ВЗЛЕТЕЛИ, ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ! ЧАСТЬ 1.

ВЗЛЕТЕЛИ, ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ! Именно так назвал свои воспоминания Александр Сергеевич Кишкин, ветеран 106-го гвардейского истребительного авиационного полка (106 гв иап). В период наступательной операции «Малый Сатурн» на аэродромах у сел Березняги Петропавловского района, Купянка Богучарского района, Викторовка Кантемировского района Воронежской области дислоцировался 814-й истребительный авиаполк, впоследствии ставший 106-й гвардейским. Мастер авиавооружения Александр Кишкин рассказывает не только боевые эпизоды авиаполка, коих было немало, но и радует нас бытовыми зарисовками. Бесценные воспоминания в далекие 1970-е годы были переданы втераном в школьный музей села Осиковка Кантемировского района, где благополучно сохранились. За что искренняя благодарность педагогам и учащимся школы.

На военном фото Александр Сергеевич Кишкин

Итак, Александр Кишкин, которому в декабре 1942 года исполнилось 27 лет, вспоминал:

Близится тридцатая годовщина полного освобождения Воронежской области от фашистских захватчиков.

- Расскажите нам, как это было? – просят красные следопыты школ села Купянка Богучарского района и села Осиковка Кантемировского района ветеранов-гвардейцев 106-го Гвардейского Вислинского дважды орденоносного истребительного, бывшего комсомольского авиаполка. Тридцатилетие вылета этого полка на фронт уже отмечено школьниками Богай-Барановской школы Вольского района Саратовской области совместно с шефствующей над ними воинской частью открытием памятника в честь авиаторов-гвардейцев 106-го ИАП.

«ВЗЛЕТЕЛИ, ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ» - начертано на этом памятнике, установленном на саратовской земле, напоминая комсомольцам и молодежи семидесятых о подвиге их ровесников комсомольцев сороковых годов. Да! Так он и было! Взлетели близ Волги, сели на Дону, чтобы победить! Здесь прямо с ходу вступили в бой с отборной «бриллиантовой» авиадивизией фашистских асов.

Как все это было? До предела просто и обыденно. У автора этих строк сохранился дневник тех незабываемых дней:

«19.12.1942 г. В 11-00 вылетели на фронт. Летели над Хопром. На какой-то миг почудилось мне мое родное село Турки. Церковь, водяная мельница, займище, плотина… детство, где цвел шиповник… без шипов. Было немножко грустно, немножко тревожно. В 13-00 приземлились в Бутурлиновке. Жуткая круговерть самолетов всех систем, пурги и авиаторов всех специальностей. Встретил посланца Мингрелии Коко Табагуа, с которым вместе возили в январе бомбы под Ленинград.

«Понимаешь – завопил он, увидев меня, - моих стариков под Гагрой разбомбили. Бах! Бах! Мимо! Крыши нема, а квартира целёхонька!». С полчаса посидели с ним в солдатской столовой перевалочного пункта. Из кухни валил пар, несло кислой капустой и какой-то гарью. Утром Коко исчез куда-то вместе со своим полком.

20.12.1942г. Был на Бутурлиновском базаре. Угодил под бомбёжку. У ворот под укрытием каменного забора встретил двух женщин с салазками и посылками для мужей-фронтовиков. За 75 километров по разбитой вдрызг танками дороге притащили они свои гостинцы мужьям на почту Бутурлиновки. 150 километров туда и обратно. «Бабоньки, да вы ж не жинки, а героини наши русские!» - восхитился кто-то из присевших рядом.

«Какие там героини, - грустно улыбнулась одна из них, - в Сталинграде, вот где герои! Хлопчики, зовсим молоденьки, курсанты якогось училища, тильки переплыли Волгу и прямо с перрона бросились к детсадовским ребятишкам, прикрыли их своими телами, не дав расстрелять их фашистским летчикам. Уси погибли, а ребятишек спасли».

Что это? Правда или ложь? Легенда или бабья сказка? Не знаю. Но чтобы это ни было, у этой сказки уже выросли крылья – крылья нашей будущей Победы!

24.12.1942г. Ходил на станцию Бутурлиновка встречать наших технарей, прибывших из Москвы поездом. Видел двух задушенных фашистов. Прикончили их пленные итальянцы, когда их по ошибке загнали с ними в один вагон. Ночевали у Мамотенко, набившей нам карманы пышками на дорогу. Замечательный все же народ у нас на Руси. Сердечный, добрый и смелый народ.

25.12.1942г. Полк в сборе. Выехали на машинах в Калач. Лунная ночь. Донская степь. Украинские хаты и украинский говор. Обогревались в Калаче у очень гостеприимной учительницы, напоившей нас чаем морковным и сообщившей на десерт, что где-то рядом жил декабрист Кондратий Рылеев, и родилась его жена воронежская красавица Наташа Тевяшева.

Ночью выехали в Березняги[1]. Мороз под тридцать. Ехал, уткнувши нос кому-то в колени. Очнулся от окрика часового. Кричал Ефим. «Замерз, Набоков?» - участливо спросил его наш начштаба Криштапович[2].

 - Да если б не дрожал, давно б замерз, товарищ капитан, - весело ответил ему заиндевевший на посту Ефим Набоков.

Одна эскадрилья нашего полка уже перемахнула через Дон. Тут же отправились на аэродром готовить остальные машины к вылету на новую точку.

26.12.1942г. Вчера наши летчики приняли первый бой. Полк перебазировался под Богучар[3]. Вслед за самолетами двинулись по земле и мы – «земные боги неба» - технари. В полночь форсировали Дон и оказались на месте, где Петр 1 поднял Богу чару в честь выхода российского флота в Азовское и Черное моря. В час ночи прибыли на место и рысью отправились готовить самолеты к боевым вылетам.

Не спал всю ночь. Мороз под сорок. Пальцы прилипают к металлу, оставляя там кожу. Моторы прогреваются чуть ли не каждые полчаса. Спать нельзя. Появились откуда-то мыши, лезут в шапки, карманы. Девчата наши повизгивают, хлопцы давят, но их тьма-тьмущая.

27.12.1942г. Наземные войска жмут немцев на запад, не давая им возможности вызволить оставшихся в Сталинграде. Появились пленные итальянцы. Их чертовски много. Тысяч пять-шесть. Вид у них жуткий. Идут полубосые, с распухшими обмороженными руками и ногами, в соломенных сапогах, обмотанные какими-то тряпками. Просят «хлиба». Спрашивают: «Богучар?» Там у них в церкви сборный пункт. Кричат: «Муссолини капут! Мы Италиа! Итальяно…» - видимо отделяя себя этим от фашистов-немцев. Сопровождают их наши русские девчата в полушубках, «вооруженные» их же итальянскими коротенькими карабинами винтовочного образца 1896 года. Народ их кормит и зла на них не держит.

Окна, двери, нары и печки в школе, где мы расположились, разнесли, оказывается, итальянцы, когда немцы предложили им покинуть оборудованное для себя теплое помещение и переселиться в холодные сараи.

Вечером пошла Румыния в лохматых белых шапках. После ужина какой-то совсем чокнутый итальянец, обмотанный черт знает во что, шлепал мимо нас в огромных соломенных ботфортах, так надоел всем, спрашивая через каждые два шага «Где Богучар?», что кто-то не выдержал и послал его к черту. За что был мгновенно накрыт каким-то балахоном и лихо сбит в сугроб. В результате возникшей потасовки выяснилось, что и «пленный» и военный – оба наши. Пославший «итальянца» к черту оказался старшина второй эскадрильи Костя Язев[4], а «итальянцем» - наш полковой «Вася Тёркин» - механик нашего «кукурузника», он же «инженер-летчик, артиллерист и пулеметчик» Василий Николаевич Захаров, иначе он кроме начальства никому не отзывается.

28.12.1942г. Не вернулись из боевого задания Агапов, Пенязь, Химушин, Готальский и Костя Шкурин[5]. «Блудежка!» - подслушал я в штабе. Серое небо, серая степь без хороших ориентиров, неопытность молодых летчиков! Заблудиться немудрено.

Летчик 814 иап лейтенант Готальский Дмитрий Васильевич (1920-1942).

Ни во что другое не хочется верить, особенно думая о Диме Готальском. Сегодня на его имя пришло наконец долгожданное письмо от матери, связь с которой он потерял после взятия Харькова. «Дорогой, милый, любимый мой сын! – пишет она из Оренбурга – Как я счастлива, что ты наконец нашелся… Я лежала в больнице. Твое письмо подняло меня на ноги…» - «Неужели он не прочтет этих материнских строк?»

Нашел трофейный котелок с четкими надписями европейских и наших городов, которые прошел его хозяин по пути к Волге и Дону, на донышке последняя, весьма оригинальная запись: СОС! – Спасите наши души! Окоченевший труп хозяина котелка вкопан нашими саперами в снег и держит в растопыренных руках дорожные знаки, указывая нам путь туда, откуда он пришел. Это ли не наглядное пособие к изречению моего тезки Александра Невского: «Кто с мечем к нам придет, от меча и погибнет. На том стояла, стоит и стоять будет русская земля».

29.12.1942г. Не вернулся командир первой эскадрильи и еще три летчика. Катастрофически уменьшается количество годных к бою машин. Садясь на вынужденные посадки прямо на пузо в степи, летчики гнут винты. Машины привозят на тракторах, меняют радиаторы, восстанавливают ночью при жутком морозе, но без винтов они мертвы.

Такое же положение и в соседних полках нашей дивизии. Немцы уже почувствовали резкую убыль наших боевых вылетов. Сегодня дважды прямо над нашими головами шел воздушный бой. В первый раз, два фашистских аса, явно бравируя своим лётным мастерством, сбили Виктора Лихачева[6]. Он выпрыгнул с парашютом прямо на летное поле.

«Всё! – сказал командир полка Кузнецов[7], - это или наш бесславный конец или начало нашей славы! Немцы почувствовали нашу слабину и через пару часов будут снова здесь. Если мы не дадим им должный отпор, к вечеру они разнесут наш аэродром вдребезги».

Командир 106 гв иап Кузнецов Михаил Васильевич

Фрицы появились над нами раньше, но в воздухе под облаками их уже поджидали наши лучшие летчики во главе с самим Кузнецовым и командиром второй эскадрильи Афанасием Тимошенко[8]. Удар сверху так ошеломил их, что они забыли, зачем прилетели. Тимошенко так лихо сел одному из них на хвост, что он еле-еле унес ноги. Маневр Кузнецова оправдал себя полностью. Немцы оставили нас в покое. Полк воспринял духом. Значит и мы не лыком шиты, раз нас немцы больше трогать не решились.

Продолжение следует...

[1] Село в Петропавловском районе Воронежской области, в декабре 1942 г. рядом находился аэродром базирования 814 иап.

[2] Криштапович Александр Иванович, в декабре 1942 г. капитан, начальник штаба 814 иап.

[3] 814 иап дислоцировался на полевом аэродроме у села Купянка Богучарского района.

[4] Язев Константин Павлович, в декабре 1942 г. старший сержант, мастер авиавооружения 814 иап.

[5] Согласно дневнику А.С. Кишкина 28.12.1942г. не вернулись из боевого задания летчики 814 иап: Агапов Евгений Константинович, Пенязь Алексей Иванович, Химушин Николай Фёдорович, Готальский Дмитрий Васильевич, Шкурин Константин Иванович. Через несколько дней вернулись в свою часть все, кроме командира звена лейтенанта Дмитрия Готальского. Погиб в бою в ст.Мальчевская Ростовской области. Согласно «Журналу боевых действий» 207-й истребительной авиадивизии (207 иад) 28.12.1942г. не вернулись из боевого вылета Готальский, Пенязь, Агапов, Козлов, Ширяков.

[6] Лихачев Виктор Кириллович, впоследствии Герой Советского Союза.

[7] Командир 814 иап (106 гв иап) Кузнецов Михаил Васильевич, дважды Герой Советского Союза (регалии на конец ВОВ).

[8] Тимошенко Афанасий Иванович, в декабре 1942г. старший лейтенант, командир 2-й авиаэскадрильи, впоследствии Герой Советского Союза (посмертно).

0
236
RSS
20:42

"...29.12.1942г. Не вернулся командир первой эскадрильи и еще три летчика...". В тот день не вернулся на свой аэродром командир 1-й авиаэскадрильи капитан Николай Никитович Передерий.

Из книги «В боях за чистое небо» (автор Н.Г. Ильин): "...28 декабря 1942 года полк понес невосполнимую потерю. Не вернулись с боевых заданий участник войны в Китае командир эскадрильи капитан Николай Передерий и командир звена лейтенант Дмитрий Готальский.

Передерий возглавлял группу Як-1, прикрывавшую наши наступающие войска в районе Черткова. Там летчики вели очень тяжелый воздушный бой с превосходящими по численности самолетами противника. Бой затянулся, горючее было на исходе. Домой возвратились разрозненно. Среди них Передерия не было...".

Женщины прошедшие 150 км для отправки посылок, вкопанный итальянец… Такие книги тем более ценны когда есть точная привязка к местности