ответ из Министерства обороны Итальянской Республики.

«Рим, 8 марта 1991 г.

Уважаемая госпожа директор! Прошло уже несколько месяцев с того дня, как Вы во время церемонии в честь неизвестного солдата, вручили мне котелок солдата Аделио Меноцци. За этот период был проведен розыск, и я рад сообщить Вам, что господин Меноцци нами был разыскан. Он глубоко взволнован возможностью узнать подробности о котелке, и выражает Вам благодарность за то, что Вы с такой любовью хранили эту дорогую реликвию.

Недавно, в ходе собрания ветеранов его части, которая дислоцировалась в зоне Филоново, котелок был вручен господину Меноцци, отчет о чем я посылаю Вам в копии статьи из газеты. Через Вас, дорогая госпожа Директор, хотел бы выразить еще раз властям Филоново и Богучара свою самую сердечную благодарность и наилучшие пожелания в будущем.

С уважением, генерал Бенито Гавацца»

Вместе с письмом Антонина Афанасьевна Анникова получила и перевод статьи из итальянской газеты. Привожу выдержки из этого материала за авторством Марины Ди Лео.

Бывшего лейтенанта 37-го пехотного полка дивизии «Ravenna» Аделио Меноцци разыскали в местечке Коньенто – пригороде Модены. Спокойную размеренную жизнь пенсионера синьора Аделио нарушил звонок из итальянского Генерального штаба. Вот так об этом рассказал сам Аделио Меноцци:

- Когда мне позвонил офицер Генштаба, я сначала не понял, что он от меня хочет, задавая множество вопросов: мое имя, фамилия, был ли я в России, и писал ли что-нибудь на котелке? Офицер меня буквально ошарашил – оказывается, мой котелок найден в России, и скоро будет мне вручен!

И в скором времени, в феврале 1991 года, в городе Болонья на встрече итальянских ветеранов котелок был вручен Аделио Меноцци.

37-й пехотный полк, в котором служил 20-ти летный Аделио, занимал позиции в районе села Филоново. Русское наступление началось утром 16-го декабря. К вечеру итальянцы, хоть и понесли чувствительные потери, но продолжали удерживать свои передовые позиции. Предчувствуя, что может не пережить следующего дня, Аделио Меноцци на своем котелке нацарапал имена знакомых девушек из родного поселка Коньенто: - Велия, Эстер, Нелла, Томазина, Марта, Иньес, Джойя, Ирис, Мария, Элида. Воспоминания о беззаботной юности, о своих друзьях: парнях и, особенно, девушках, обо всем веселом, что было в прошлом, немного согревали Аделио и вселяли в него немного мужества.

Наступило утро. В прорыв пошли танковые корпуса русских. Аделио Меноцци вспоминал:

Пленные итальянцы в районе Среднего Дона. Декабрь 1942 года

- 17 декабря 1942 года был ужасающий бой, когда несчетное количество итальянских солдат погибло. Никто не ожидал от русских такой мощи. Началось отступление, и я с другими пятью однополчанами отступал голодный, усталый и замерзающий от холода. Чтобы быстрее двигаться, мы бросали все, что казалось нам лишним. Да, именно тогда я и выбросил свой котелок. Но это не помогло, мы все равно были задержаны русскими.

Так начался плен. В котором, вся жизнь Аделио ограничивалась только одной мыслью – выжить!

- Русские не были готовы принять так много пленных, поэтому не хватало еды, бараки были очень холодными. Силы мои, и других итальянцев, были на исходе. Я весил приблизительно 30 килограмм, заболел бронхитом с пневмонией. И это меня и спасло – я попал в госпиталь, где меня в течение трех месяцев подняли на ноги. Подумайте, меня кормили пять раз в день!

Когда я поправился, меня направили в другой лагерь. Мне было 20 лет, я мог работать. С этого времени даже, если жизнь была трудной, мне казалось, что я спасся от смерти. И когда пришла весть об окончании войны, я был на седьмом небе!

Взволнованный Аделио Меноцци попытался выразить, что он чувствовал, когда через 45 лет получил такую весточку из прошлого!

- Это было очень странное, прекрасное и в то же время скорбное чувство! Я будто заново прожил свою жизнь. И воспоминания о боли, о страданиях, о смерти многих друзей смешались с мыслями о молодости, былой силе, о желании жить, не смотря ни на что!

Взгляд его на какое-то мгновенье подернулся слезой, в то время, когда руки сжимали котелок.

Действительно, прошлое нас не отпускает...

А слезы? Мне кажется, что бывший лейтенант итальянской 8-й армии искренне сожалел, что он и его соотечественники пришли незванными гостями к нам на берега Тихого Дона.

P.S. За предоставленные материалы благодарю Елену Васильевну Андросову - главного редактора богучарской районной газеты "Сельская новь".

Как я и обещал, расскажу о результатах своего общения с жителями села Липчанка и хутора Варваровка Богучарского района.

Помог с поиском информации бывший глава Липчанского сельского поселения Иван Павлович Кривобоков – очень хороший и приятный в общении человек. Иван Павлович еще в 1980-х годах начал собирать сведения по нужной мне теме. Вместе с покойным Петром Филипповичем Божковым они опрашивали свидетелей и очевидцев событий 1942 – 1943 года. Правда, целью их интереса было подтверждение факта существования в хуторе Варваровка лагеря военнопленных. По словам П.Ф. Божкова, он осенью – зимой 1942 года находился в этом лагере вместе с военнопленными. Видимо, Петру Филипповичу нужно было подтвердить это для получения статуса «узника». Попутно, конечно, Кривобоков и Божков собирали материал и об узкоколейной ветке.

В хуторе Варваровка помнят и чтут память советских солдат и офицеров, погибших в лагере военнопленных. На местном мемориале об этом несколько строк на памятной плите. Но ни одной фамилии, к сожалению, нам неизвестно.

В результате усилиями Ивана Павловича на въезде в хутор Варваровка был установлен памятный знак. Недалеко от этого места в годы войны располагался лагерь советских военнопленных, строивших узкоколейную железную дорогу.

На месте лагеря в настоящее время находятся строения МТФ (молочно-товарной фермы) канувшего в Лету совхоза «Восток». Еще на моей памяти на ферме бурлила жизнь: нас, учеников «восточанской» школы (жителей хутора Варваровка называли восточанами, а не варваровцами) водили на ферму на экскурсии. Многое осталось в памяти…

Все закончилось в середине 1990-х – совхоз не пережил эти «лихие» годы. Сейчас МТФ, СТФ и прилегающие к ним территории заросли бурьяном, местное население кое-где потихоньку разбирает совхозные базы.

В золотые для совхоза 1980-е годы фермой руководила Зинаида Кирилловна Бережная. Она жила напротив МТФ на «Шубинке» – так по-местному называется первая улица при въезде в хутор Варваровка. Мать Зинаиды Кирилловны – Прасковья Ивановна Бережная, которой давно уже нет в живых, и рассказала в свое время Кривобокову, что на месте нынешней МТФ в годы войны также были базы совхоза № 106. В этих базах содержались совхозные коровы и молодняк.

А осенью 1942 года военнопленных из хутора Фридрих Энгельс (там находился лагерь) перевели в пустующие коровники 106-го совхоза. Как раз недалеко от коровников и проходила узкоколейная ветка железной дороги. До хутора Чумачивка (конечной станции) оставалось всего несколько километров.

Территорию коровника немцы огородили колючей проволокой. Пленные спали на голой земле, лишь изредка им бросали солому. Женщины из 106-го совхоза, у которых мужья, братья и сыновья воевали на фронте, пытались пройти поближе к лагерю – а вдруг там томится родной человек? Видя наших пленных, изможденных непосильной работой и тяжелыми условиями жизни в лагере, женщины носили к ограждению лагеря еду. Бросали пленным через «колючку» вареную картошку, серый хлеб, который заворачивали в тряпочку. Охранники отгоняли женщин от лагеря.

Одному из пленных удалось-таки ночью убежать из этого лагеря. Пленный был уроженцем села Твердохлебовка Богучарского района, и знал здешние места. Это и помогло ему добраться к родному дому. Голодный и измученный пленник постучался в самую крайнюю хату хутора Чумачивка. В хатенке жила многодетная семья Локтевых. Хозяин - Иосиф Антонович Локтев ушел на фронт, и не давал о себе знать с весны 1942 года. Его жена Дарья Егоровна впустила беглеца, накормила, чем Бог послал. В спешке перекусив, пленный пошел на совхоз №397 (ныне – Травкино Богучарского района), далее полями на Загребайловку и Твердохлебовку. Дома у него были жена и двое детей. Оставаться в родном доме было нельзя, и беглец, переодевшись в гражданское, ушел пробираться к реке Дон. Там проходила линия фронта. Ему удалось переплыть на левый берег Дона. Вернулся с фронта он в 1945 году, сильно израненный. Потому и прожил недолго, умер он в 1953 году. Историю эту Иван Павлович Кривобоков узнал из статьи в районной газете «Сельская новь». Статью написала жена этого солдата. Да, вот только, фамилию солдата Иван Павлович позабыл с течением времени. А газетный номер этот никак не получается найти.

С наступлением очень суровой и снежной зимы 1942-1943 года оккупанты загоняли жителей окрестных деревень и хуторов на расчистку железнодорожных путей от снежных заносов. Иван Павлович Кривобоков сообщил фамилии липчанских подростков, которым в то время было 12-15 лет, и которые расчищали узкоколейку от снега: Иван Федорович Дьяченко, Алексей Лукич Сивоволов, Василий Лукич Сивоволов, Петр Никифорович Титарев, Егор Карпович Баранников. Все они уже ушли из жизни. Время неумолимо…

Вид на мост через приток реки Левая Богучарка. Фото сделано с северной стороны от моста, за моей спиной развалины СТФ.

Большой склад с оружием, боеприпасами, продовольствием и ГСМ итальянцы оставили в районе хутора Чумачивка. Сейчас недалеко от того места находятся развалины бывшей колхозной СТФ (свино-товарной фермы). Только это не война «постаралась», а постперестроечное безвременье, когда бездумно разрушалось колхозное имущество. Эти развалины хорошо видно с правой стороны от автодороги Липчанка – Шуриновка.

А строили эту СТФ после войны … из материалов узкоколейной железной дороги. Рельсы использовали в качестве столбов на выгулах при ферме, их закапывали в землю и бетонировали. А при строительстве скотомогильников шли в применение рельсы с железными шпалами (были и такие). Не отказывалась от материалов узкоколейки и местное население.

А на том месте, где находилась станция узкоколейки — напротив хутора Чумачивка, еще долго сохранялся небольшой холмик. Когда в 1987 году асфальтировали автодорогу Липчанка — Шуриновка, этот холмик бульдозером переместили в основание дороги. И сейчас практически мало что напоминает о существовании трассы узкоколейной железной дороги в районе «Казенного» моста.

Вид на хутор Чумачивка

Петр Кузьмич Кривобоков, 1936 года рождения, из села Липчанка, с которым я лично общался, рассказал такую историю: он вместе с ребятишками, которым было от 7 до 10 лет, весной 1943 года катался на грузовых вагонетках. Станция в районе хутора Чумачивка была конечной, но рельсы были проложены еще дальше под уклон в сторону села Липчанка почти до берега небольшой речки – притока Левой Богучарки. Вагонеток этих было очень много, и детишки разгоняли вагонетки и неслись к берегу, за несколько метров до воды спрыгивали, а вагонетки падали в воду.

Петр Кузьмич в разговоре вспомнил своих сверстников, катавшихся на вагонетках: Владимира Кузьмича Кривобокова, Владимира Игнатьевича Сиденко, Якова Андреевича Середина.

В 1960-х годах липчанские подростки отрыли несколько вагонеток из речного песка – рассказал мне об этом Иван Павлович Кривобоков.

Но не все вагонетки детишки успели утопить. Еще долго после войны эти транспортные средства использовались в колхозе имени Жданова для перевозки и хранения жидких грузов.

К сожалению, уходит то поколение, те люди, которое могли бы рассказать о событиях Великой Отечественной войны. Очень важно успеть записать их воспоминания о том времени. Сберечь для потомков.

Постараюсь еще пообщаться со старожилами, надеюсь, что удастся узнать что-либо новое и интересное по теме узкоколейной железной дороги.