Данная книга защищена законом об авторских правах, (см. пользовательское соглашение)

© Новиков Николай Львович 2017

                                                             Вступительное слово

 

Давно назрело время написать о Богучарском поисковом отряде «Память». Многие не знают, как возник отряд, его изначальные корни и названия, даты образований.

А главное, что побудило возникнуть сначала «Красным следопытам», которые со временем переросли в мощнейший Богучарский поисковый отряд «Память»?

Человек, который добровольно взвалил на свои плечи тяжелейшую миссию, за которую не платят, уделяет много свободного времени, сил и средств, объединил вокруг себя сначала школьников, затем молодежь Богучарского, а далее других районов юга Воронежской области по духу и зову сердца.

В книге не поставлена цель  досконально описать ход поиска неучтенных воинских захоронений, эксгумацию останков погибших советских воинов в Великой Отечественной войне, церемоний перезахоронений. Не описаны тяжбы с кабинетными бюрократами.

Главная цель – раскрыть название книги «Память», и Богучарского поискового отряда «Память».

Вы в душе и в Памяти моей…

Книга предназначена для краеведов, для учителей по патриотическому воспитанию молодежи, для тех, которым не просто звук: «Никто не забыт, ничто не забыто», а дело!

Мы помним! Мы гордимся!

                                                                                                              Новиков Николай Львович

                                                                                                                      

                                                                                                                        Разбуженная память

                                                                                               

Память - способность человека длительно хранить информацию о различных событиях. Наиболее значимым событием прошлого века на Богучарской земле была оккупация части территории района фашистскими войсками. Слишком высокой ценой - собственной жизнью - пришлось расплачиваться советским людям за победу над этим злом.

Прошли годы. Земля постепенно затягивала рваные раны страшной войны, пряча в своих недрах и останки воинов, павших в жестоких боях с фашистским сбродом. Мирная созидательная жизнь стала заглушать боль, вызванную войной, а добренькие чувства забвения стали ослаблять людскую память о трудном пути к победе. Но не зря же говорят, что война не окончена, пока хоть один из павших воинов не предан земле со всеми присущими этому обряду почестями.

Этот тяжкий крест взвалил на свои плечи простой сельский труженик с добрым сердцем и крепкой памятью Николай Львович Новиков.

Несмотря на то, что когда он родился, прошло уже шесть лет с тех пор, как доблестные советские войска прогнали с позором фашистских оккупантов со своей родной земли, но в памяти мальчика отложилась и другая картина. Он до сих пор хорошо помнит, что побеждённые итальянские войска, испуганно убегая восвояси, в порыве бессильной злости оставляли огромное количество цветастых «куколок» - итальянских гранат - на полях, огородах и в лесных насаждениях.

Зная народную поговорку, что один в поле не воин, он собрал вокруг себя единомышленников, из которых создал отряд поисковиков. Это не только физически крепкие и надёжные парни, но и духовно стойкие, горячо любящие свою Родину, гордые за её историю, готовые лично поддерживать и укреплять её исторические завоевания.

Работа поисковика тяжела не только физически, но и морально. Иногда приходится просто будить задремавшую память какого-либо обывателя, сомневающегося в необходимости поисковой деятельности отряда.

Многие поисковики отряда «Память» Богучарского района удостоены различных правительственных наград. Но не надо им завидовать. Заслужить эти награды очень трудно.

О работе поисковиков, об их наградах и рассказывает в своей книге руководитель поискового отряда «Память» Николай Львович Новиков.

Уверен, что ни один человек, прочитавший эти материалы, не останется к ним равнодушным. От себя хочу пожелать членам поискового отряда «Память» успехов в их нелёгком деле.

 

                                                                                                          Николай Николюкин

                                                                                                          поэт, прозаик, переводчик

 

Командиру Богучарского поискового отряда «Память»     

Николаю Львовичу Новикову посвящается

 

Он испытал и пыль и месиво

Разбитых хлябистых дорог.

Шофёр по выбранной профессии,

А по призванию педагог.

В дороге, сидя за баранкой,

В чужой не близкой стороне,

Все время думал об останках

Солдат, погибших на войне.

Вчера с мальчишками, девчонками,

Перелопатил слой земли,

В войну, клеймённых похоронками,

Их за селом в степи нашли.

И неизвестный стал известным,

Узнал о нём и сын и брат.

О, сколько их в степях окрестных

В сырой земле еще лежат…

Находят мины и снаряды,

Винтовки, каски и штыки

Твои рабочие отряды,

Ребята – поисковики.

Ведут наверх меня ступени.

Я захожу, как в Колизей.

И вызывает удивленье

При школе созданный музей.

Монеты, древние иконы,

Находки древней старины,

А слева, вдоль большой стены,

Винтовки, каски и патроны –

Остывший памятник войны.

Пусть будет труд твой незабвенным!

А долг потомков будет свят,

Пока не найден убиенный,

Последний Родины солдат!

2005 год    Сорокодумов Н.Я. с.Дьяченково Богучарского района

 

Юрий Петрович Ржевцев - профессиональный журналист, член Союза писателей РФ, историк спецслужб, полковник внутренней службы в отставке, оказывает нам большую помощь в поиске сведений в федеральных архивах о разминировании территории Воронежской области. Он первый, кто за долгие десятилетия буквально на днях (01.11.2018г.) «поднял» в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) документы с отчётами ОСОАВИАХИМовских организаций об их участии в сплошном разминировании и сборе трофеев. Выдержки из документов публикуем с согласия Ю.П.Ржевцева.

ГАРФ: ф. р-8355, оп. 6, д. 230 «Отчёты об окончательном разминировании территорий от областных советов Осоавиахима: Астраханского, Брянского, Великолукского, Вологодского и Воронежского». На 259-285об листах – «за» Воронежскую область.

Л. 260. «Выполняя Постановление Государственного комитета обороны № 5216 от 29/II-44 года «О разминировании территорий, освобождённых от оккупации», организация Осоавиахима Воронежской области приступила к работе с 1-го января 1944 года.

Из общего числа в 94 района с площадью 68972 кв. км разминирование проводилось в 45 районах, бывших в оккупации и те районы, где проходил передний край обороны площадью в 3337362 кв. км».

«РАБОТА ЗА 1944 ГОД

Для выполнения задач по разминированию с января по март месяц на курсах, организованных при облсовете Осоавиахима, прошли подготовку по 300-часовой программе 99 инстр.

В 45 районах, подлежащих разминированию и очистке от взрывоопасной техники и трофеев, было организовано обучение команд бойцов-минёров по 70-ти часовой программе.

В каждом районе была создана команда бойцов-минёров в количестве 30 человек, а в тех районах, где объём работ был больше и условия тяжелее, создавались по 2-3 команды от 60 до 90 человек.

Всего в области в 1944 году подготовлено 1712 бойцов-минёров, организовано 57 команд, укомплектованных на 75 % допризывниками 1927 года рождения, а на 25 % другими возрастами и женщинами.

Все инструкторы и бойцы-минёры – члены Осоавиахима…

Л. 261. Инструкторский состав на 100 % мужчины.

Бойцов-мужчин – 1704 чел. Бойцов-женщин – 5 чел.

Членов и кандидатов ВКП(б): инструкторов – 8 чел., бойцов – нет.

Членов ВЛКСМ: инструкторов – 58 чел., бойцов-минёров – 757 чел.

С 1-го апреля 1944 г. команды в 45 районах приступили к практической работе.

Полное отсутствие документации на минные поля намного затруднило разминирование. Самим минёрам приходилось вести разведку и устанавливать границы минных полей, что отымало много времени.

Разведкой установлено и обнаружено 84 минных поля в 18 районах: 1. Березовском, 2. Белегорьевском, 3. Богучарском, 4.Голосновском, 5. Давыдовском, 6. Гремяченском, 7. Землянском, 8. Коротоякском, 9. Лискинском, 10. Семилукском, 11. Ворошиловском, 12. Подгоренском, 1. Евдаковском, 14. Н.-Калитвянском, 15. В.-Мамонском, 16. Павловском, 17. Острогожском, 18. Кантемировском.

На основании разведки был составлен план работы с окончанием работы к 1 ноября 1944 г. План был утверждён на исполкоме облсовета депутатов трудящихся.

Разминирование сильно затруднялось высокими травами, плохо поддающимися выжиганию. К таким районам относятся: 1. Голосновский, 2. Землянский, 3. Коротоякский, 4. Кантемировский, 5. Березовский, 6. Богучарский, 7. Гремяченский, 8. Евдаковский, 9. Семилукский, 10. Ворошиловский, 11. Давыдовский, 12. Белогорьевский.

В этих районах наиболее разнообразные способы минирования и в большом количестве мины-сюрпризы.

В населённых пунктах мины встречались, главным образом, на дорогах, по берегам рек и в огородах.

В городских районах Воронежа весной 1944 г. были разминированы Парк культуры и отдыха, земляной участок и хозяйственные постройки Спецторга, территория сельскохозяйственного института.

В целях усиления руководства районными командами по разминированию в июле 1944 г. проведена переподготовка председателей райгорсоветов Осоавиахима по сокращённой программе для инструкторов».

Л. 262. «С 20 сентября по 1-е ноября в разминировании минных полей Семилукского, Березовского, Голосновского, Гремяченского, Ворошиловского р-нов принимали участие команды воинских частей.

К 1 ноября 1944 г. территория 45 районов области была сдана по актам районной власти как безопасная для хозяйственного использования.

Проведена 2 % контрольная проверка качества разминирования во всех районах на общей площади 173,84 кв. км.

Разминировано и очищено от взрывоопасной техники площадь в 8662,0 кв. км.

Проверена площадь в 24711,62 кв. км. Площади, разминированные в очищенные командами воинских частей, входят в эти цифры.

Разминировано минных полей – 84.

Общая площадь минных полей – 210 кв. км.

Разминировано и очищено от взрывоопасной техники населённых пунктов – 329.

Проверено населённых пунктов, в которых не обнаружено взрывоопасных единиц, – 1515.

Уничтожено:

- мин противотанковых отечествен. – 15881 шт.;

- мин противопехотных отечествен. –16441 шт.;

- мин противотанковых противника – 56298 шт.;

- мин противопехотных противника – 59331 шт.

Всего уничтожено мин – 158321.

Уничтожено артснарядов – 791676 шт.

Уничтожено мин миномётных – 207011 шт.

Уничтожено авиабомб – 22927 шт.

Уничтожено гранат – 58872 шт.

Всего за 1944 г. уничтожено 1126633 шт.

Собрано и сдано:

1. артснарядов – 57844 шт.;

2. мин миномётных – 12404 шт.;

3. авиабомб – 65323 шт.;

4. гранат – 14126 шт.;

5. винт. патронов – 2011337 шт.;

6. гильз артиллер. – 7023 шт.;

7. цветного металла – 87,7 тонны;

8. чёрного металла – 1650 тонн;

9. пулемётов – 430 шт.;

10. винтовок – 13710 шт.;

11. автомашин – 271 шт.

Учтено:

1. танков – 662 шт.;

2. пушек – 253 шт.;

Л. 263. 3. Автомашин – 573 шт.

За время работ инструкторами и бойцами-минёрами затрачено 228910,4 человеко-дней.

Среднее количество человеко-дней приходится на 1-го бойца и инструктора-минёра – 126,4.

МАТЕРИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

Необходимыми материалами, инструментами и принадлежностями для разминирования и ведения подрывных работ команды райсоветов на протяжении всего времени были обеспечены в достаточном количестве через Главснаб ЦС Осоавиахима и инженерных войск ОрВО.

Кроме этого, на местах применялись трофейные и отечественные ВВ и принадлежности, находимые на поле боя.

В качестве ВВ также использовались обезвреженные противотанковые мины.

Миноискатели в количестве 63 штук были получены через Главснаб ЦС Осоавиахима.

Такие инструменты и приспособления, как щупы, верёвки, кошки, муфточки, чеки и другие изготавливались по заказам райсоветов Осоавиахима на местах.

Необходимые наглядные пособия (топографические карты, плакаты и литература) имелись в достаточном количестве.

ЧРЕЗВЫЧАЙНЫЕ ПРОИСШЕСТВИЯ

Среди личного состава районных команд за 1944 год произошло следующее количество чрезвычайных происшествий:

- убито инструкторов – 4;

- ранено инструкторов – 1;

- убито бойцов – 12;

- ранено бойцов – 13.

Среди местного населения с момента освобождения области от оккупации по 1-е января 1945 г.: убито – 2146 чел.; ранено – 2855 чел. Из них в 1943 году: убито – 420 чел., ранено – 371 чел.

Подорвалось лошадей и крупного рогатого скота – 282 гол.».

Л. 264. «РАБОТА В 1945 ГОДУ

В 1945 г. – «повторная контрольная проверка площадей, разминированных и очищенных в 1944 г.». С этой целью в феврале-марте были созданы «45 районных команд по разминированию.

Средний численный состав команд – 35 человек.

Обучено бойцов – 1285 чел.

Обучено инструк. – 35 чел.

Привлечено к работе из числа прошедших обучение в 1944 году: бойцов – 334 чел.; инструктор. – 63 чел.

По составу все бойцы-минёры, подготовленные в 1945 году, допризывники 1928 г. рождения, члены Осоавиахима. Членов и кандид. ВКП(б): инструкторов – 14. Членов ВЛКСМ: инструкторов –31 чел.; бойцов – 681 чел.

В марте м-це проведён инструктивный сбор по 80-часовой программе председателей райгорсоветов Осоавиахима и инструкторов районных команд.

К повторной контрольной проверке команды приступили в период с 10 по 15 апреля и закончили работу 15 июня 1945 года.

Взрывоопасные предметы обнаруживались, главным образом, в виде зарытых в ямы боеприпасов, снарядов и мин: были отрываемы при очистке заваленных подвалов и погребов, при разборке стен разрушенных зданий и сооружений, в засыпанных землянках и блиндажах, на складах металлолома, сваленного раньше на погрузочные площадки вместе с боеприпасами, а также в других труднодоступных для проверки местах.

Имелись случаи хранения взрывоопасных предметов населением с целью извлечения из них использования и даже для продажи зажигательных и красящих составов.

При работе поступали заявления от частных лиц и организаций на обнаруженные отдельные мины, снаряды и неразорвавшиеся авиабомбы. По этим заявлениям посылали команды минёров для принятия мер.

Всего командами Осоавиахима и воинскими частями повторно проверена площадь в 1516 кв. км.

1. Уничтожено мин противотанковых – 376 шт.

2. Уничтожено артснарядов – 34511 шт.

3. Уничтожено мин миномётных – 11021 шт.

4. Уничтожено авиабомб – 340 шт.

На проведение повторной проверки 45 районными командами затрачено 7840,2 человеко-дня…».

Л. 266. «ЧРЕЗВЫЧАЙНЫЕ ПРОИСШЕСТВИЯ

Среди личного состава команд произошло три происшествия, в результате которых убито 5 чел., ранено – 6 чел.

Происшествия явились следствием грубого нарушения техники безопасности на пункте работ.

Среди местного населения убито 10 чел., ранено – 3 человека.

Несчастные случаи среди населения произошли при разборке снарядов…».

РАБОТА ЗА 1946 ГОД

В 1946 году – «повторная контрольная проверка площадей, разминированных и очищенных в 1944-45 гг. с целью окончательной проверки качества разминирования, выявления и уничтожения мин, снарядов и другой взрывоопасной техники.

Для решения этих задач в течение февраля и марта м-цев в 45-ти р-нах созданы: 38 взводов минёров в составе 2-х отделений, 7 взводов – в составе 1-го отделения. Численный состав отделения в среднем 9 человек. Всего было привлечено к работе: инструкторов – 52 человека; сандружинниц – 45, бойцов-минёров – 364 чел. ВСЕГО – 461 человек.

Весь состав инструкторов и бойцы-минёры были подготовлены в 1944-45 гг., а также были привлечены к работе демобилизованные воины Советской Армии, имеющие опыт по разминированию».

С инструкторами – 5-дневные сборы при облсовете Осоавиахима, а с бойцами-минёрами – 3-дневный семинар при райсоветах Осоавиахима.

Л. 267. Работы по разминированию – с 15 апреля 1946 года.

«Взрывоопасные предметы обнаруживались, главным образом, как боеприпасы, зарытые в ямы, при вспашке неосвоенной земляной площади, а также по заявкам населения на обнаруженные мины, снаряды, авиабомбы. По этим заявкам посылались отделения минёров».

Итоги: «подверглась площадь: а) контрольной проверке – 50343 га; б) тщательной проверке – 12285 га; в) разминировано – 477,04 га. ВСЕГО – 70105 га.

Обнаружено и уничтожено взрывоопасной техники: а) ППМ – 2261; б) ПТМ – 2198; в) снарядов – 86095; г) мин мином. – 31034; д) разной взрывоопасной техники – 69393; е) ВСЕГО – 190985.

На проведение повторной контрольной проверки 45 районными командами затрачено 20926 человеко-дней…

…За 1946 год среди личного состава команд минёров произошло два происшествия, в результате которых убито 3 минёра.

Всего в 1946 году произошло 72 несчастных случая, в результате которых убито 77 человек, ранено – 67 человек, в том числе мальчиков до 16 лет: убито – 50. Ранено – 31 человек; девочек до 16 лет: убито -3, ранено – 3.

Подорвалось конского и крупного рогатого скота: убито – 12, ранено – 3.

Подорвалось тракторов и автомашин – 5».

Л. 268. «МАТЕРИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

В работе в 1946 года использовался инвентарь, оставшийся от прошедших годов работы.

ВВ, бикфордовых шнуров, капсюлей-детонаторов и пеньковых фитилей получили не в достаточном количестве…

Продуктами питания команды минёров не обеспечивались. Выделенные Министерством торговли пайки были распределены в соответствии с объёмом работ по районам, занимающимся разминированием. Но на выделенные пайки в районах получили продукты питания только на 40 %.

За время работы личное обмундирование бойцов-минёров пришло в негодность.

Облсовет Осоавиахима для обеспечения обмундированием команд минёров не имел средств, а районные власти на это не обращали внимания.

Снабжение продуктами питания команд минёров проходило по коммерческим ценам…

ОБЩИЕ ИТОГИ

За отчётный период по Воронежской области в связи с низкими качеством очистки территории местности от взрывоопасной техники вторично сдано исполкомам райсоветов депутатов трудящихся 21 р-н.

12 районов… не приняты по актам исполкомами райсоветов депутатов трудящихся.

В 12-ти районах: 1. Алексеевкий, 2. Березовский, 3. Белогорьевский, 4. Голосновский, 5. Гремяченский, 6. Двыдовский, 7. Евдаковский, 8. Землянский, 9. Коротоякский, 10. Лискинский, 11. Острогожский, 12. Репьевский – Л. 269 ещё не вся освоена земельная площадь, где требуется проводить работу по очистке территории от взрывоопасной техники.

В результате не снабжения продуктами питания и обмундированием минёры прекратили работу по очистке территории от взрывоопасной техники, поэтому необходимо проводить работу по очистке территории от взрывоопасной техники в 1947 году».

Документ подписан от имени председателя Воронежского облсовета Осоавиахима Букреева и инструктором военного обучения Бредихиным.

Л. 276

«Список бойцов-минёров и инструкторов Воронежской области, пострадавших за время работ по разминированию и сбору трофеев за 1946 год»:

БОГДАНОВ Иван Назарович 1928 г.р., боец-минёр. Погиб 4 июня 1946 года на территории Большеверейского сельского Совета Землянского района по причине «не соблюдения инструкции при обезвреживании мины Т-35».

ДУБОВ Василий Кириллович 1928 г.р., боец-минёр. Погиб 4 июня 1946 года на территории Большеверейского сельского Совета Землянского района по причине «не выполнения инструкции при обезвреживании мины Т-35».

СИРОТА Григорий Иванович 1928 г.р., боец-минёр. Погиб 24 июля 1946 года на территории Евстратовского сельского Совета по причине «не выполнения инструкции по сбору снарядов».

Выдержки из воспоминаний ветерана Александра Борисовича Немчинского о боях в районе села Дерезовка в декабре 1942 года

...Зашагал, увязая в снегу, декабрь 1942 года. Зима наступила необычно холодная для тех мест.

Западнее Сталинграда войска Донского, Сталинградского и Юго-Западного фронтов уже сомкнули кольцо вокруг 6-й армии Паулюса. А севернее от Воронежа до Вешенской линия фронта проходила по Дону.

На снимке А.Б. Немчинский. Послевоенное фото

У Верхнего Мамона наш передний край находился на левом низком берегу Дона. Правый берег, занятый противником, возвышался над нами.

Ветер гнал снежный поземок вдоль замерзшего русла и гудел там, как в трубе. А Дон? Его и не видно. Скованный [9] льдом, покрытый слоем уплотненного ветром снега, он казался поляной, связывающей оба берега.

Все знали, что перед нами занимали оборону итальянцы. Кое-кто уточнял, называя по показаниям пленного, пехотную дивизию «Коссерия». Бойцы сокращенно звали противника — италы.

Альпийские стрелки из 8-й итальянской армии относительно мало беспокоили нас. Они не мешали ходить нам во весь рост между левобережных кустов, говорить в полный голос и даже изредка подъезжать на пароконных санях с минами к обрыву берега.

Жизнь была точно регламентирована. По утрам италы вели получасовой вялый обстрел. Его называли доппайком. Затем наступала пауза. К полудню они посылали в нашу сторону обеденную порцию металла, к ужину — вечернюю.

Иногда появлялись итальянские узкокрылые самолеты, сбрасывавшие маленькие прыгающие бомбы типа осколочной гранаты, метко прозванные крыльчатками.

Наша артиллерия и минометы также приурочивали огневые налеты к периодам раздачи пищи у итальянцев. В это время противник покидал насиженные блиндажи и был наиболее уязвим. Такие артналеты назывались у нас пожеланием приятного аппетита.

Длинными зимними ночами итальянцы беспокойно пускали осветительные ракеты. Особенно ярко освещали район Дерезовки — небольшой деревни на высоком утесе — выступе правого берега. Здесь был опорный пункт противника. Италы почти непрерывно пускали автоматные и пулеметные очереди в темноту ночи, словно предупреждая нас, что они не спят. Наши стрелковые подразделения, занимавшие траншеи по восточному берегу Дона, в ночное время тоже повышали бдительность, внимательно всматриваясь в темноту, опускавшуюся на донской лед. Изредка и с нашей стороны запускали ракеты, строчили короткими очередями из пулеметов.

— Италы хотя и тихий противник, но ухо держи востро! Так-то! Известно, что в тихом омуте черти водятся, — наставлял нас комбат...

А по вечерам, когда в штабной землянке собирались командиры и после постановки задачи оставалось время до выхода на минные поля, все просили техника-лейтенанта [10] А. С. Черкашина спеть. Он ловко перебирал струны гитары и на цыганский манер начинал:
Здесь у Тихого Дона,
У садочков Мамона,
Снег серебряный лег
У крутых берегов.
Лишь огонь монотонный
И чуть слышные стоны
Выдают притаившихся
Близко врагов...
* * *

...210-й отдельный батальон инженерных заграждений, или сокращенно БИЗ, был молод. Его сформировали только два месяца тому назад. Из 360 человек, положенных по штату, в наличии было пока менее половины. В инженерно-минных ротах насчитывалось лишь по 40–45 человек и вместо трех взводов существовало только по два.

Молодых бойцов было очень мало. Большинству же минеров давно перевалило за сорок. Народ все мастеровой: плотники, механики, слесари... Люди опытные и надежные. С ними было легко. Часто сами давали дельные советы. Командиров понимали с полуслова. Но возраст давал о себе знать...

— В мои-то годы, сынок, ползать и без мины тяжело, — пожаловался мне однажды один из них. — В военкомате сказывали — на строительство мостов, а тут вон куда дело повернуло...

Еще месяц назад большинство наших бойцов не знали, как подойти к мине. Да и командирам подразделений недоставало практического опыта. Но война чего только не заставит делать...

Днем учились и отдыхали. Ночью минировали берег Дона. Несколько человек подорвалось. Остальные постепенно постигли все тонкости и особенности своего нового, опасного ремесла.

Образцы своих мин и методы их установки все знали твердо. А вот с изучением мин противника было сложней. Мы освоили тогда только немецкие противотанковые ТМи да противопехотные SМи-35. В батальоне имелись их образцы. Другие же мины, в том числе итальянские, были известны нам только по скупым информациям штаба [11] фронта, а о некоторых типах мин мы даже и не подозревали.

И немудрено — во всех армиях мины относятся к секретному, даже совершенно секретному оружию. Они должны являться неожиданностью для противника не только по месту установки, но и по конструкции. Минер, сталкиваясь с неизвестной ему миной, не может ее разминировать без риска для жизни...

На занятиях командиры взводов и рот особое внимание уделяли мерам безопасности. Старички, как называл их наш комбат, уже накопившие опыт за многие бессонные ночи, охотно дополняли своих командиров:

— Мина требует заботы, как малое дитя. Здесь терпение и любовь — прежде всего...

— А бывает, что мина хуже самой капризной старухи: не знаешь, с какого боку и подойти...

Старички тщательно готовились к каждому выходу. Я это сразу заметил, едва меня поселили во взводной землянке второй роты.

— Что рано поднялись? — обратился к ним замполит роты В. Н. Назаров, сдерживая добрую улыбку на худощавом лице. — Отдыхали б еще часа три.

— Начать рано — сердце радо! — отшутился полный и веселый красноармеец П. Н. Бовин — душа взвода. — А как там в Сталинграде дела? Не слыхать ли чего нового, товарищ замполит?

— Дела горячие! Окружение такое, что не снилось Гитлеру. Он, правда, пытается пробиться с внешнего фронта, да уж дудки. Времена не те! Даже Канны теперь померкнут.

— А это что за зверь такой? — поинтересовался Бовин.

— Канны-то? Селение в Италии. Возле него Ганнибал разгромил римскую армию. Давно это было, Павел Николаевич, вот вы и забыли. Больше двух тысяч лет прошло — не шутка!.. — улыбнулся Назаров.

— И в Сталинграде жарче, чем у нас, говорите? — допытывался Бовин.

— Чудак ты, Паша, как я посмотрю, — вмешался в разговор Уваров. — Сводки читаешь, а говоришь такое! Да у нас по сравнению со Сталинградом — сейчас просто санаторий...

— Правильно говорит Уваров, — подтвердил лейтенант. [12] — Но и нам, товарищи, дел хватает. Скоро на минирование выходить. Да я вижу, вы уже готовитесь.

— Точно, готовимся, товарищ замполит. Осталось еще чеки проверить. Сами понимаете, не на картошку собираемся, — налегая на «о», не спеша пояснил пожилой минер С. Д. Уваров.

— Подготовочка!.. Вы же сами, товарищ лейтенант, стращали, что минеру ошибаться нельзя, — добавил Бовин, потряхивая седеющей головой.

Разговоры стихли. Каждый вернулся к прерванному делу. Кто проверял пружины и чеки взрывателей, кто строгал перочинными ножами пеналы для детонаторов, кто снимал смазку с корпусов взрывателей. Время выхода на минирование приближалось. Кто-то из бойцов тихо затянул знакомую песню:
Минерами мы не родились,
Но как же без мин на войне...

...На минирование трогались с наступлением темноты. До переднего края было немногим больше километра — минут тридцать ходу. Я вышел на задание со взводом Щербака.

Мины везли сперва на легких салазках. Потом салазки оставляли в кустах и спускались в ход сообщения. Каждый из минеров брал с собой по две мины. Остальные подносили специально выделенные для этого старички, которым было уже трудно ползать по-пластунски.

В ходе сообщения и в траншее тесно — не разойтись.

— Эй, пехота, дай дорогу! Вишь, мины несу. А то взлетим вместе, — попугивали минеры неповоротливых пехотинцев.

Взрыватели и минные детонаторы, без которых не срабатывала взрывчатка мин, находились у командиров отделений и взводов. Детонаторы старались держать подальше от мин...

8 декабря мы минировали участок пологого спуска к Дону, доступного для танков. Узкий серп луны к середине ночи совсем скрылся. Только зоркие глаза привыкших к темноте минеров позволяли ориентироваться на местности.

Ядреный декабрьский мороз норовил вместе с ветром забраться за ворот и в рукава полушубка. [13]

— Не вздумайте в рукавицах снаряжать мины, хоть и холодно, — предупредил своих бойцов сержант А. М. Щербак. — Наша работа ювелирная. Смажьте вот пальцы гусиным жиром: в Мамоне достал у хозяйки.

Андрей Маркович Щербак заменял тогда командира взвода. Его крупная, атлетического сложения фигура выделялась среди других. Широкое лицо было серьезным и приветливым одновременно. Говорил он спокойно и весомо:

— Ну, жир не всем, конечно, а только снаряжающим. Отрывать лунку и ставить мину в снегу — удобнее в рукавицах... Направления установки всем понятны? Теперь насчет глубины...

Сержант посмотрел в мою сторону, чуть сдерживая улыбку: мол, испытаем новичка. И спросил:

— А что, товарищ лейтенант, на какую глубину ставить мины сегодня?

Вопрос простой. А как ответить точнее? Мучительно стал вспоминать занятия по минному делу в академии. Тут-то и почувствовал отсутствие практического опыта...

— Все зависит от плотности и глубины снежного покрова... А вы-то сами как думаете?

— По такому снегу — сантиметров тридцать с трамбовкой, пожалуй, — ответил, улыбаясь, Щербак.

Пришлось только согласиться с опытным сержантом...

Рассредоточившись по отделениям, минеры выбрались из траншеи и поползли, подтаскивая за собой мины. Граница минного поля находилась метрах в двадцати от первой нашей траншеи. Устанавливались противотанковые мины ЯМ-5 — ящик-мина. Минеры же называли их в шутку ямками, а установку и особенно снятие этих мин — игрой в ящик. «Смотри играй, да не сыграй в ящик!» — было принято говорить у них.

В условиях эвакуации промышленности из западных районов эти мины стали незаменимыми из-за простоты их изготовления. В суровом сорок втором продолговатые деревянные ящики для мин делали и на деревообрабатывающих заводах и в полукустарных мастерских. Ящик являлся корпусом мины. В него закладывались два брикета аммонита и толовая шашка, а в боковое отверстие вставлялся упрощенный взрыватель с минным детонатором. [14]

Игра слов «сыграть в ящик» имела особый смысл при минировании ящик-минами. Но фраза эта не отражала действительного положения дел. В случае взрыва пяти килограммов взрывчатого вещества от человека или группы людей ничего не оставалось...

На снаряжение мин, естественно, выделялись самые опытные и надежные сержанты и красноармейцы. В то время нередко и сами командиры взводов выполняли эту операцию.

Особое внимание уделялось предохранительным чекам и минным детонаторам МД.

— Эти эмдэшки — сердце мины. Они жизнь взрыву дают, — поясняли новичкам бывалые минеры.

— С детонатором не шути! Бывает, что и от щелчка срабатывает. Ты его — в пенал: тогда и ему и тебе спокойней...

Прошло уже часа три с начала минирования. Минеры парами стали возвращаться в траншею. Все растирали окоченевшие на морозе пальцы, приплясывали, присаживаясь на корточки, закуривали самокрутки.

Итальянцы открыли беглый артиллерийско-минометный огонь.

— Проснулись, черти. Неужели засекли?..

Но разрывы слышались и правее, и левее минного поля, и в глубине, за нашей траншеей.

— Федор Пузанов не вернулся. Где запропастился — бог знает. Ведь полз уже к траншее, — докладывали бойцы.

— Надо искать. Не италы ведь утащили. Может, при артналете...

— Скоро светать будет. — Сержант Щербак с беспокойством поглядывал на небо: — Кто пойдет в поиск?

Идти вызвался В. И. Ерац, худощавый, тридцатипятилетний красноармеец с приятным лицом, неизменно выражавшим легкое удивление. И минеры и пехотинцы внимательно следили за ним из траншеи:

— Ох, не напоролся бы сам на мину...

Прошло мучительных полчаса.

— Вот он, никак тащит Федора...

Несколько пар рук приняли в траншею красноармейца Ф. А. Пузанова. Оказалось, при артобстреле он был контужен, потерял сознание и свалился в овражек на краю минного поля, неподалеку от траншеи. [15]

— Замерз бы, наверно, среди мин, если бы не Виктор, — только и выдавил из себя Пузанов.

Среди бойцов роты Виктор Иванович Ерац держался незаметно и скромно, но в минуты опасности как бы преображался и был всегда впереди. Он много минировал и разминировал на Дону, в Марковке, в Харькове. В марте 1943 года во время уличных боев за Харьков получил ранение. И здесь его вытащил из-под огня приближавшегося немецкого танка Федор Пузанов.

После двух месяцев скитаний по госпиталям Ерац прислал на мое имя весточку. До сих пор хранится у меня пожелтевшая, написанная карандашом открытка, датированная 18 мая 1943 года:
Письмо от известного Вам бойца Ераца Виктора Ивановича. Добрый день или вечер, многоуважаемый товарищ лейтенант. Я вам шлю свой добрый привет, и товарищам, и Щербаку А. М. И передаю низкий поклон Пузанову Федору за то, что он меня спас от смерти, когда я был ранен. Я нахожусь теперь в запасном госпитале. Скоро вернусь. И пока до свидания с вами. Остаюсь жив. Того и вам желаю.

Мы ждали возвращения Ераца в роту, но так и не дождались. Очевидно, его направили в другую часть.
* * *

Комбат сдержал слово. Он не допустил меня к командованию ротой, но и откомандирование мое в бригаду все откладывал. Когда была высказана просьба ускорить решение о моем использовании, он долго колол меня взглядом, а затем отшутился:

— Не торопитесь, академик, поперед батьки в пекло! Решим все в свое время...

На фото Д.С. Жигалов

Вскоре после того в ротную землянку зашел Д. С. Жигалов, плотно сбитый, очень приятный лейтенант, исполнявший обязанности адъютанта батальона. Дружески похлопав меня по плечу, он сказал:

— На комбата не обижайтесь. Он вас в минном карантине хочет выдержать. Это точно!..

Я взволнованно спросил, почему Мысяков пренебрегает предписанием замкомбрига. Дмитрий Степанович задумался и, улыбаясь, ответил:

— До бога — высоко, до начальства — далеко, а до врага — рукой подать! Наберитесь терпения. Я думаю, [16] вас просто испытывают, как новичка. А что касается взаимоотношений нашего комбата с начальством — тут дело непростое. Человек он отчаянной смелости. И, мне кажется, вообще ничего и никого на свете не боится...

За несколько дней до наступления на Дону меня вызвали в штаб.

— Ну как, товарищ академик, — в глазах комбата бегали бесенята, — не желаете ли прогуляться к итальянцам? Есть случай отличиться! Вот так-то!

Готовилась командирская разведка инженерного оборудования переднего края противника. С наступлением темноты семь человек в белых маскхалатах вышли к первой нашей траншее у кромки берега.

— На лед не пустим! Нет команды, — вздернул было автомат командир стрелкового взвода.

Но команда догнала нас. Стремительными перебежками мы быстро преодолели 120–140 метров донского льда. С трудом отдышались. Тягуче завывал ветер. Прислушались. Сердце отстукивало каждую секунду: мы были на берегу, занятом противником.

— Ну как, академик, страшно? — спросил комбат.

— Страшновато, — признался я.

И от этого короткого, но откровенного диалога все вроде почувствовали какое-то облегчение.

Участок, выбранный для разведки минновзрывных заграждений, находился между двумя опорными пунктами противника: Дерезовкой и безымянным хутором. Он не занимался альпийскими стрелками и плохо простреливался фланговым огнем. Мы вошли во впадину, напоминавшую амфитеатр, склоны которой были покрыты деревьями. Выглянувшая из-за туч луна позволила хорошо рассмотреть местность. Со щупами и миноискателем ступали мы в строгом порядке, след в след. Теперь смерть находилась под ногами.

Луч фонарика скользнул по проволоке. Но Жигалов случайно наступил на нее...

— Ми!.. — только и успел крикнуть он.

Остолбенев, мы ждали взрыва. Но его не последовало.

Сержант Щербак, затаив дыхание, вслушивался в звуки в наушниках миноискателя. То усиливающиеся, то затихающие сигналы вдоль оси обнаруженной проволоки показывали, что рамка миноискателя то приближается к [17] мине, то удаляется от нее. Наконец сержант нагнулся и обозначил на снежной корке место расположения мины.

Что это за мина? В чем секрет ее конструкции? Каковы особенности разминирования? Ничего не было известно. А снять ее надо было не подрывая и в полном комплекте доставить как образец в батальон.

Жигалов жестом показал Щербаку, чтобы тот отошел. Затем, сбросив рукавицы, осторожно саперным ножом вырезал затвердевшую белую корку и пальцами стал разгребать снег. Перерезав кусачками проволоку и очистив мину, он стал внимательно осматривать цилиндрический металлический корпус. Пальцы лейтенанта не то от холода, не то от внутреннего напряжения чуть вздрагивали.

— Дима, пусть Щербак обезвредит, — вполголоса сказал комбат.

Но Жигалов только покачал головой, провел ладонью по лицу и опять склонился над своей опасной находкой.

Вскоре он передал нам итальянскую противопехотную мину. Она имела сантиметров шестнадцать в высоту и около десяти в диаметре. В корпусе сверху виднелись небольшие «окна». Верхний взрыватель был уже вывинчен Жигаловым, но сбоку оказался выступ, напоминавший второй взрыватель, который тоже предстояло извлечь...

С помощью щупов и миноискателя обнаружили еще с десяток мин, скрытых под снегом: пластмассовых и металлических, нажимного и натяжного действия. Стали снимать и эти образцы.

— Хватит! — комбат вытер обильно выступивший на лбу пот. — Пора возвращаться. Так-то...

Благодаря этой разведке удалось выяснить, что итальянцы не переставили мины по-зимнему. Часть из них вмерзла в грунт, остальные под слоем снега оказались схваченными ледяной коркой. И хотя возможность взрыва отдельных экземпляров не исключалась, в целом минное поле серьезной опасности не представляло.

И в этом тоже итальянцы не приспособились к русской зиме.
* * *

А на нашем берегу началось накапливание войск. Артиллерия и пехота все прибывали и прибывали. Маскировались [18] в кустах. Машины укрывали в оврагах. Разворачивали утепленные палатки. Стало тесно...

Все только и говорили о Сталинграде. На ходу делились последними новостями о тяжелых боях. Котельниковский, река Аксай-Есауловская, населенный пункт Верхне-Кумский — эти названия то и дело упоминались в разговоре. С особым волнением обсуждали положение на плацдармах в самом городе. Сталинградские события приковали к себе всеобщее внимание.

И вот пришел наш черед...

210-й БИЗ стал снимать часть мин, которые были поставлены нашими же руками, устраивать проходы в остающихся минных полях и огораживать их проволокой, чтобы не подорвались свои. Одновременно мы готовили щиты для переправы войск по льду Дона.

Мы, конечно, не могли еще знать замысла предстоящей операции, однако догадывались, что она связана с битвой за Сталинград. И действительно, наша 6-я армия под командованием генерал-майора Ф. М. Харитонова, оказалась той самой правофланговой армией, которая способствовала отражению попыток гитлеровцев пробиться к своей окруженной, тоже 6-й, армии Ф. Паулюса.

В ночь на 16 декабря 1942 года в батальоне никто не спал. Заканчивались последние приготовления к наступлению. В 8 часов утра заговорила артиллерия, и от ее могучего голоса полтора часа содрогался морозный воздух.

В полосе 267-й стрелковой дивизии, в оперативном подчинении которой находился наш батальон, форсирование Дона планировалось севернее Дерезовки. Лед там достигал уже 35–40 сантиметров. Но возле берегов был значительно тоньше. Многочисленные пробоины очень ослабляли несущую способность ледяного покрова. Две роты нашего батальона с началом артиллерийской подготовки сразу взялись наводить колейную переправу для легких танков.

Сначала итальянцы, ошарашенные воем непрерывно летящих артиллерийских снарядов, не подавали признаков жизни. И наша работа по укладке щитов продвигалась быстро. Комбат бегал вдоль полосы щитов и поторапливал бойцов:

— Давайте, братцы, скорей! Стыкуйте щиты поаккуратней. Не посрамите себя и на переправе! Вот так-то... [19]

Но едва по уложенным на лед щитам двинулись легкие танки, а пехота рассыпавшимися цепями пошла правее и левее прямо по льду, молчавший до тех пор противник открыл огонь. На нашем берегу задымились воронки, оставляя вокруг копоть словно от потухших костров. На льду начали падать пехотинцы, а потом и минеры, пропускавшие по щитам танки.

Один из итальянских снарядов угодил прямо по щитовой колее. Два щита разлетелись в щепки, соседние были откинуты в стороны. На оси переправы образовалась полынья. Танки остановились.

— Голиков! — закричал изо всех сил комбат. — Давай запасные лаги и щиты! Что залегли?! Под лед не спрячетесь! Передний край — край жизни. Здесь за жизнь надо биться.

Младший лейтенант В. И. Голиков вместе с несколькими бойцами бегом потащил импровизированную упряжку к разрушенному участку переправы. Рядом шлепнулась и разорвалась вражеская мина. Один из старичков только охнул и свалился в пробоину.

— Держи за ноги! — крикнул младший лейтенант и сам окунулся с головой в ледяную воду. Ему с трудом удалось схватить за полушубок и вытащить на поверхность чуть не ушедшего под лед раненого.

Прошло еще минут пять. Огонь врага ослабел, но не прекращался, а пробоина скрылась под длинным сплошным накатом из бревен.

Танки с нетерпеливо фыркающими двигателями вновь пошли на правый берег Дона. А Голиков, торопливо вытирая широкое лицо и мокрые волосы, уже покрывавшиеся серебристым ледяным налетом, упрямился:

— Да ладно. Не уйду, пока танки не пропущу!..

В это время наша 2-я рота уже проделывала проходы в минных заграждениях на берегу противника, вблизи того места, куда я ходил в разведку. Эту работу возглавил замполит В. Н. Назаров — командир роты находился в госпитале.

— Пробивай удлиненными смелей! Проверим проход после. Не бойсь! Выше неба не взлетим! — кричал он молоденькому худощавому младшему лейтенанту В. И. Быкову.

Вслед за подрывами удлиненных зарядов — толовых шашек, прикрепленных к узкой доске-лыже, двигались [20] минеры с миноискателями и щупами, обезвреживая в проходах немногие уцелевшие мины.

По огороженным проходам благополучно перебрались через минные поля итальянцев около десятка наших танков. Но тут вдруг, у самого вражеского берега, один из танков сошел со щитов и провалился гусеницами под разбитый лед. Движение на переправе вновь застопорилось. Зато правее нас, в полутора километрах, колейная переправа, оборудованная дивизионными саперами, обеспечила безостановочное движение и танков и артиллерии.

А слева, примерно в двух километрах, действовал 207-й отдельный батальон инженерных заграждений. Утром 16 декабря 1942 года под прикрытием артиллерийской подготовки он приступил к укладке щитов на лед. Часть огневых точек, расположенных в обрывах противоположного берега, не была подавлена. Противник открыл сильный пулеметный и минометный огонь. Батальон сразу же понес потери в личном составе.

Спустя несколько часов 207-й БИЗ перебросили на строительство свайного моста у деревни Дерезовка. Здесь он работал совместно с 15-м отдельным мосто-понтонным батальоном. Несмотря на сильный огонь противника, мост длиной 160 метров и грузоподъемностью 40 тонн был закончен к намеченному сроку — к рассвету 17 декабря.

Семьдесят три человека потеряли наши соседи от огня противника во время строительства переправы и моста. Это была почти половина боевого состава их батальона.

Несколько меньше потерял в тот день и наш 210-й БИЗ. В. В. Киселеву пришлось вывести на лед даже ездовых из хозчасти: они помогали фельдшерам подбирать раненых.

Пробегая мимо меня, помпохоз на минутку остановился, перевел дыхание и крикнул:

— Вот вам, батенька, и тихий Дон! Похоже на ад, только вместо кипящей смолы — ледяная вода... А люди делают свое дело, им хоть бы что!..

* * *

Источник:

http://militera.lib.ru/memo/russian/nemchinsky_ab/...

Продолжение...

Истребители. Часть 2-я. Аэроузел Радченское

28 декабря 1942 года части 207-й истребительной авиадивизии начали перебазироваться поближе к фронту, «ушедшему» на запад. Новым местом базирования были выбраны аэродромы аэроузла Богучар – Радченское. 5-й гвардейский и 867-й авиаполки перелетели на аэродром на юго-западной окраине села Радченское. 814-й авиаполк – на аэродром у села Купянка.

Цитирую книгу «Гвардейцы в воздухе»: «…29 декабря полк перелетел на аэродром, расположенный на правом берегу Дона, на окраине небольшого районного центра Радченское. Печальная картина предстала перед нами. Полуразрушенные, обгорелые дома с выбитыми окнами и выломленными дверями.

Группа солдат из БАО (батальона аэродромного обслуживания – С.Э.) и наши мотористы вставили рамы и двери, установили чугунные печки-«буржуйки», наспех сколотили из досок нары — и неприхотливое жилье готово. Хорошо после холодного дня согреться в тепле. В крайнем домике села оборудовали летную и техническую столовую — можно и «подзаправиться»…

Полк продолжал ежедневную боевую работу по прикрытию наземных войск в районах Чертково, Гартмашевки, Стрельцовки, Миллерово.

Схема действия частей 3-го сак 20.12.1942 - 16.01.1943г. Источник ЦАМО РФ

- Как же вы не заметили? Мы же сегодня над моей Украиной дрались…

Эту знаменитую фразу командира эскадрильи Титаренко из кинофильма «В бой идут одни «старики», его прототип мог сказать ещё тогда, в декабре 1942 года. Когда лётчики 5-го авиаполка били врага в небе Ворошиловградской области Украинской ССР.

А враг ещё был силён и хитёр. Немецкие истребители-«охотники» использовали подлую тактику: нападали из-под тишка, били на взлёте. Не было спокойной жизни лётчикам 5-го гв иап и на Радченском аэродроме. 

29-го декабря 1942 года группа из 4-х «мессеров» совершила налет на аэродром. В завязавшейся в небе карусели немецким истребителям удалось подбить советский Як-1, и безнаказанно уйти. А в 15-00 немецкий бомбардировщик Хе-111 сбросил на аэродром восемь авиабомб. К счастью, бомбы упали в 400 метрах от летного поля – и обошлось без потерь.

- Какое училище?

- Оренбургское… Ускоренный выпуск.

- Ясно… Взлет-посадка…

Для многих молодых неопытных летчиков, а их в 207-й иад было около 40%, первые боевые вылеты становились последними. О трагической судьбе лейтенанта Петра Борсука из 5-го гв. иап рассказали ветераны полка в книге «Гвардейцы в воздухе»: «…4 января 1943 года командир полка приказал Игорю Шардакову и недавно прибывшему в полк молодому летчику лейтенанту Петру Борсуку перегнать два самолета с тылового аэродрома на аэродром Радченское.

Утром 5 января они вылетели на Ла-5. Но приемники на заданную на этот день радиоволну не настроили, полет продолжали без должной осмотрительности.

В районе Богучара на большой высоте за ними увязались два «мессера» — «охотники», которые при подходе к нашему аэродрому, прикрываясь солнцем, стали заходить в хвост самолета лейтенанта Борсука для атаки. И когда Шардаков уже приземлился, в эфир с наземной радиостанции немедленно понеслось предупреждение летчику о грозящей ему опасности. По тревоге пошли на взлет две пары самолетов дежурного звена. Но... уже поздно. Атака со стороны солнца, сзади, справа на пикировании была скоротечной, наш самолет загорелся. Пламя перекинулось на мотор и кабину.

Он рухнул на восточной окраине деревни. Взрыв бензобаков поднял вверх столбы густого черного дыма, который тут же заволок чистое нёбо. К месту пожара нельзя было подойти ближе чем на пятнадцать-двадцать шагов. Полыхал огонь, рвались снаряды. Наконец удалось с большим трудом извлечь из обломков обугленное тело Петра Борсука.

На фото командир 5-го гв. иап В.А. Зайцев

В тот же день командир полка Зайцев долго беседовал со всеми, детально анализируя причины трагической гибели летчика. Разобрал различные способы наблюдения за воздушной обстановкой при следовании к цели, при ведении группового боя, при выходе из него и возвращении на аэродром. Предупреждал, что опаснее всего для воздушного бойца неосмотрительность. Есть люди, которые храбро дерутся, умело маневрируют в воздушном бою, метко поражают противника. Но вот бой заканчивается, враг бежит, и молодой летчик, упоенный победой, забывает об осторожности. Только этого и ждет фашистский «охотник». Выйдя из боя и спрятавшись в облаках, он ищет случая, чтобы «из-за угла» ударить того, от кого только что бежал. Надо быть готовым в любую минуту к встрече с врагом.

Опытный истребитель чувствует в полете всю глубину неба, как говорят, видит на все триста шестьдесят градусов. Вот тогда он может своевременно принять разумное решение, упредить внезапную атаку.

— Кто не умеет видеть в воздухе, тот не истребитель, а летающая мишень, — этими словами закончился подробный разбор.

Гибель Петра Борсука многому научила летчиков, послужила уроком не только полку, но и всей дивизии. И надолго запомнилась всем...».

- Я сбил. Я сбил, товарищ командир!

В тот день в воздушных сражениях боевые товарищи Петра Борсука отомстили за его гибель - сбили четыре немецких «Юнкерса». Вылетев около 10-00 утра с Радченского аэродрома, группа из четырёх Ла-5 совместно с четырьмя Як-1 867-го авиаполка в районе Зориновки встретили 13 бомбардировщиков «Ю-87» под прикрытием 5-ти истребителей Ме-109. Наши лётчики смело вступили в бой. Отличился гвардии капитан Николай Павлович Дмитриев, с дистанции 100-150 м. сбивший немецкий «Юнкерс», который с дымящим мотором резко ушёл к земле.

Гвардии старший лейтенант Василий Никитович Гринёв с дистанции 50 м. атаковал сверху другого «Ю-87», сбил его. Развернувшись вправо, сразу же атаковал подвернувшего Ме-109ф, но безрезультатно.

Рисунок. Ла-5 в воздухе. Источник: http://airaces.narod.ru/

В ходе стремительного боя в хвост нашему Ла-5 «зашёл» немецкий «Юнкерс». Гвардии лейтенант Василий Алексеевич Шумилин бросился на выручку, меткой очередью заставил «немца» спикировать на землю.

В этом же бою лейтенант Фёдор Митрофанович Червоткин из 867-го иап сбил четвёртого Ю-87, который упал в районе к западу от города Великоцка. Потерь с нашей стороны не было.

Другая группа в составе 4-х Ла-5 из 5-го гв. иап и 4-х Як-1 из 867-го авиаполка в районе Чертково заметили на небольшой высоте немецкий «Хеншель-126». Первым атаковал противника старшина 867-го авиаполка Александр Васильевич Парфенов. «Немец» стал отстреливаться, на подмогу Парфёнову поспешили два самолёта Ла-5. Подбитый Парфёновым «Хеншель» стал пикировать вниз, один из членов его экипажа выбросился с парашютом, по приземлении был схвачен нашими наземными войсками.

До середины января 1943 года 5-й гв. иап вел воздушные бои и прикрывал штурмовку аэродрома в Гартмашевке – там был наглухо заблокирован немецкий гарнизон. После освобождения района Гартмашевки на близлежащие аэродромы у сёл Штеповка и Викторовка Кантемировского района перебазировались части 207-й авиадивизии. А Радченский аэродром продолжал использоваться советскими авиачастями.

- В жизни бывают минуты, когда человеку никто, никто не может помочь!.. Рождается сам и умирает сам.

На фото летчик 5-го гв. иап Ф.Е. Горчаков, погиб 23.01.1943г. в с.Радченское

23 января 1943 года на юго-западной окраине села Радченское потерпел крушение истребитель Ла-5, за штурвалом которого находился Фёдор Егорович Горчаков. Лётчик 5-го гв. иап совершал тренировочный полёт, но не справился с управлением. В донесении о потерях 207-й иад указана причина катастрофы - «потеря пространственной ориентировки». Пилот погиб и был захоронен недалеко от аэродрома на окраине села.

- Когда кончится война, вернемся мы сюда. Пройдем по этим местам… кто останется в живых…

- И позовем лучший симфонический оркестр. Выйдет дирижер. Я подойду к нему и скажу…

- Пусть они нам сыграют…

- Нет, ты знаешь… я сам… Скажу: извини, маэстро, дай я… и как врежем «Смуглянку»… от начала и до конца.

- Война — это все преходяще. А музыка вечна!

Предлагаю поощрить отличившихся юных поисковиков нашего отряда медалью «Юный патриот России» . Приурочить награждение, например, к 23 февраля.

Медаль «Юный патриот России»
Приказом Московской областной общественной организации «Патриотическое объединение ветеранов пограничной службы «Рубеж» от 15 апреля 2018 г. №10 учреждена медаль «Юный патриот России». Эксклюзивное право изготовления медали и удостоверений к ней предоставлено разработчикам медали - РОО «Академия русской символики «МАРС».

Медаль предназначена для вручения юношам и девушкам за заслуги в проведении военно-патриотической работы, активную гражданскую позицию, а так же лицам, оказывающим помощь и поддержку клубам и организациям военно-патриотической направленности. Медаль может быть вручена членам молодежных патриотических и военно-патриотических клубов и организаций, в том числе кадетских корпусов и классов, Юнармии, РОСТО-ДОСААФ и т.д

В долгу перед павшими. 

Четверть века назад в октябре 1994 года в Богучарской районной газете "Сельская новь" вышла статья Николая Томинова, одного из зачинателей поискового движения в Богучарском районе. Автор, увы ушедший из жизни, в своей статье "В долгу перед павшими" поднял очень важные вопросы, многие из которых актуальны и сегодня. В первую очередь, о прерванной связи поколений, и о нашей памяти.

Мы решили о публиковать выдержки из этой статьи, чтобы каждый подумал - а изменилось ли что-то спустя 25 лет? Читаем и делаем выводы...

На снимке Н.Ф. Томинов

«… Вообще мы очень много говорим трескучих фраз о долге и памяти, особенно к датам, но мало что делаем реального для их подтверждения. Нам бы поучиться без спеси умению помнить у наших бывших противников – итальянцев, немцев… Они и через 50 лет нашли погибших даже на чужой земле, и хотя бы прах их вернулся на Родину. А мы на своей земле стали Иванами – непомнящими, экономим деньги на том, на чем грех экономить.

Ведь и мы не вечны, и наш прах соединится с прахом земли, останется ли память о нас в душах и сердцах потомков? Пример, который мы подаем нашим детям, заставляет усомниться в этом.

Я вспоминаю, как начинали мы, горстка энтузиастов, поисковое дело. С открытия места падения ИЛ-2 в районе села Поповка, в километрах 15 от города. Начавшиеся раскопки были прерваны личным распоряжением тогдашнего председателя райисполкома И.П. Шикулы, у нас были крупные неприятности с органами по поводу несанкционированного энтузиазма и неосвященного властью уважения к павшим. А ценные реликвии с погибшего самолета, среди них и личные вещи летчика, пропали с места раскопок бесследно. На многие десятилетия имя летчика оставалось неизвестным. Лишь спустя время удалось нам установить по свидетельским показаниям, по данным архивов имя погибшего – Иван Долбилин. Увы, мать сына оплакала без вести пропавшим.

Странное это слово, пропал без вести. Скоро выйдет из печати Книга памяти, где напротив многих фамилий стоит этот скорбный гриф. Вот уж воистину, «умирал солдат известным, умер – неизвестным…». Их так много, белеющих костями по обрушенным окопам, в безымянных бугорках, могилах у дорог и околиц. Кому-то могилой стало илистое дно какой-нибудь реки, как тем танкистам, что покоятся на дне Богучарки.

Пока еще живы те, кто может указать эти места, чтобы исполнили мы свой долг перед павшими. Во главе работ по установлению истины должен бы стать районный совет ветеранов, у которого достало бы времени помочь работе небольшой группе энтузиастов.

Этого не случилось, оставшиеся в живых ветераны забыли о павших. Не активизировались в поисковом деле школы. Вот и говорим потом о патриотическом воспитании, о потерянной связи отцов и детей.

Обидно. За себя, бьющегося как безвоздушном пространстве. Но больше за них, безымянных, не пожалевших ради исполнения долга перед Родиной самого дорогого – жизни, и ставших вдруг безымянными на своей земле.

Когда же мы отдадим свой долг павшим, мы, живущие на отвоеванной ими земле? Нет в казне денег на эту работу – давайте как в старину – шапку по кругу, ведь в каждой семье есть свои солдаты Великой Отечественной войны, живые или павшие. Создадим фонд памяти, дадим, кто столько может, и под народным контролем доведем дело до конца, закроем черные пятна, оставленные войной".

Н.Томинов г.Богучар.

О наболевшем…

Близится 75-летие Великой Победы. Страна готовится к юбилею. Но поговорить хочется немного о другом. Тема разговора очень сложная и не очень приятная, и её по этой причине не любят выносить на всеобщее обсуждение.

Почему и как так получилось, что в стране, победившей фашизм, и заплатившей за победу огромную цену, возникают рецидивы этой страшной болезни под названием фашизм (нацизм)? Почему внуки и правнуки воинов-победителей мало что знают о периоде Великой Отечественной войны? А если и интересуются, то интерес их почему-то односторонний, и связан с «другой стороной» той войны? Эффект «запретного» плода?

У нас очень любят объяснять проблемы нынешней России тяжелым наследием 1990-х годов. Но, позвольте, на дворе уже 2020 год! Не пора ли уже признать, что нынешние российские власти не дорабатывают в вопросе патриотического воспитания молодого поколения! Борьба за умы пока нами проигрывается…

Юнармия? Все прекрасно понимают, что это показуха. Реальных же дел совсем немного.

А наши противники, я так сознательно называю тех, кто вольно или невольно, по глупости своей или сознательно, но очерняет историю моей Родины, принижает роль Советского Союза в разгроме нацистской Германии и ее союзников, обеляет преступления нацизма, так вот, они (противники) пользуются нашим бездействием и попустительством.

Я не буду напоминать, какие СМИ, телеканалы, интернет-ресурсы, и с позволения сказать, «деятели» искусства и культуры, предают память своих предков, сражавшихся с нацизмом. Понятно, что вся эта «деятельность» стоит немалых денег, и за всем за этим стоят влиятельные силы.

Остановлюсь подробно на русскоязычном сегменте всемирной паутины (интернета). Русскоязычные ресурсы, посвященные теме 2-й мировой войны, множатся буквально каждый день. Есть среди них и такие, которые посвящены … исключительно немецкому вермахту, армиям сателлитов Германии, "романтике" чернокопательства, купле-продаже найденных копателями вещей. 

Пользователи таких сайтов называют друг друга исключительно как «kamerad», статус и значимость на таком сайте конкретного пользователя подтверждается воинскими званиями немецкого вермахта, у новичков – Schütze (стрелок) и так далее и тому подобное… Про логины я и не говорю! Логины, буквально режущие слух своей связью с 3-м рейхом и его союзниками (Италией, Румынией, Венгрией и др.), на таких ресурсах в особом почёте. Как и аватарки с соответствующей символикой, кстати, запрещенной в РФ. Куда только смотрят российские контролирующие органы?

Что всё это значит? Глупость «недорослей» или сознательная идеологическая диверсия? И что на самом деле хуже? Страшно то, что это потомки воинов Великой Отечественной… Тогда и не стоит удивляться актам вандализма по отношению к памятному знаку у села Расковка, о которых сообщал наш сайт.

Интернет-сайт Богучарского поискового отряда «Память» позиционирует себя как сайт патриотической направленности. Мы рады приветствовать всех, кто интересуется историей Богучарского края и деятельностью нашего отряда. Регистрируйтесь на нашем сайте, общайтесь, при этом, напоминаем, что администрация сайта не приветствует регистрацию новых пользователей с логинами, которые прямо или косвенно можно связать с нацистской Германией и ее союзниками. Таких пользователей на нашем сайте не будет!!! В самое ближайшее время будут внесены соответствующие изменения в «Правила сайта».

11 февраля 2020 года поисковики Богучарского поискового отряда "Память" посетили Верхнемамонский лицей. Поисковики, в рамках недели патриотического воспитания в лицее, провели открытый урок с учащимися шестых и седьмых классов. Ученикам рассказали о работе отряда, рассказали об операции "Малый Сатурн", о героях той поры Прокатове и Кирсанове, о юных разминёрах. Ученикам показали фильм "Я был на этом берегу", показали металлоискатель, дали самим попробовать поискать металл. В конце урока поисковики ответили на вопросы учеников и присутствовавших на уроке учителей.

Житель Богучара Иван Шевцов, учредитель общественной организации «Мой Богучар», и «по совместительству», хороший друг нашего поискового отряда «Память», много сил, времени и средств тратит на свой замечательный проект – рассказать о каждом из 8-ми Героев Советского Союза, уроженцев Богучарской земли, языком кинематографа. На небольшие средства (я не могу озвучивать бюджет проекта, но, поверьте, средства очень и очень скромные) Иван с группой единомышленников снимает и показывает землякам эти фильмы – небольшие рассказы о судьбах наших богучарских Героев.

Местные власти и народные избранники на словах горячо поддерживают начинание неравнодушных общественников, но финансово помогают не особо…

Так вот, снято уже несколько фильмов, горячо принятых богучарцами. Как-то в разговоре со мной Иван Шевцов посетовал, что практически нет материала для написания сценария фильма о судьбе уроженца села Подколодновка Героя Советского Союза Рубцова Никанора Трофимовича. Довоенный период – так, вообще, остаётся белым пятном в его биографии… Ведь наш земляк в совсем юном возрасте покинул родные места, до войны жил с семьёй и работал в городе Харькове.

Богучарский поисковый отряд «Память» вносит свою посильную лепту в проект общественной организации «Мой Богучар». Этот рассказ о боевом пути артиллериста Никанора Рубцова, надеемся, будет в дальнейшем использован при создании фильма о нашем Герое.

Солорев Э.А.

Никанор Рубцов. «Стоять насмерть!» Часть 1-я.

29 декабря 1901 года (это по старому стилю – С.Э.) в семье Рубцова Трофима Андреевича, крестьянина слободы Подколодновки Богучарского уезда Воронежской губернии, родился мальчик, наречённый при крещении Никанором. Имя это имеет греческие корни и буквально означает «увидевший победы». Так что, видимо, самой судьбой было предначертано крестьянскому сыну Никанору Трофимовичу Рубцову стать не только свидетелем, но и непосредственным участником сражений Гражданской и Великой Отечественной войн. А своё имя вписать золотыми буквами в героическую историю Великой Отечественной войны.

В Богучарском историко-краеведческом музее хранится копия одного из писем родного сына Героя  – Виктора Никаноровича Рубцова, в 1973 году проживавшего в городе Харькове. Виктор Рубцов в письме на родину отца сообщал, что «до 1917 года Рубцов Н.Т. жил в родном селе, батрачил у богатых односельчан. С 1919г. по 1924г. служил в Красной Армии, участвовал в Гражданской войне...».

Выдержка из копии письма В.Н. Рубцова. 

В начале 1920-х молодой красноармеец сражался с бандами, терроризировавшими население Слободской Украины. В 1922 году в составе своей части Никанор Рубцов прибыл в город Харьков, ставший впоследствии для нашего земляка второй Родиной. После демобилизации в 1924 году Никанор Рубцов принял решение остаться в Харькове, где он устроился работать на пивной завод № 2. На этом предприятии Никанор Трофимович проработал более 16 лет, к началу Великой Отечественной войны он был бригадиром одного из цехов 2-го харьковского пивзавода.

Харьков во времена НЭПа. Конец 1920-х - начало 1930-х годов.

Как и многие харьковские рабочие, Рубцов состоял в городском отряде МПВО (местной противовоздушной обороны). С началом войны эти формирования были переведены на казарменное положение. Бойцы местной ПВО дежурили по ночам во время налётов вражеской авиации, тушили немецкие зажигательные авиабомбы, ловили лазутчиков и диверсантов. В октябре 1941 года с подходом к городу войск вермахта Никанор Трофимович вместе с другими харьковчанами ушёл в действующую армию.

К сожалению, точных сведений о боевом пути нашего Героя с момента эвакуации его из Харькова и до декабря 1942 года не найдено. Зимой 1941-1942г.г. Никанор Рубцов в течение нескольких месяцев проходил обучение по своей новой военно-учетной специальности (ВУС) № 6 – «артиллерист мелкокалиберной артиллерии  (до 50-мм, всех частей, кроме танков, автобронемашин и зенитной артиллерии)».

Из письма Виктора Рубцова известно, что его отец «с начала 1942 года находился в действующей армии. Участвовал в боях на Воронежском направлении, под Сталинградом, под Курском и Белгородом…».

Действительно, 304-я стрелковая дивизия, в составе которой в декабре 1942 года воевал под Сталинградом артиллерист 378-го истребительного противотанкового дивизиона сержант Никанор Рубцов, летом 1942-го отходила с боями из района к югу от Харькова в большую излучину Дона. Майское наступление Красной Армии под Харьковом оказалось неудачным…

38-я армия Юго-Западного фронта оставила оборонительные рубежи на реках Оскол и Айдар. 304-я стрелковая дивизия этой армии отступала из района города Ровеньки нынешней Белгородской области в общем направлении на Кантемировку – Богучар. Конечно, не таким печальным представлял своё возвращение в родные места Никанор Рубцов…

Немецкие танковые части, наступая на юго-восток вдоль течения Дона, 9 июля захватили Кантемировку, и быстро продвигались в направлении станции Чертково. Создалась явная угроза окружения частей 28-й, 38-й и 9-й армий Юго-Западного фронта, не успевавших выйти к донским переправам.

Частям 304-й стрелковой дивизии было приказано совместно с 9-й гвардейской и 199-й стрелковыми дивизиями прикрыть образовавшуюся брешь на участке юго-восточнее Кантемировки. Стрелковые полки 304-й дивизии с приданной им противотанковой артиллерией заняли позиции в районе населенных пунктов Радченского района Воронежской области – села Лебединка, хуторов Новоникольск, Копани, Плесцо, Фридрих Энгельс. Но силы были слишком неравны… Командование 38-й армией приказало дивизиям прорываться на юго-восток в район станицы Боковская. Немцы еще не создали сплошного фронта окружения, между моторизированными колоннами наступавшего противника образовались большие разрывы. Пользуясь этим, сильно поредевшие части 304-й стрелковой дивизии к 17 июля вышли к Дону у города Серафимовича.

С 17-го июля 1942 года и до начала ноябрьской наступательной операции под Сталинградом (кодовое название «Уран») 304-я стрелковая дивизия участвует в боях местного значения на правом «фланге» Сталинградского сражения. Не давая спокойной жизни немцам, затем сменившим их итальянцам и румынам, части 304-й стрелковой дивизии в июле вели бои за тет-де-пон у Серафимовича, затем участвовали в августовской наступательной операции, итогом которой стало расширение плацдарма на правом берегу Дона.

Широкую известность среди зарубежных историков, прежде всего итальянских, получил бой у хутора Избушенский современной Волгоградской области. Итальянский кавалерийский полк «Savoia Cavalleria» 24 августа 1942 года атаковал в конном строю позиции одного из стрелковых полков 304-й стрелковой дивизии. Итальянские военные историки считают тот бой у Избушенского примером боевой доблести 8-й итальянской армии. Наши историки - отдельным эпизодом великого сражения на Волге. Что же случилось ранним утром 24 августа? Кавалерийской атакой итальянцам удалось сбить стрелков 304-й дивизии с занимаемых ими позиций, нанеся дивизии большие потери. Это подтверждают и советские архивные документы. Но если рассматривать тот бой с точки зрения общей картины событий августа 1942 года у Серафимовича, то успех итальянской кавалерии в отдельно взятом бою был скорее тактическим. Стратегически же советскому командованию удалось расширить плацдарм, и сковать в том районе значительные силы противника, и не дать перебросить их для использования в решающих боях за Сталинград.

В атаке итальянская кавалерия

В октябре 304-я стрелковая дивизия была передана в подчинение 65-й армии П.И. Батова, и заняла позиции на правобережном плацдарме в районе станицы Клетской. Как вспоминал впоследствии командарм 65-ой: «…Клетский плацдарм держали части 304-й и 27-й гвардейской дивизий. Они глубоко зарылись в землю. Передний край протянулся по низине, заросшей редкими кустами вербы. Впереди, подобно крепостям, возвышались занятые противником высоты. В свете ракет поблескивали их крутые меловые скаты. Слева угрожающе навис над нашими позициями крупный узел сопротивления Логовский, в центре и чуть правее — высота 135,0 и Мело-Клетский. За ними, в глубине вражеской обороны, в направлении к Ореховскому, опять шли сильно укрепленные высоты. Противник готовил этот рубеж в течение полутора месяцев. Плацдарм наш был невелик — до пяти километров глубиной и примерно столько же по фронту. Этот «пятачок» во всех направлениях простреливался неприятельским огнем…».

Положение частей 304-й стрелковой дивизии 65-й Армии на Клетском плацдарме на 27.10.1942г.

И этого небольшого «пятачка» земли части 304-й стрелковой дивизии 19 ноября 1942 года начали прорыв казавшейся неприступной вражеской обороны. Наступление на клетском направлении шло очень тяжело, противник ожесточенно сопротивлялся, при первой возможности контратаковал пехотой и танками. Оказалось, что в том районе у немцев было преимущество по танкам, примерно в соотношении 2:1 в их пользу. Истребительному противотанковому дивизиону Никанора Рубцова пришлось отразить немало танковых атак врага. По воспоминаниям П.И. Батова, «только за первые пять дней наступления дивизии В. С. Глебова, С. П. Меркулова (304-я сд – прим. С.Э.) и И. А. Макаренко подбили, подожгли и захватили 114 танков, главным образом при отражении контратак. Одна эта цифра говорит о том, сколь напряженные бои развернулись в излучине Дона. Ноябрьское наступление вовсе не представляло собой триумфального шествия, хотя именно такой взгляд сложился в широкой массе советских людей под впечатлением действительно триумфального итога».

Продолжение следует…

19.03.2020г. бойцы Богучарского поискового отряда "Память" провели раскопки в Верхнемамонском районе. В районе озера Песковатое был обнаружен блиндаж с захоронением бойцов Красной Армии, погибших предположительно зимой 1942/43 годов.

В результате раскопок были подняты останки шестерых красноармейцев. Именных вещей и посмертных капсул при них не было. Воины были без оружия, в шинелях, двое в касках. Найдены остатки обуви, перевязочный пакет, колбочки от таблеток, пузырёк, монета, пуговицы.

В районе озера Песковатое на левом берегу Дона позиции занимали подразделения 127-й стрелковой дивизии 6-й армии Воронежского фронта.

Никанор Рубцов. «Стоять насмерть!» Часть 2-я.

А первые итоги советского контрнаступления под Сталинградом действительно были впечатляющими. В окружение попала немецко-румынская группировка, о численности которой советское командование первоначально имело неверные, сильно заниженные сведения. В «котле» же оказались «запертыми» более 300000 солдат и офицеров противника. С наскока разгромить такую группировку оказалось не под силу. Потому настало время боёв на «истощение». Ведь время играло на нашей стороне…

В начале декабря 1942 года подразделения 304-й стрелковой дивизии после форсирования Дона и занятия хутора Вертячего выдвинулись к внутреннему кольцу окружения. Батареи противотанкового дивизиона придавались стрелковым полкам, поддерживая своим огнём действия пехоты. Артиллеристы из 45-мм орудий прямой наводкой вели огонь по немецким танкам, подавляли огневые точки противника, уничтожали его живую силу, отражали контратаки.

О напряжении декабрьских боёв можно судить по «Журналу боевых действий 378-го оиптдн 304 сд за период с 28.11.1942г. по 13.12.1942г.». Вот, описание действий дивизиона Никанора Рубцова только за один день – 6 декабря 1942 года:

«…1-я батарея поддерживала 2/807 сп, вела огонь по танкам противника, выпущено 4 снаряда. 2-я батарея поддерживала 812 сп, огонь не вела. Ранены сержант Ермолаев, красноармейцы Соболев, Сизоненко, Барсуков. 3-я батарея поддерживала 2/812 сп, вела огонь по танкам, огневым точкам и пехоте противника, подбит один средний танк, 3 ручных пулемета с прислугой, 1 повозка с двумя лошадьми, 2 наблюдательных пункта и до 70 солдат противника.

В бою отличились ст.сержант Голота, ст.сержант Дзюбенко, сержант Меньших и ст.сержант Потехин. Все эти товарищи своим личным примером, увлекая за собой свои расчеты, выкатывали свои орудия на открытую огневую позицию и в упор (когда пехота отошла, и орудия остались без поддержки) расстреливали живую силу и огневые точки противника. Ст.сержант Потехин со своим расчетом подбил 1 средний танк на юго-восточных склонах выс. 126.7 в районе Дмитриевки. В бою ранены сержант Меньших, сержант Анисимов, мл.сержант Калимбет, умер от ран зам.политрука Калмыков…».

Район высоты 126.7, на топографических картах времен ВОВ отмеченной как «Казачий курган», стал местом изнурительных сражений декабря 1942г. – начала января 1943г. Противник оборонял высоту, прикрывавшую подходы к действующим аэродромам в Гумраке и Питомнике, до последней возможности.

Схема расположения частей 304 сд в обороне на 27.12.1942г. Обозначена высота 126.7 "Казачий курган".

27 декабря 1942 года в одном из боёв за «Казачий курган» отличился наш земляк Никанор Рубцов. Как указано в его наградном листе, в тот день «…. в период боя в районе Казачий Курган нашим подразделениям не давали продвигаться вперед огневые точки противника, т. Рубцов, работая наводчиком, выкатил свою пушку на открытую огневую позицию и прямой наводкой уничтожил 4 пулемёта противника с прислугой, где был ранен, но с поля боя не ушёл. Одновременно автоматчики пытались пройти с фланга, но т. Рубцов, будучи раненым, открыл огонь и уничтожил 40 солдат и офицеров, этим обеспечил продвижение наших подразделений вперед…». За этот бой Никанора Трофимовича представили к награждению медалью «За отвагу». Но командир 65-й армии генерал-лейтенант Павел Иванович Батов на наградном листе воина сделал собственноручную резолюцию: «достоин правительственной награды ордена Отечественной войны 1-й степени». Этот орден стал первой наградой Никанора Рубцова.

10 января началась наступательная операция Донского фронта под кодовым названием «Кольцо». Планом операции предусматривалось нанести по окруженной группировке удар с запада, затем с юга, с последующим рассечением войск противника и уничтожением их по частям. По воспоминаниям артиллериста Георгия Никитовича Ковтунова (впоследствии Героя Советского Союза) «…дивизию (304-ю сд – С.Э.) перебрасывали то чуть северней, то чуть южней, но общее направление сохранялось прежним: на Сталинград. Мы шли к городу с северо-запада, все теснее сжимая кольцо окружения, расчленяя вражескую группировку на части… Гитлеровцы сопротивлялись отчаянно, цепляясь за каждый бугорок, каждую траншею. Их упорство подогревалось неоднократными обещаниями фюрера оказать окруженным помощь. И страх перед расплатой за совершенные злодеяния заставлял фашистов драться до последнего, особенно в начале завершающих боев…».

Наступающие части Донского фронта оттесняли противника к развалинам Сталинграда, и к концу января 1943 года остатки окруженной группировки удерживали  только небольшую по площади территорию в самом городе.

Расчет противотанкового орудия 45 мм в бою на подступах к Сталинграду. Январь 1943г.

304-я стрелковая дивизия к тому времени получила почетное звание «67-й гвардейской». Части дивизии подошли к поселку «Баррикады» на северо-западной окраине города. Сопротивление окружённого противника продолжалось до 2-го февраля 1943 года. После капитуляции штаба 6-й немецкой армии её солдаты и офицеры стали массового сдаваться в плен. Так закончилась одна из самых грандиозных битв в истории человечества.

После излечения в дивизионном медсанбате Никанор Рубцов вернулся в свою часть, как и дивизия, получившую почётное гвардейское звание. 73-й отдельный гвардейский истребительный противотанковый дивизион – так теперь в официальных документам именовалась «новое» место службы Никанора Трофимовича.

 В 20-х числах февраля 1943 года подразделения дивизии по железной дороге были переброшены в район города Елец современной Липецкой области – вести подготовку к предстоящим боям. К 11 марта 1943г. части 67-й гв сд совершили марш Ливны – Колпны – Свобода – Курск и сосредоточились на западной окраине Курска.

Георгий Никитович Ковтунов вспоминал: «…Несколько дней дивизия находилась в резерве Центрального фронта. Затем — снова в путь. Теперь — в район города Обоянь, где развернулся командный пункт Воронежского фронта…  Обстановка на нашем участке фронта складывалась, к сожалению, не в пользу советских войск. В начале месяца гитлеровцы нанесли сильный удар из района Люботина, 16 марта сумели вновь овладеть Харьковом и пытались развить успех на белгородском направлении. Нам, уже не раз встречавшимся с врагом в подобных ситуациях, было предельно ясно, как трудно сейчас приходится тем, кто сдерживает яростный натиск. Вскоре поступил приказ: двигаться в сторону Белгорода…».

В 20-х числах марта дивизия заняла свой участок обороны в районе населенных пунктов Шепелевка, Луханино, Дмитриевка, Ольховка современной Белгородской области. Батареи «сорокапяток» придавались стрелковым полкам. Завязались бои местного значения за господствующие высоты, отдельные населенные пункты.

Рано утром 12 апреля 1943 года противник попытался прорваться к селу Драгунское, там занимали позиции подразделения 201-го гвардейского стрелкового полка с приданной 1-й батареей противотанкового дивизиона.

Согласно оперативной сводки № 0122 от 12.04.1943г. (к 16-00) «… в 5-30 12.04.43г. противник силой до усиленной роты, усиленной саперами, при поддержке мощного артогня и минометов, с применением гранатометов, с большим количеством автоматов и пулеметов, атаковал боевые порядки ПО № 2 с направления роща, что 700 м. северо-восточнее КАЗАЦКОЕ и ЛОГ КРУТОЙ, ворвался в село Драгунское…».

В этом бою командир противотанкового 45-мм орудия 1-й батареи младший сержант Никанор Трофимович Рубцов получил тяжелое ранение. Выдержка из его наградного листа: «…Тов. Рубцов умело маневрируя между строениями, стал уничтожать наседавшего противника. Во время боя противнику удалось вывести из строя соседнее орудие, ведущее огонь по наступавшему противнику с фланга. Тов. Рубцов, оценив обстановку, приказал своему орудию вести огонь в прежнем направлении, оставил у орудия двух человек, с остальными бойцами стал отражать противника из винтовок и автоматов. Противник, не выдержав огня, обратился в бегство, оставив на подступах к орудию 6 убитых солдат, и до 10 солдат было ранено. В период боя тов. Рубцов был ранен, но не ушел с поля боя, продолжая руководить боем. Только когда вторично получив одновременно две раны и будучи в бессознательном состоянии, тов. Рубцова унесли с поля боя…».

Рота 201-го полка контратакой выбила немцев из Драгунского к 9-00 утра. Противник потерял в том бою до 75 солдат и офицеров убитыми и ранеными. На поле боя остались не эвакуированными 17 трупов немецких вояк из 6-ой роты 339-го пехотного полка 167-й пехотной дивизии.

Приказом по частям 67-й гв сд от 26.04.1943г. за этот бой Никанор Рубцов был награжден орденом Красной Звезды.

Продолжение следует...

Никанор Рубцов. «Стоять насмерть!» Часть 3-я.

Тяжелораненого сержанта Рубцова вынесли с поля боя его боевые товарищи. В бессознательном состоянии Никанора Рубцова доставили в армейский госпиталь № 4404 (г.Курск). Спасибо медикам – через два с небольшим месяца он был готов снова встать в строй. Ему очень хотелось вернуться после госпиталя в свою родную дивизию, к своим товарищам по противотанковому дивизиону. Но судьба распорядилась иначе… В середине июня 1943 года из госпиталя он был направлен в 176 армейский запасной полк, а уже оттуда – в 89-ю гвардейскую стрелковую дивизию. Новым местом службы опытного воина стал 98-й отдельный гвардейский истребительный противотанковый дивизион. Командир дивизиона гвардии капитан Головесов сразу назначил Рубцова командиром расчета противотанкового орудия.

К началу июля 1943 года части 89-й гвардейской стрелковой дивизии занимали оборону к северо-востоку от Белгорода. Дивизии предстояло принять участие в решающем сражении Великой Отечественной войны – в Курской битве. В ходе летнего наступления немецкое командование планировало нанести фланговые удары из района Орла и Белгорода с целью ликвидации «Курского выступа», и в дальнейшем развивать наступление в направлении Москвы.

О немецких планах своевременно узнала советская разведка. После анализа обстановки советским командованием было принято решение сначала измотать немцев в оборонительном сражении, выбить танки противника, а уже затем провести решительное контрнаступление. Важную роль в предстоящем сражении должна были сыграть советская противотанковая артиллерия.

Немецкое наступление началось утром 5-го июля. Противник ввел в действие новые танки «Тигр» и самоходные орудия «Фердинанд». 89-я гвардейская дивизия завязала тяжелые оборонительные бои, отступала, сдерживая противника, а затем перешла в контрнаступление. Выписка из «Журнала боевых действий» 89-й гв сд: «… с 19.7.43г. 89 гв сд при хорошем взаимодействии с другими соединениями, перейдя в наступление, прорвала фронт противника на рубеже Плота – Шипы. За три дня беспрерывных боев отбросила противника на 30 км. За это время освобождены населенные пункты: Шахово, Шелоково, Кривцево, Сабынино, Киселево и др.

Расчет замаскированного советского орудия ведет огонь (Курская дуга).

В боях с наступающим противником дивизия удерживала свои рубежи перед численно превосходящим противником. Обороняя Киселево, 273 гв сп за 10 часов боя отразил 4 атаки противника силою до полка пехоты и до 100 танков. 3/270 гв сп оборонял Сабынино, в течении суток вел бой, оставаясь на восточном берегу реки Северский Донец. За это время отразил 4 атаки противника силой 23 танков и двух батальонов пехоты…».  

Дивизия вела наступление в направлении Белгорода и 4 августа подошла к северной окраине города. В ходе уличных боёв к 15-00 5-го августа Белгород был полностью освобожден.

Воины 89-й Белгородско-Харьковской гвардейской стрелковой дивизии проходят по улице г. Белгорода. 1943 г.

У стен Белгорода, участвуя в отражении контратаки гитлеровцев, орудийный расчет Никанора Рубцова подбил танк и подавил вражеское орудие.

Заслуги дивизии были высоко оценены руководством, и приказом Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина 89-я гвардейская дивизия получила почетное наименование Белгородской.

Из приказа: «… Сегодня же войска Степного и Воронежского фронтов сломили сопротивление противника и овладели городом Белгород.

…89 гвардейской и 305 стрелковым дивизиям, ворвавшимся первыми в город Белгород и освободившим его, присвоить наименование «Белгородских» и впредь их именовать: 89 гвардейская Белгородская стрелковая дивизия, 305 Белгородская стрелковая дивизия. Сегодня, 5 августа, в 24 часа столица нашей Родины – Москва будет салютовать нашим доблестным войскам, освободившим Орел и Белгород, двенадцатью артиллерийскими залпами из 120 орудий…».

На плечах отступавшего противника части 89-й гв сд подходили к Харькову – второй родине Никанора Трофимовича Рубцова. Одним из первых его подразделение 23-го августа вошло в город. Недолго совсем пробыл Рубцов в Харькове, зашел на улицу Грековскую, где прошли его молодые годы. Далее фронтовые дороги нашего земляка пролегли через Полтавщину к Днепру… 

Выдержки из документа «Описание боев, проведенных  89 гвардейской Белгородско-Харьковской стрелковой дивизией с 29 сентября по 31 октября 1943 года»:

 «Ведя беспрерывные наступательные бои с упорно обороняющимся противником и неуклонно двигаясь вперед, 89-я гв сд к утру 29.9.43г. ликвидировала остатки противника в районе Стогноевка, Коноплянка, Колиберда, тем самым вышла к левому берегу Днепра.

В предыдущих боях дивизия потеряла значительную часть личного состава и техники, ив момент форсирования Днепра в составе полков было по одному батальону с ограниченным количеством огневых средств. На 29.9.43г. личный состав стрелковых полков составлял 1933 человека, стрелковые роты в среднем имели 27 человек…».

Но нужно было не позволить противнику укрепиться на правом берегу, и на его «плечах» переправиться на правый берег. Части дивизии стали вести подготовку к переправе. В течение 29 сентября велась разведка удобных мест для переправы, наблюдение за противником. Из местных материалов подготавливались переправочные средства, подвозились боеприпасы. К исходу дня были подготовлены 18 плотов, 4 рыболовных лодки, между полками были распределены и оставшиеся «табельные» средства – 4 малых надувных лодки и 3 лодки «А-3».

Форсирование Днепра. Осень 1943г.

Местом для переправы было определен участок в районе Коноплянка и Колиберда. На правом берегу реки противник имел усиленное боевое охранение в составе около 50 человек. Два дивизиона артиллерийских орудий и шестиствольные минометы занимали позиции в селе Успенское и на высотах правобережья Днепра.

Район села Успенское представлял сильно укрепленный опорный пункт обороны противника. Северо-западную окраину села прикрывала сплошная траншея с пулеметными гнездами, которые позволяли «фланкировать» огнем наступающих. В распоряжении противника было 13 танков. В общем, немцы чувствовали себя уверенно, не ожидая столь быстрого развития событий.

Около 8-ми часов вечера передовые отряды двух полков 89-й гв сд переправились через Днепр и сбили с позиций немецкое боевое охранение. Артиллерийские орудия, приданные первому эшелону наступающих, должны были переправляться с боевыми порядками пехоты. Но переправить всю артиллерию дивизии не удалось. В течение ночи на 30 сентября пехотинцы благодаря фактору внезапности и решительным действиям расширили плацдарм на правом берегу и вышли на подступы к селу Успенское. На плацдарм стали переправляться основные силы дивизии. При форсировании Днепра потери дивизии составили 16 человек погибшими и утонувшими, 11 человек были ранены.

Схема боев за плацдарм у с.Успенское

Но противник, подтянув резервы, попытался исправить положение. На позиции десанта полезли танки, поддерживаемые автоматчиками. Командованию 89-й гв сд удалось переправить на плацдарм артиллерийские орудия 45 мм и 76 мм только 1-го и 2-го октября. Ожесточенные бои за плацдарм продолжались до вечера 5-го октября 1943 года: защитники  плацдарма стойко держали оборону и контратаковали противника…

В январе 1974 года богучарская районная газета «Сельская новь» опубликовала очерк (!) писателя А.И. Гринько «У днепровских круч». В очерке говорилось о ратных подвигах уроженца Богучарщины Никанора Рубцова. О форсировании Днепра и боях за правобережный плацдарм писатель Гринько рассказал (конечно, в определенной литературной обработке) со слов наводчика противотанкового орудия Фёдора Терентьевича Дачко, воевавшего в составе орудийного расчета Никанора Рубцова. Предлагаю выдержки из рассказа однополчанина Фёдора Дачко: «…Небольшой самодельный плотик Рубцова нырял в волнах бурлящей реки, то вдруг мелькал черной точкой на освещенной поверхности реки, то исчезал в смолиной густоте ночи. Течение сносило плот, Рубцов заранее предусмотрел это и начал переправляться несколько выше того места, куда надо было пристать. Рядом рвались мины и снаряды. Артиллеристов то и дело обдавало холодными брызгами. Они уже промокли до нитки. В другое время от такой предрассветной октябрьской купели не попадал бы зуб на зуб. Но сейчас гвардейцам было жарко. Они изо всех сил гребли веслами, досками, лопатами. Вот и крутая скала. Под ее защитой плотик подошел к берегу.

А фашисты уже бросились в решительную атаку на защитников плацдарма. За цепями пехоты двигались танки. Для борьбы с ними стрелки обладали только гранатами. Но много ли сделаешь «карманной артиллерией»? Один танк подорвешь, другой раздавит тебя. Фашисты обнаглели, уверенные, что у русских нет на этом берегу артиллерии.

- Ошибаетесь, гады, мы уже здесь, - крикнул в темноту Фёдор Дачко.

Позицию пришлось занимать прямо у берега, на оборудование ее не было времени. Пока расчет приводил пушку к бою, Рубцов выдвинулся немного вперед, стал, пригнувшись за бугорком. В предрассветной мгле хорошо были видны вспышки танковых орудий.

Герой Советского Союза Ф.Т. Дачко

- Четыреста метров, - безошибочно определил командир орудия и тут же приказал открыть огонь по головной машине.

- Есть, бронебойным! – повторил команду заряжающий. Лязгнул замок. Грянул выстрел. Первый же снаряд угодил в цель. Головной танк тут же взорвался, потом загорелся. Такая же участь постигла и вторую машину. Танки остановились. Попятились назад.

- Молодцы, ребята! Давай теперь по пехоте осколочными, - приказал Рубцов. Артиллеристы одну за другой подавили две пулеметные точки, уничтожили до взвода вражеских солдат. Атака была отбита. Дачко от радости даже запел свою любимую:

И если фрицу мало

По черепу попало,

Тогда расчет у пушки запоет:

Дядя Федя, поставь прицел четыре…

Вдруг он прервал пение и закричал:

- Опять панцирники прут!

- Вижу! – отозвался Рубцов.

Расчёт снова ударил по танкам бронебойными. Враг уже засёк артиллеристов. Снаряды все ближе рвались около орудия. Но гвардейцы смело приняли неравную дуэль. Им удалось подбить еще два танка.

Немецкая самоходка подкралась по лозняку и с расстояния в 150 метров ударила по гвардейцам.

- Бронебойные кончились! – сквозь грохот боя донеслось до Рубцова.

- Лупи осколочными! – крикнул в ответ Рубцов и тут же упал, сраженный осколком. Кто-то из бойцов кинулся к командиру, хотел перевязать.

- Не время заниматься этим! Давай снаряды. Огонь! – прохрипел Рубцов. Обливаясь кровью, он продолжал управлять расчётом до тех пор, пока и эта атака фашистов не была отражена.

Четыре танка и самоходку, пять автомашин с боеприпасами, шесть пулеметных точек и около двухсот солдат и офицеров противника уничтожил расчет Рубцова в то утро.

- Если бы не вы, не удержать бы нам плацдарма, - говорили после боя стрелки артиллеристам. И это было правдой. В такой схватке даже одно орудие имело большую силу. Оно на много усилило нашу оборону, подняло дух защитников плацдарма, а главное – взяло не себя всю тяжесть борьбы с танками.

Товарищи перевязали Никанора Трофимовича, бережно отнесли его в лодку. Но левого берега он не достиг. Он скончался на середине реки. Отважного артиллериста похоронила в селе Кобелячек Кременчугского района Полтавской области. Вместе с Фёдором Дачко и еще тридцатью пятью другими гвардейцами 89-й дивизии, отличившимися при форсировании Днепра, Никанору Трофимовичу Рубцову было присвоено звание Героя Советского Союза…».

Согласно донесению о потерях штаба 89-й гв сд гвардии сержант Рубцов умер от ран 5-го октября 1943 года…

В тот день части 89-й стрелковой дивизии вели бои на плацдарме. Оперсводка № 218 к 22-00 5.10.43 штаб 89 гв сд сообщала: «1. Противник, занимая прежний рубеж обороны, продолжает активную оборону Успенское. В 15-00 свыше роты пехоты при поддержке 3-х танков контратаковали из р-на отм.59,5 в направлении 61.1, огнем и в результате рукопашной схватки, понесши большие потери, был отброшен в исходное положение. На протяжении суток ведет усиленный пулеметный и минометный огонь по боевым порядкам дивизии…

2. Части дивизии в ночь на 5.10, усиленными ротами вели активные действия по расширению плацдарма – успеха не имели. В 12-30 во взаимодействии с 48 ск атаковали противника и продвижения не имели.

15-00 – 16-30 279 гв сп огнем, а в последствии в рукопашном бою отбил контратаку противника, нанесши ему большие потери. Частям дано распоряжение о переправе на левый берег р.Днепр, оставив по одной трети сил для прикрытия плацдарма…».

Фото могилы в с.Кобылячек Полтавской области. Источник: https://www.shukach.com

В ночь на 6-е число по приказу командования части 89-й гв сд передали позиции на плацдарме 116 стрелковой дивизии, и перешли на левый берег Днепра…

Никанор Трофимович Рубцов был захоронен в братской могиле с. Кобелячек Кременчугского района Полтавской области…